Мой взгляд метнулся по коридору — не было ли свидетелей? Но в этот раз кажется обошлось.
— Куда?
— В библиотеку, Элалия, в библиотеку…
Кажется, я погорячилась. И "седая девочка" в исполнении Лагранжа мне нравится куда больше чем собственное имя! Потому что имя звучит как-то...отвратительно просто звучит!
— Бес с тобой, идем, — сдалась я. — У тебя полчаса.
Даниэль
Я шагал по коридору, внутренне посмеиваясь, абсолютно довольный собой. Седая девочка пристроилась позади на расстоянии в метр и, кажется, старательно делала вид, что она вообще не со мной, нам просто в одну сторону.
Пусть. Главное — идет.
Я наблюдал за ней сегодня краем глаза, и начал понимать, почему ее называют Невидимкой. Политика полного невмешательства — “меня здесь нет”. Во время конфликта в столовой Мирей его разжигала, Алисон пыталась сгладить, Элалия… Элалия просто наблюдала со стороны. “Меня это не касается”. На занятиях она старалась ровно столько, сколько нужно, чтобы не выделяться ни для наставников, ни для воспитанников. Единственное, где она позволяла себе чуть больше — рунная магия.
Не хочешь иметь дел с местным контингентом? В этом мы с тобой схожи, седая девочка…
Одно пока не укладывалось — если она здесь из-за семейных проблем, то почему срывы? А если из-за срывов, то зачем ей семейное право? И пусть мой вопрос про срывы она проигнорировала, это не значит, что я постесняюсь задать его еще раз.
Я остановился возле библиотечных дверей. Наглухо закрытых и запечатанных заклинанием библиотечных дверей.
— По понедельникам библиотека открыта только первую половину дня, — равнодушно прозвучало за моей спиной.
Я обернулся. Лали смотрела на меня с удивительной смесью кротости и вызова.
Что ж, мелкую колкость я, конечно, оценил, но ты пока что все же плохо меня знаешь, бука.
Линии печати высветились перед глазами в стройный выверенный рисунок, созданный еще несколько десятков лет назад, но с тех пор так и не претерпевший изменений. Я мог бы сломать ее, как выломал печать на чердаке. Но на чердаке не стояло сигнализации, а здесь она была — тонкая мерцающая нитка по контуру основного заклинания. И если осторожно подхватить ее хвостик…
Сигналка свернулась в ладонях слегка покалывающим клубком и, лишившись подпитки основного заклинания, быстро растаяла, утекла сквозь пальцы бесполезной силой. И ладно уж, если взялся действовать профессионально, на полпути бросать негоже.
Точные действия. Знакомый алгоритм. Выверенность скупых движений и филигранность магических потоков. Приятная сложность задачи, заставляющая колдовать не “на отвали”.
Печать нежно засияла и раскрылась, как цветок. Дверь с легким скрипом отворилась, приглашая нас войти.
Я обернулся. Девчонка стояла вытаращив глаза и даже слегка приоткрыв рот, но поймав мой взгляд, спохватилась и тут же поджала губы.
Черт побери, приятно!
Никто никогда не смотрел с восхищением на то, как я колдую. Мама магией не интересовалась — несмотря на феноменальный дар, она предпочла его не развивать. Отец, преподаватели — это скепсис, замечания, периодическое одобрение с горькой ложкой “но еще есть к чему стремиться”. Однокурсники смотрели оценивающе, иногда завистливо, иногда с превосходством — отбор на факультете был суров, Королевская Академия выпускала только лучших из лучших…
— Прошу, — я распахнул дверь и сделал приглашающий жест рукой.
Элалия колебалась, но недолго, бросив вороватый взгляд по сторонам, она шмыгнула мимо меня в библиотеку и только там все же не утерпела:
— Как ты это сделал?! Ты же ее не сломал! А… а…
— Открыл.
— Это невозможно!
— Без знаний и практики — да. Научить?
На мгновение ее взгляд вспыхнул, но она тут же опустила ресницы и мотнула головой.
— Не надо. И никого тут не учи, бога ради, а то от Горок только горка руин и останется.