Сожаление пронзило моё существо. О чём, чёрт возьми, я думал? Действуя из гордости и обиды, думал членом, а не сердцем и разумом.
– Дерьмо, – я опустил глаза и вздохнул.
Дрожь пробежала по её телу. Старые раны никогда полностью не заживали.
– Это сломало меня, Кайл. Это оставило на мне шрам, который ещё только предстоит залечить. Я знаю, что должна это сделать, не могу позволить ни единому мгновению определять, кто я.
Её взгляд опустился. Кенна боролась с чем-то глубоким и тёмным, прежде чем снова посмотрела на меня из-под ресниц. Такая чертовски красивая, чем снова пронзила меня стрелой в самое сердце, вцепилась в мою душу.
– Но ведь именно это я только что и сделала, не так ли? Я позволила одному-единственному мгновению отторжения и боли омрачить то, что происходило между мной и тобой... и... и я побежала, потому что именно это я и делаю, когда становится слишком тяжело. И я больше не хочу быть той девушкой. Не хочу этого бояться.
Я протянул руку и откинул назад прядь волос, упавшую ей на лицо.
– Мне чертовски жаль, что я причинил тебе хоть каплю боли. Но в ту ночь я был полон решимости стереть тебя из своего сердца и души. Чтобы окончательно отказаться от очарования, которое я испытывал к тебе.
Печаль скользнула по её лицу, и я наклонился ближе, чтобы быть уверенным, что нахожусь прямо в поле её зрения.
– Но это не сработало. Это не сработало ни на секунду. Потому что ты всегда была рядом – мечтой, совершенством. Ты была той, с кем я сравнивал всех остальных девушек, и ни у одной из них не было шанса занять твоё место, – я провёл ладонью по её лицу. – Я люблю тебя. Я люблю тебя по-настоящему. Я люблю тебя всем своим существом. Я люблю тебя, потому что это ты.
Новая волна слёз скатилась по её лицу, и я обхватил обе её щёки, вытирая слёзы.
– Я так люблю тебя, Кайл Лав. Я люблю тебя, потому что это ты. Это так больно. Я тосковала по тебе всю свою жизнь и понятия не имела, как её заполнить.
Охваченный приступом желания, которое уже невозможно было обуздать, я рывком приподнял её и прижал к стене. Она ахнула, потом рассмеялась и обняла меня за плечи. Я прижал её ближе к стене и провёл губами по раковине её уха.
– У меня есть довольно хорошая идея, как её заполнить.
Дрожь пробежала по её телу, опалила кожу, по которой хотелось провести языком, так же сильно, как хотелось проглотить необходимый вздох, царапающий её горло. И я сделал это. Я проглотил этот сладкий звук поцелуем. Поцелуй был жёстким и отчаянным, немного маниакальным. Мы наконец-то свободны. Между нами не осталось никаких стен, никаких вопросов, неуверенности в себе или любопытных сестёр, стоявших между нами.
Пальцы нырнули в мои волосы, крепко сжимая и дергая безрассудно, жадно, уколы боли покалывали кожу головы. Сила этого выстрелила прямо в мой член. В член твёрдый как сталь. Ему не терпится наконец-то попасть в эту девушку.
Горячая киска тёрлась о мои брюки, её желание окутывало цепями, но я должен был быть осторожен с ней не потому, что она была жалкой, хрупкой или слабой, а потому что та заслужила, чтобы с ней обращались правильно, чтобы обожали, боготворили и лелеяли.
Она ответила на поцелуй с такой страстью, какой я никогда не испытывал. Но так бывает, когда ты нашёл свою пару. Это был пожар. Преисподняя. Фейерверк, запущенный с необитаемого острова.
Благоговение. Любовь вздувалась волдырями, а преданность крепко накачивалась, пока мы сражались, чтобы стать ближе друг к другу.
– Кайл, – прошептала девушка. – Ты мне нужен.
– Знаю, Кексик. У тебя есть я. Я твой и никуда не денусь.
Я резко отклонился, чтобы посмотреть на неё, и на её лице появилась застенчивая улыбка.
– Так и есть. Ты можешь отвести меня в мою спальню.
Застенчивость исчезла вместе с её требованием, но это было именно то, чего Кенна хотела. Я был слишком готов услужить и сделать это. И всё же мне пришлось немного подразнить её.
– Ах, да?
– М-м-х-м-м, – она прикусила нижнюю губу, и её щёки покраснели.
– Скажи мне, что ты используешь меня не только ради моего тела.
Она положила руки мне на плечи.
– Я провела слишком много времени, фантазируя об этом, – прошептала Кенна себе под нос.
У меня вырвался стон. Дерьмо. Я не был уверен, что смогу справиться с этим, и в особенности с мыслью о том, что эта девушка фантазировала обо мне.