– Спасибо за разъяснение, – я ответил ему уже в спину.
Блюститель чистоты потерял ко мне интерес, а я перехватил тяжёленький саквояж и решительно взялся за ручку указанных дверей.
Х-м, а может следует постучать? Придёт же запоздалая мысль, когда я уже двери открыл!
Войдя, я остановился с края огромного зала с потолком под самой крышей. Нормальный, такой себе, холл. По стенам развешаны держатели под подсвечники с факелами. Думаю, что это для антуража, так как света вполне достаточно.
Огромные окна главной стены, той, что фасадом является, отлично пропускают дневной свет с улицы, несмотря на цветные витражи. На этих величественных картинах из стёкол изображены воинственные дяди. Люстра… Ну-у-у… Тут всё по моде. Кованная и тяжеленная, побуждающая во мне желание избежать, или свести к минимуму, время нахождения под этим светильником. Расплющит, если свалится!
Сделав пару шагов к администратору, скучающему за столиком у лестницы, я взглянул и на пол.
Ого! Это гигантская мозаика, а полноту картины и её сюжет можно увидеть лишь с верхней площадки, или с балкона, этой величественной лестницы холла. А если с пола смотреть на неё, то почти ничего не ясно.
Этажей, кстати, всего три. С одним лишь «но»! Они огромные и равны каждый двум нормальным этажам, в смысле, привычной высоты. Однако, в таких сооружениях их может быть и побольше.
Например, с другой стороны дворца. Не с парадной с главными помещениями, а с задней и боковых… Короче, этажность пока останется под открытым вопросом.
А вот представителей жандармерии я заметил не сразу. Двое господ оказались скрыты за колоннами. Одеты жандармы в парадную форму с множеством блестящего. Как ёлки под новый год. Вооружение вполне стандартное для Магов-Вольников. Они что, на службе в жандармерии находятся?
Неожиданное для меня открытие, сродни откровению. Так как в Ставрополе на Волге маги в специальном подразделении концентрировались, и Патрулём назывались, Магическим. Или в Службе Сопровождения Обозов, в коей и я умудрился однажды поучаствовать…
– По какому вопросу господин прибыли в Городскую Управу? – администратор, или распорядитель оторвался от записей и покосился на мой саквояж.
Ну как оторвался? Вовсе не так, как я себе представлял.
Он просто поднял голову, а его ручка, стилизованная под аляпистое перо неизвестной птицы, продолжила вести запись в толстенном талмуде.
Я, естественно, присмотрелся к канцелярскому предмету, порхающему над страницей и прибавляющему прописных строчек. Такое я уже встречал, но сейчас дело другое. Я вижу причину этой магии, или то самое, что делает это чудо возможным.
Красный камешек артефакта всем заправляет, считывая и исполняя мысленные пожелания хозяина, администратора. Идёт перепись чего-то важного.
Н-да! Бытовая магия во всей красе, нечего больше добавить. Наконец-то и ручка перестала писать, тем самым показав, что мысли клерка теперь полностью заняты моей персоной, так некстати запаздывающий с ответом на заданный вопрос.
– Х-м, м-м… да! Все с Запада Империи так реагируют, и в сим нет ничего удивительного, ведь там все артефакты под строжайшим учётом, да и доступны лишь Магам, по большому-то счёту, – клерк, или приёмный администратор, снисходительно улыбнулся, но вовремя поправился, наткнувшись на мой серьёзный взгляд. – Прошу прощения, за свою вольность в общении, господин?.. – он остановился на полуслове, ожидая моего представления.
Вместе с этаким, завуалированным под интерес, методом выуживания моего имени, талмуд захлопнулся и его место занял журнал регистрации посетителей. Я хоть и не видел названия, но это точно он.
– Господин Феликс, – я не стал упорствовать и назвался. – Мне нужно лицо, ответственное за разрешительные грамоты на торговлю, – я сразу и причину визита обозначил, так ожидаемой клерком.
– Великолепно! – обрадовался служащий, а моё имя появилось в столбике таблицы учёта. – Его Милость, шевалье Розенберг, как раз изволили прибыть, – он встал и поклонился. – Вам, господин Феликс, нужно подняться на второй этаж, где находится приёмная и рабочий кабинет Первого Советника Главы города, упомянутого мной выше. Ошибиться невозможно, так как дверь всего одна, – завершил любезный служащий и элегантно указал на лестницу, ведущую ко всем этажам, с перерывами, такими как балконы на площадках между пролётами.
– Благодарю, – я чуть-чуть поклонился, и встряхнул саквояжем.
– Простите, уважаемый господин, а вам помощь не нужна? – вопрос администратора заставил меня обернуться. – Ваша ноша, – он взглядом указал на причину такого предложения. – Она тяжела.
– Нет, я справлюсь, но спасибо скажу, за ваше чуткое внимание к гостям, – я подумал, что от комплимента клерку хуже не будет.
Господин служащий принял похвалу с предсказуемым изменением во внешности. Он стал более горделивей, и с одухотворённым выражением возросшего самомнения.
После соблюдения формальностей и обмена любезностями, я спокойно поднялся на требуемый этаж и вошёл в открытые двери приёмной. Тут никого не оказалось, и я пересёк зал до самого входа в кабинет. Стучать не стал и вошёл.
– Господин Феликс, рад вас видеть в числе первых сегодняшних посетителей, – заявил хозяин, которого как-то предупредили обо мне. – Шевалье Розенберг, прошу любить и жаловать, – представился чересчур весёлый джентльмен. – Я слушаю вас, ой, простите, присаживайтесь, – шевалье указал на стул около своего рабочего стола и сел сам.
Я прошёл к указанному месту и занял его, брякнув саквояжем об пол. Блин, да там пуда два! Мне нужен банк!
– Господин Розенберг, я искренне рад нашему знакомству, – сначала я последовал правилам вежливости. – Мы сможем с вами решить одну непростую задачку, очень важную для меня? – я перешёл к делу. – И да, уважаемый Шевалье, только вы сможете разрешить её в нужном мне ключе, – немного лести я тоже вставил, сочтя её не лишней.
Господин Первый Советник вскинул бровь, выражая заинтересованность, и чуть склонился над столешницей, тем самым приблизившись ко мне.