Чу-zone: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Проверить, как ведёт себя компас в зоне тумана, не представлялось возможным — не видно же ничего. Однако через границу не проникали электромагнитные волны и звуки всех диапазонов. Попытка протянуть провод закончилась плачевно. Вернее, провод-то протянули, радист надел наушники, включил рацию и замер с открытыми глазами.

Таким его и повезли в стационар, когда догадались сорвать с него наушники и попытались привести в чувства. В таком же состоянии госпитализировали его сослуживца и прямого начальника, сдуру пожелавших послушать, «что там за херня». Более желающих «слушать туман» не нашлось.

Однако же «ватсап» и вообще интернет работал! Но для интернета сигнал передаётся в цифровом виде по оптоволоконному кабелю. Протянули такой провод и сразу наладили закрытую прямую связь, а то ж непонятно, кто контролирует сеть.

Это требовалось для сохранения контроля над частями, которые должны будут «форсировать туман». Решили всё-таки ввести в город дополнительные силы для предотвращения возможной паники, беспорядков.

Однако же никто не думал переходить границу по дорогам на виду у населения, тогда точно паники не избежать. Да и польза от дорог только в том, что по ним легче всего ездить на автомобилях, но в тумане глохнут двигатели. Перетаскивание техники может занять много времени и, если делать это на автотрассах, совсем парализует гражданский транспорт.

Совсем от дорог отказываться, конечно, не собирались, решили использовать просёлочные. Топографические карты далёкой то границ области нашлись только прошлого века, пришлось искать с вертолёта. Их координаты прямо с борта отсылались в штаб, туда направлялись команды сапёров.

Не имея под рукой леера или отбойника, в тумане невозможно определить направление. Солдату цепляли на пояс карабин с тросом, и тот отправлялся во мглу. Отчего-то с каждым шагом парни сбивались в стороны, кто влево, кто вправо, и будь они без связи, рисковали отправиться в бесконечное путешествие вокруг Чудоевска.

Причём, все в один голос утверждали, что по субъективным ощущениям шли строго прямо. Направление их движения определяли по натянутому тросу и корректировали подёргиваниями: два рывка — взять левее, один рывок, соответственно, правее.

Впрочем, как выяснилось, бесконечно описывать вокруг города окружности им не грозило. На северо-востоке над безлюдной лесистой местностью вертолёт будто налетел на стену. К счастью без трагических последствий. Машина просто не могла преодолеть некую черту, летела или к стене тумана, или от неё.

Направились от границы, время от времени пытаясь пролететь невидимое препятствие. Это удалось сделать примерно в пятидесяти километрах от границы тумана. Схематично получалось, что кольцо вокруг города с ручкой.

К месту новой аномалии немедленно отправились исследователи на внедорожниках и ничего толком не выяснили. Стоишь в лесу, впереди те же деревья. Шагаешь вперёд, и тебя заворачивает вправо. Делаешь поправку, шагаешь левее, пожалуйста — идёшь налево. Но к деревьям, что ясно видишь перед собой, приблизиться не можешь!

О природе чудес можно было только догадываться, разгадки, несомненно, находились по ту сторону тумана, в Чудоевске. И так вовремя в штаб пришли новые сведения. Из УФСБ докладывали о загадочном происшествии в Краеведческом музее. В принципе само происшествие… э… то есть его описание несколько фантастично. Но есть и вещественные, осязаемые доказательства — тела монстров, солдат, оружие, доспехи, одежда. Их пока свалили в морге судмедэкспертизы, требуется как-то переправить «на большую землю».

По версии ФСБ пришельцев интересовал артефакт, что находится в лаборатории музея. Особого внимания заслуживали тревожные данные об отдельных гражданах, засевших в этом самом музее. От сотрудничества с представителями власти уклоняются, находятся в учреждении культуры федерального значения незаконно, представляют собой серьёзную опасность. Оказали сопротивление при задержании и вообще ведут себя вызывающе — без тяжёлого вооружения, желательно танков, разговаривать с ними бесполезно.

Глава антикризисного штаба покрутил головой — как же там всё запущено! Однако генерал-полковник, по основной профессии танкист с молодости, соглашался, что танками каши не испортить, с ними хоть с инопланетянами легко договориться. Он отдал распоряжение перетащить в город пару-тройку машин в замаскированных под фуры трейлерах.

