— Да, Джоз, извини, — проговорил Арчи, поспешая за наставником. — А какая работа?
Джоз заговорил, не оглянувшись:
— Да всё то же самое. Ликвидировать прорывы. Хреновенькие у нас пошли дела, Арчи.
Парень удивился:
— Но мы же… то есть вы вон их как!
Джоз повернулся к нему обветренной, горбоносой, усатой харей, вдруг добродушно улыбнулся, блеснув ровными зубами.
— Ты тоже молодец. Не облевался в первый раз, уже подвиг.
Арчи немного смутился:
— Спасибо, сэр… э… Джоз. А почему плохие у нас дела?
Рыцарь со вздохом принялся объяснять:
— Маги перестали поддерживать сплошной барьер на последних рубежах. Ставят только на время, отсекают подкрепления прорвавшимся, пока мы их крошим.
Парень глубокомысленно произнёс:
— А! Это потому что нельзя угадать, где они полезут?
Джоз кивнул.
— Да. И теоретически оно полезно для психологии — в эту минуту головы котов катапультами бросают обратно. Только… — он нахмурился, — только это уже не работает. Они будут лезть, пока всех не убьют. Они готовы платить за одну нашу голову сотней своих, так мы их разозлили.
Арчи воскликнул:
— Мы разозли?! Да мы же их создали! Наши маги вывели расу зверолюдов!
Джоз ухмыльнулся, тряхнув чёрными с проседью волосами.
— И они нам, конечно же, очень за это благодарны!
Парень почти зарычал:
— Неблагодарные твари! Предатели! Всех передушим, шкуры сдерём живьём!
Рыцарь внимательно на него посмотрел.
— Ну, а почему, ты думаешь, они так на нас злятся?
Арчи презрительно скривился.
— Да какая разница, чего там думают эти животные!
Джоз вздохнул.
— Вот потому и дела у нас хреновенькие. Ладно, закрыли лирику.
Они шли узкими переходами форта. Арчи морщился — им приходится идти пешком! Магии не хватает для барьеров, что уже говорить о лишних телепортах? Может быть, скоро придётся бегать и на ликвидации… или… Он вдруг понял, что самое плохое начнётся, когда бегать станет некуда, когда им прикажут умирать там, где стоят.
Но этого же не может быть! Орден непобедим! И он… он ещё так мало жил. Арчи поспешно отогнал дурные мысли. Много или мало — какая разница? Их жизни принадлежат Ордену. Тем более его жизнь.
Эта война началась до его рождения, отец, рыцарь, погиб, когда Арчи учился ходить. Орден платил маме пенсию, чтобы она воспитывала сыновей. Когда он пошёл в школу, пришла похоронка на старшего. Арчи отлично учился, усиленно тренировался, переходил в следующие классы, а старшие братья уходили на войну.