Бескрылый (Рассказы): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Джон, — пробормотала Кэтрин, — может, избавим их от хлопот и выйдем к ним сами?

— Это мысль, — буркнул я, высовываясь из-за стены. Горзуни стали действовать осторожнее. Они подкрадывались по саду к развалюхе, которую мы защищали. За их спинами виднелись руины большого дома. Над ними вился дымок. Горзуни рылись среди обломков, выискивая людей и сокровища. Меня так и подмывало выстрелить по ним, но я сдержался, решив приберечь патроны для тех, кто подбирается к нам.

— Мне вовсе не улыбается быть рабом у варвара-инопланетянина, — сказал я, — пускай даже с теми, кто сведущ в технике, обращаются сравнительно неплохо. Но вот женщине…

Я умолк, будучи не в силах докончить фразу.

— Я могу предложить им свои услуги в качестве техника, — ответила Кэтрин, — а могу и не предлагать. Джон, милый, по-твоему, риск не оправдан?

Разумеется, нам обоим поставили в свое время гипнотический блок против самоубийства. Так поступали со всеми, кто служил в уничтоженном космофлоте Содружества, за исключением имевших доступ к секретным сведениям. Считалось, что мы обязаны сражаться до последнего, до тех пор пока нас не убьют или не возьмут в плен. Глупость да и только, характерный образчик политики наших верхов, которая привела нас к поражению в войне. Раб с познаниями в науке и технике был для варваров ценнее пары-тройки солдат, которых он успеет убить до того, как его схватят.

Однако усилием воли блок можно было разрушить. Я поглядел на Кэтрин. Наши взгляды перекрестились. В ее глазах, за длинными ресницами, дрожали слезы.

— Ну… — пробормотал я беспомощно и поцеловал ее.

Это нас погубило. Горзуни были уже в непосредственной близости от нашего бастиона; при земной силе тяжести, которая составляла примерно половину той, к какой они привыкли, варвары перемещались с потрясающей быстротой. Один из них прыгнул на меня; он приземлился на свои когтистые, вывернутые наружу лапы с грохотом, от которого затряслась почва под ногами. Он запрокинул голову и издал торжествующий вопль, и тут я снес с плеч его рогатую башку. Но за ним последовали другие. Кэтрин закричала и выстрелила в самую гущу толпы, что навалилась на нас с тыла.

Что-то словно ужалило меня. Я почувствовал резкую боль, а потом в мозгу моем будто взорвалась бомба, и я покатился по извилистой дорожке во мрак. Последнее, что я увидел, была Кэтрин, которая пыталась вырваться из рук горзуни. Он был вполовину выше ее, он согнул ствол ее винтовки, но утихомирить ее ему удалось далеко не сразу. Больше я ничего не помню.

С наступлением темноты они принялись загонять нас на борт звездолета. Мы словно очутились в аду, каким его рисовали себе наши предки, — темная ночь, охваченные пламенем дома, длинная вереница людей, бредущих к кораблю, подгоняемых тычками и пинками охранников.

Какой-то дом полыхал как раз неподалеку от звездолета. Алые и желтые языки пламени отражались на металлическом корпусе, выхватывали из теней изможденные лица; мерцали людские слезы и безучастные глаза нелюдей. Тьма скрывала нас друг от друга, лишь иногда порыв ветра раздувал пламя, и мы начинали озираться по сторонам. Но жаркий воздух обжигал кожу, и мы поспешно отворачивались.

Кэтрин нигде не было видно. Я брел вослед идущему впереди, то и дело вздрагивая от удара прикладом винтовки — таким способом наши хозяева выражали свое нетерпение. Я слышал причитания женщин и стоны мужчин, которых заталкивали в звездолет.

— Джимми! Где ты, Джимми?

— Они убили его. Он лежит там, в развалинах.

— Боже, в чем мы провинились перед тобой?

— Мой малыш! Кто-нибудь видел моего малыша? Мой мальчик! Они отобрали его у меня!

— Помогите, спасите, помогите!..

Глухое проклятие, истошный вопль, скулящий стон, судорожный вздох — и неумолчное шарканье ног, рыдания женщин и детей.

Нас победили. Они рассеяли наши армии, разграбили города, они отлавливали нас среди развалин, на Земле и в космосе, а мы лишь бессильно огрызались и отплевывались, да надеялись, что остатки нашего флота сотворят чудо. Но — чудес по заказу не бывает.

