«Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Мне приходилось добивать собственного короля, – сумрачно произнес Валме и вдруг понял, что неловкости больше нет. – Так я могу докладывать?

Глава 6

Ракана (б. Оллария)

400 год К.С. Ночь с 5-го на 6-й день Весенних Ветров

О том, что Валме у Капуль-Гизайлей, Робера оповестил жизнерадостный басовитый лай, перемежающийся кокетливым тявканьем. Стало грустно и досадно. Не на урготского посла – на себя и дурацкую привычку хвататься за радугу. Мэллит любила Альдо, а Марианна… Красавица при всех своих достоинствах оставалась куртизанкой. Ждать от нее чувств было глупо, но Робер отчего-то ждал, а баронесса принимала в спальне пузатого посла – и вряд ли только его. Конечно, кавалеров можно разогнать не золотом, так шпагой, но какой смысл получить в безраздельную собственность одно лишь тело. Верность из невозможности измены – хоть мужчине, хоть знамени, хоть чести – стоит недорого.

Эпинэ натянуто улыбнулся, избавился от плаща и шляпы и угодил в довольно-таки мерзкую компанию. Приходилось признать – из тех, кто по зиме зачастил к Капуль-Гизайлям, Валме, без сомнения, был одним из лучших. Допусти баронесса до себя хотя бы младшего Тристрама, Робер вряд ли бы сдержался, но сегодня командующий гвардией отсутствовал. Надо полагать, корпел над бумагами, готовясь к высочайшей проверке. Дика с Мевеном тоже не было видно, а Рокслей сидел за карточным столом с помятым старикашкой и парой судейских. Хозяевам было не до них – барон Коко перешептывался с музыкантами, а в углу под картиной с красивыми рыцарями Марианна улыбалась полудюжине бездельников, среди которых был и урготский посол.

Пряжки на башмаках графа сверкали ярче полуденных снегов, а камзол цвета топленого молока украшали золотистые, в тон платья хозяйки, кружева. Банты из той же материи болтались на ошейнике посольской псины и на шее крутящейся под ногами левретки. Захотелось хлопнуть дверью, но Марианна уже посылала воздушный поцелуй. Окружившие красавицу кавалеры дружно повернули головы и закивали. Пришлось подойти.

– Милый Робер, – проворковала баронесса, – ваши бесконечные дела становятся невыносимыми! Я не видела вас целую вечность!

– Вечность не может вместиться в три вечера, – на шее женщины нежно мерцал крупный жемчуг, раньше Робер его не видел, – но мое отсутствие сделало вас еще… роскошней.

– Вечность может вместиться и в миг, но я должна вам представить новых друзей Коко. Барона Фальтака вы уже знаете. Как и господина Сэц-Пьера…

– Сударыня, – с раздражением произнес похожий на ставшую ящерицей лисицу господин, – я уже просил вас не упоминать при мне чьи бы то ни было титулы. Мне претит любое возвеличивание двуногих скотов, полагающих себя выше породившей их натуры.

– Утверждая свою избранность, люди выдумали себе Создателя, – вступил в разговор щекастый гость; Марианна не успела его представить, но в отличие от многомудрых собратьев он был лыс и тучен, – нематерьяльный фантом, позволяющий любому глупцу ощущать свою значимость, оставаясь, по сути, животным.

– Не оскорбляйте животных, – потребовал Фальтак. – Люди отличаются от них в худшую сторону, так как запирают себя в вонючих клетках и, отринув здоровую пищу, пожирают несовместимое и изуродованное.

– Барон, вы меня пугаете! – закатил глаза Валме. – Кстати, вам пора на встречу с нематерьяльной сущностью. Полночь пробило довольно давно. Я вас провожу и засвидетельствую свое почтение старине Валтазару. Поверьте, ему с вами несладко…

– Ужин для господина Фальтака сервирован, – низким мелодичным голосом добавила баронесса. – Это очень здоровая пища. Овощи, вода и ничего… изуродованного.

– Зато я не прочь отведать изуродованной ветчины, – засмеялся кавалер Дарави и подмигнул то ли Роберу, то ли родичу Берхайма, имя которого вылетело у Иноходца из головы. – Ради нее я согласен слушать не только птичек, но и умников.

– Вот! – поднял руку отнюдь не спешащий на встречу со здоровой пищей Фальтак. – Вот истинное отношение к…

– Простите, – перебил Робер, – мне нужно… переговорить с Рокслеем!

Кавалер Дарави шумно втянул в себя воздух, Валме посторонился, философы понимающе переглянулись, баронесса не шевельнулась. Золотистые жемчуга стоят дорого, а послезавтра Халлоран явится за полковым жалованием. Если он вернется ни с чем, кавалеристы станут ненадежны. Халлоран – честный служака, как он поступит, когда начнется? Отсидится в казармах? Будет защищать Альдо? Положится на судьбу?

– Мне везет, – вместо приветствия сообщил Рокслей. Он пропускал этот круг. – Зачем мне везет?

– У везения свои резоны, – отшутился Эпинэ. Он не слышал, что говорят в углу, но баронесса смотрела на Валме, а Дарави с кузеном Берхайма ржали.

– Есть примета. – Дэвид поднялся от стола и теперь стоял рядом с Робером. – Тот, кто скоро умрет, не проигрывает. Мне везет третий вечер подряд. Я пробовал поддаваться, даже сбросил не ту масть, а Дарави зашел со Скал. Я взял круг на пустое Сердце… Это было Сердце Скал, Эпинэ. Понимаете, что это значит?

– Да-да, – невпопад ответил Иноходец, глядя на Марианну. Она улыбалась всем и Валме.

– Прошу прощения, – своим обычным каменным голосом ответил Дэвид, и Робер почувствовал себя тупой скотиной.

– Простите, Дэвид, – торопливо произнес он, – я уже давно не верю приметам. К тому же меня вывели из себя эти трое. Я видел похожих в Агарисе. Они приходили в гости к Матильде, говорили и ели. Ели и говорили. О деле великой Талигойи, о Чести, о своих предках, об Олларах, о тех, кто сидит во дворцах. В их дворцах, как они утверждали. Теперь они при дворе. Кто не разбежался, и кого не задавило в Доре. Они едят и говорят. Эти пока не во дворце, но уже едят и говорят…

– Фальтак отрицает и честь, и предков…

– Неважно, что они несут, – отмахнулся Эпинэ, – главное, они при этом едят. И ненавидят тех, кто сидит во дворцах. Любых. Потому что это не они. Кстати, в карты везет не только тем, кто умрет, но и тем, кого ненавидят. Вас ненавидят, потому что вы граф Рокслей и выигрываете, вот вам и везет.

– Я себя ненавижу за это же, – тихо сказал Дэвид. – Бедный Фердинанд. Бедный, толстый, добрый Фердинанд. Он хотел выпускать из тюрем и кормить, а не хватать и воевать… Джеймс заплатил за подлость Генри, я тоже заплачу́.

– Ну так платите! – рявкнул Робер. – Возможностей отдать долг Олларам или, вернее, Талигу хоть отбавляй. Умирать для этого необязательно, скорее, наоборот.

– Что вы сказали? – Голос графа странно зазвенел, и Робер понял, что едва не попался, хотя с Рокслеем поговорить нужно. Сперва с ним, потом – с Мевеном, а с Халлораном, пожалуй, не стоит.

– Я сказал, что нужно защищать горожан. – Это не было враньем и не было всей правдой. – Помогите Карвалю. Все лучше, чем думать о смерти.

– Вы правы, – все тем же звенящим голосом произнес Дэвид. – Если меня убьют, то за делом. За достойным делом