Так близко… Медленно лизнул ее губы. Она дернулась, пытаясь отстраниться.
А я отпустил. Просто отпустил, вот же гнилье! Надо будет провериться у целителя, когда вернусь в Кайер, вдруг меня слишком сильно ударили по голове? Если вернусь, конечно…
— Воды дашь? — прохрипел я, прикрывая глаза.
Она беспокойно дернула кожаный бурдюк, привязанный к моему поясу. Я смотрел на девушку, прикрыв глаза. И даже удивиться не успел, так резко она прижалась к моим губам. И мы оба замерли.
— Ну? — прошипела Одри. — Что уставился? Только попробуй распустить руки, понял? Сколько тебе нужно?
Ответить я не успел, потому что она вновь ткнулась в мой рот. Так, не забыть бы на досуге обучить девчонку поцелуям, а то ведь совсем не умеет. Неопытная и такая… вкусная. Руки я и не распускал, мне хватало ее губ и языка. Правда, недолго… Сила у Одри какая-то особенная, чистая, сладкая, одурманивающая… Поцелуев стало мало почти сразу, инстинкт требовал прижать златовласку к земле и взять всю силу до капли. Под тряпками зачесалась рана, а это хороший признак: значит, процесс заживления все же запустился. Да, такого соединения мне катастрофически недостаточно, но, увы, девчонка не была расположена продолжать.
Всхлипнула мне в губы и вывернулась, отползла в сторону.
— Хватит! — выдохнула она.
Я сжал кулак, с наслаждением ощущая ток крови и жизни. Сила плескалась на донышке резерва, но это уже лучше, чем ничего. Теперь я точно дойду до реки.
— Спасибо, — вполне искренне сказал я, поднимаясь. Одри так и сидела на траве, глядя снизу вверх, хмурилась. — Идем? — проверил оружие, глотнул воды. — Или тебе так понравилось, что ждешь продолжения? Так только скажи. Немилая, — поддразнил я.
— Да провались ты, — вспыхнула эта зараза, вскочила, закинула на спину свой лук и быстро пошла туда, где шумела река. Я, усмехаясь, следом.
ГЛАВА 2
Отголосок связи дернул меня уже почти на подходе к берегу, и я облегченно выдохнул. Проклятая Пустошь, в которой даже призывы крови действуют непонятно как! Но Армон услышал, спасибо моему заклятию, что все еще висело над ним. Очень полезная штука оказалась.
Если я правильно запомнил карту, то Долину Забвения мы покинули, а значит, рихиор скоро найдет меня.
Теперь оставалась лишь одна проблема. Длинноногая, худая и дико вредная проблема, которая не желала отправляться со мной в Кайер. Я искренне надеялся, что Одри передумает, но, похоже, златовласка была настроена решительно.
— Дальше я не пойду, — заявила она, останавливаясь у кромки леса.
— Слушай, детка, зачем ты противишься? — честно попытался я по-хорошему. — Что тебе здесь делать? Даже если ты не хочешь оставаться со мной, давай хоть до города доберемся? Или так и собираешься жить в лесу? Брось, Одри, не глупи! Тебя же сожрут здесь! Думаешь, Пустошь безопасна?
— С тобой не пойду, — упрямо отрезала она.
— Но почему?
— Ты… — она вспыхнула. — Чернокнижник.
— И что?
— Чернокнижники — зло! — с непробиваемой убежденностью бросила она. Я вздохнул.
— Это ты с чего так решила, если ничего не помнишь?
— Это помню! Чернокнижие — зло, мрак и погибель. Завидев чернокнижника, надо бежать от него и возносить молитву Богине! Никогда не верь чернокнижнику! — отчеканила девушка. Я рассмеялся.
— Что смешного?
— Радуюсь, детка. Тому, что твоя память не безнадежна. Жаль, конечно, что вспомнила ты лишь то, что вбили жрицы богини, но это уже хоть что-то. Значит, со мной не пойдешь?
— Нет, — она отступила на шаг, я безразлично пожал плечами.
— Ну, как знаешь. Мне моя шкура дороже, да и сил нет тебя уговаривать. Спасибо, что проводила.
— И ты не будешь настаивать? — спросила Одри с подозрением.
— Зачем? — широко улыбнулся я. — Ты, конечно, неплоха, но я вот тут присмотрелся… — окинул внимательным взглядом ее фигуру. — Может, нам действительно лучше расстаться? Нет, если бы ты меня вспомнила… а так… Кайер большой, найду другую. Я буду очень грустить, детка. Но не очень долго.