Читать книгу «Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15» онлайн.

— Где ж так не повезло?

— В Полночном. Пиратов гоняли, за Флавион забрались. Каданцы всегда любили караваны пощипать...

Каданцы... Зепп тоже гонял пиратов, пока не подфартило попасть на Западный флот, да еще на флагман. «Подфартило»... Именно так он говорил. Все офицеры «Ноордкроне» считали себя счастливчиками... Все!

— Каданские «выдры» на пакости горазды. Мой друг ходил там же, рассказывал.

— Так дело их такое, разбойничье. Корабли мелкие, пушек мало, только и остается, что хитростью да нахальством. Друг ваш, прошу прощенья, не внук Йозева?

— Он...

— Да замолвит за него словечко Торстен... А вот господин адмирал — уже наше дело. Меня ж не просто так выкинули, а списали с пенсионом. Капитан постарался, Пауль Бюнц... Сразу не вышло, завернули в столичных канцеляриях, так он через братца своего, а тот — к адмиралу цур зее... В общем, сударь, не сомневайтесь, за Ледяного я — хоть и красивый он, этот ваш городишко, — все тут на рога поставлю... Точно говорю!

— А тебе в городе драться приходилось? Не у кабака, а всерьез?

— Ну, драться-то дело нехитрое, тут другое, сударь... Вы ж, небось, тоже понимаете. Как подкрасться, как уйти... Люди опять же. На палубе либо свои, либо чужие, а тут ведь народ будет, зеваки всякие. Мы ж не кошки марикьярские, чтоб всех подряд...

Все дальше от реки, все больше народу на улицах, день идет к концу, горожане от дневных трудов переходят к вечерним радостям, у кого какие есть. Чаще попадаются шумные компании, больше крика, гомона, брани... И чего делят? Вот уж точно: в Липовом парке рычат, на Суконной — кусаются. С таким регентом вечером не знаешь, с чем утром проснешься, а неизвестности никто не любит, вот и дергаются.

— Время не раннее, сударь.

— Что?

— Говорю, перекусить бы, а то к вечеру трактирщики восемь шкур драть начнут.

— Забудь. Не про «перекусить», про деньги. Сделаем кружок — и на Пивную. Перехватим свиных колбасок. Смотри внимательно, если решат... устроить все на Ратушной, этот перекресток не объехать.

— Понял. Щелка-то эта куда ведет?

— Не «щелка», а Собачья Щель, переулок такой. Ведет к Пивной, а Пивная — к ратуше. Там дома прежних отцов города, им лет по триста... Людвиг Гордый поклялся их не трогать, вот и не трогают.

— А знаете, сударь, местечко-то славное. У нас может кое-что получиться... Ребята подъедут крепкие, с ними — выйдет. Точно говорю. Давайте-ка еще разок прошвырнемся вот до того «утюга»... А потом уж по колбаскам!

Колбаски... Что-то в них есть, в этих колбасках. В Зюссеколь он их так и не попробовал... Зюссеколь, Рихард с Максимилианом, капитан Роткопф… Вряд ли их задержали в столице, не было нужды. Сняли показания и выставили назад, в армию. Теперь эти показания сгорели, но такие свидетели Фридриху без надобности, а вот Бруно знает о покушении из первых рук и преспокойно воюет. Суд над оружейником принца не касается!

— Сударь, что такое?

— Вспомнилось тут... про колбаски. Так чем тебе нравится этот переулок, боцманмат?

— Своей шириной, сударь, и крышами.

Глава 8

Гаунау. Таркшайде

Оллария

400 год К.С. 24-й день Летних Скал

1

Надевая коричневое с золотом, Хайнрих, может, и собирался походить на медведя, но походил на роскошный осенний дуб. Такие Лионель видел у алатской границы и еще, пожалуй, не доезжая Кольца Эрнани со стороны Придды.

— Не знаю, чем думали ваши предки, выбирая себе герб! — поморщился «дуб», в свою очередь тщательно осмотрев Проэмперадора Севера. — Олень... Фи! Дичь... Вы в Таркшайде больший гость, чем я. Прошу садиться.

— Лучше не соответствовать гербу, чем должности, — усмехнулся Лионель и понял, что отодвигает тяжеленный стул левой. Леворукость начинала входить в привычку, самое время убираться.

— У меня выбора между гербом и собой нет. — Хайнрих с видимым удовольствием вытянул ноги к холодному по случаю лета очагу. — Я медведь со всех сторон. Вас удивило мое появление?