На деле Болдическая Лига оккупировала пока только внешние планеты Солнечной системы, а внутренние продолжали подчиняться правительству Содружества, которое то ли ушло в подполье, то ли перестало существовать. Немногие уцелевшие корабли космофлота сражались с врагами поодиночке, вразнобой, а Земля превратилась в охотничье угодье для любителей легкой наживы и работорговцев. И скоро, подумал я с горечью, инопланетяне подавят последние очаги сопротивления и Солнечная система целиком войдет в состав их варварской империи. Значит, из людей свободу сохранят лишь поселенцы колоний дальнего Внеземелья, в большинстве своем — тоже варвары, часть которых уже поддержала Лигу против материнской планеты.

Нас загнали в камеры, постольку человек в каждой, что мы буквально стояли на плечах друг у друга. Но Кэтрин по-прежнему не попадалась мне на глаза, и я впал в какую-то апатию.

Когда все поднялись на борт, палуба задрожала под ногами и ускорение стиснуло нас в своих объятиях. Некоторые умерли, не выдержав перегрузки. Я старался изо всех сил не допустить, чтобы человеческая волна, что перекатывалась из конца в конец камеры, расплющила мою грудную клетку.

Звездолет горзуни представлял собой дряхлое, насквозь проржавевшее суденышко, добрая половина приборов которого не работала. Болдики совершенно не разбирались в технике. Они были варварами, слишком рано узнавшими, как строить космические корабли и пользоваться огнестрельным оружием. Ведомые военным гением, что обнаружился в их рядах, они обрушились на планеты Содружества.

Они зазубривали инструкции, смысла которых не понимали. Мне доводилось наблюдать, как их «инженеры» приносили жертвы преобразователям энергии; я знал, что многие их генералы принимают серьезные решения только после совета с астрологами или предсказателями судьбы по внутренностям животных. Именно поэтому они выискивали среди рабов специалистов-техников. Имея диплом инженера-ядерщика, я мог рассчитывать на то, что со мной будут обходиться достаточно любезно, хотя, с другой стороны, меня, возможно, продадут тому, кто сдерет с меня кожу или ослепит, или заставит надрываться в рудниках.

Тем не менее положение необразованных людей было гораздо хуже моего. К ним относились как к машинам из плоти и крови, они выполняли работу, для которой у горзуни не находилось роботов, и редко кто из них протягивал больше десяти лет. Женщин продавали по умопомрачительным ценам людям — предателям и отступникам. При этой мысли я застонал и в отчаянии попробовал убедить себя, что познания Кэтрин в технике уберегут ее от подобной участи.

Нас переправили на другой звездолет, который кружил на земной орбите сразу за пределами атмосферы. Мне не удалось рассмотреть его снаружи, но едва мы перешли на него, как я догадался, что нас погрузили на турноганский межзвездный транспорт. Такие корабли обычно перебрасывали в Солнечную систему войска и забирали оттуда рабов. Этот, однако, был вооружен и, если уметь им управлять, являлся грозной силой.

Нас встретили стражники, все до единого — горзуни. Они опирались на свои винтовки, форма сидела на них, как на чучелах, и, судя по их поведению, у них начисто отсутствовало понятие о субординации, хотя бы для нижних чинов по отношению к офицерам. Приученные к дисциплине и чинопочитанию, мы не разглядели за внешней расхлябанностью армии варваров беззаветную храбрость и немалое воинское искусство. В итоге от космофлота Содружества осталась горстка оборванцев, а грязные варвары торжествовали победу.

Транспорт нам достался хуже некуда. На неокрашенной внутренней обшивке повсюду проступали ржавчина и плесень. Флуоресцентные панели еле светились, а кое-где перегорели совсем. Гравигенераторы пульсировали в ритме, который выворачивал человека чуть ли не наизнанку. Шкуры, украденные кухонные принадлежности, горшки и оружие сменили в каютах приборы и переговорные устройства. Экипаж звездолета был неряшливостью под стать кораблю. Горзуни слонялись по коридорам, посасывали куски мяса, пили, бросали кости, изредка с ухмылкой поглядывая на нас.

Коверкая английские слова, один из варваров приказал нам раздеваться. Тех, кто замешкался, награждали зуботычинами. Сложив одежду в общую кучу, мы построились в цепочку. Нам велели подходить по очереди к столу, за которым сидели пьяный горзуни и трезвый как стеклышко человек. Похоже, медицинское освидетельствование.