Основные силы ограничились колёсной техникой. Объездными путями, не привлекая внимания, сосредотачивались у точек перехода. По сигналу начали форсирование. Первой перешла туман обычная армейская пехота. На той стороне взяли плацдарм в полукольцо, чтобы спровадить ненужных зевак.

За трос втащили первую машину. За ней тоже волочилась гибкая сцепка. Когда запустили движок, перетащили на ней следующую машину. К ней, само собой, тоже предусмотрительно закрепили трос. Так и пошло. Через полчаса накопили достаточно сил, поступила команда начать движение в глубину.

Роберт позвонил Майе, сказал, что подъезжают. Встретила их у дверей лаборатории «новенькая» девушка Лиля. На приличном русском языке, лишь с лёгким акцентом поздоровалась, познакомилась с бойцами. Попросила не пугаться и повела показывать помещения.

Сразу Боб попал в комнату с дверями, что так удивила доктора Лозинского. Лиля открыла одни двери, сказала, что это будет кухня. Там уже стояли какие-то столы. Другое совершенно пустое пока помещение назвала спальней.

Парни под руководством Лили принялись перетаскивать имущество. Первым делом притащили на кухню два мешка картошки, девушка троих бойцов усадила её чистить. Принесли печку и газовый баллон, сразу подключили. Лиля с двумя бойцами сходила в «Революционный» зал за рыбой и прочим к обеду.

Уложила на стол четыре крупные кетины, поводила над ними ладошками, видимо, разморозила магическим способом, и принялась нарезать на стейки. Уху взялся варить Боб, а Лиля быстро разобралась со специями, с печкой, и вовсю жарила рыбку.

Парни закончили разгрузку, собрались на кухне. Делать стало временно нечего, не ковыряться же в телефоне, когда такое творится! Лиля жарила рыбу сразу на двух сковородках, всё делала только голыми руками, и руки её двигались э… очень быстро и точно. Так, что начинало казаться, что рыба сама режется, солится, валяется в муке, укладывается на сковородку, подпрыгивает и переворачивается, а пожарившись, сигает в таз.

При этом Лиля не забывала улыбаться и мило щебетать в ответ на робкие вопросы. Что родом она из другого мира, и такая рыба у них не водится. Вообще, рыба у них есть всякая, эту жарит по аналогии, самой интересно, что получится. А готовить её научила мама, тоже ведьма. Да, она понимает в магии, но откуда взялись эти комнаты, лучше расскажет Ги за обедом. Уже скоро.

Приехали Владимир и Димка. Володя спросил, что происходит, Боб представил своих парней, тоже шпионов, сказал, что готовят обед. Владимир важно покивал головой и продолжил с отпрыском начатый ещё в дороге этический спор.

Дима считал, что просить птиц гадить на солдат лицемерно. Всем же ясно, что срали голуби не сами, обосранные могут подумать, что его папе неудобно или страшно было заставить их просто самих обосраться, раз не позволили ему, то есть Вове, снова набить майору морду. И если дело в майоре, его и надо было заставить обделаться — солдаты же не причём!

Владимир сокрушался по поводу молодёжной тупости, малообразованности и скоропалительности суждений. Ну, не мог он заставить обделаться одного майора перед его бойцами! Он же тоже офицер ФСБ!

— А бить ему при бойцах морду?! — патетически восклицал сын.

— Это другое! — горячился папа. — Побои те же ранения! В бою! Это только наши служебные отношения!

— Ну, просто уехать ты мог?! — поражался Дима. — Без этого сраного цирка?!

— А как ещё дать им понять, с чем они связались?! — убеждённо отвечал Володя. — Если каждый раз будет просто сходить с рук, потеряют осторожность! И однажды их всех убьют! Это же наши солдаты, Димка!

Роберт сказал, что у них сегодня случился аналогичный эпизод. Тоже приехали их всех арестовывать. Вот у него случайно получилось наколдовать бойцам группы захвата понос. Всем разом, одинаково жидко и вонюче, без нарушений субординации. Физически никто не пострадал, только морально.