– Идём, – снова говорит он мне. – Возьмём эту машину.
Он показывает на развалюху неподалёку.
Она выглядит, как царство микробов. Я морщу нос, но тут не так много машин, выглядящих лучшим выбором. Не хочу оставаться в этом убогом месте дольше, чем нужно, поэтому следую за ним. Он говорит, что отвезёт меня домой, поэтому, наверное, он лучше тех парней-похитителей.
– Можно мне за руль? – спрашиваю я.
Я не очень хороший водитель. Могу отвлекаться и уходить в своё собственное сознание надолго, не замечая уличных знаков. Но я люблю ездить, мне нравится скорость и чувство свободы.
– Нет, я за рулём. Я знаю дорогу.
Он пытается открыть дверь машины, но она заперта.
– Это твоя машина?
– Ты всегда задаёшь так много вопросов?
Всегда, на самом деле. Кажется, это звучит, как осуждение, поэтому я успокаиваюсь и не предлагаю сесть за руль. Чужие люди всегда такие колючие и сложные для понимания.
Он снова оглядывается, берёт камень и разбивает стекло автомобиля. Осколки дождём осыпаются вниз, он сметает их рукавом в сторону и открывает дверь. Ещё больше стекла валится на дорогу, а он пролазит под рулевую колонку. Минуты долго тянутся, пока он там копается и ругается.
Я надеваю кепку и оглядываюсь. Этот мужчина крадёт чужую машину. Однако никто нас не останавливает, как мне кажется, потому, что этот мужчина выглядит пугающе. Должна ли я бояться? Мне трудно считывать эмоции людей, поэтому я не боюсь даже тех, кого большинство боятся. Но я помню, что девушка Дениэла выглядела встревоженной, когда этот мужчина смотрел на неё. Я изучаю его, пока он приседает на порог и отрывает панель.
Этот мужчина большой. Огромный, на самом деле. Он выше всех, кого я знаю, у него большие руки, как стволы деревьев. Его светлые волосы коротко острижены, а одежда свежая до хруста. Это хорошо. Мне нравится аккуратная одежда. У грязных людей грязные мысли. И у него есть пистолет, вспоминаю я. Может быть, это делает его пугающим. Обычно я нахожу оружие интересным. Все детали гармонично движутся вместе.
Через мгновение он снова ругается, дёргая проводку.
– Ты пытаешься украсть эту машину? – спрашиваю я, поскольку он выглядит так, будто ему нужна помощь.
– Заткнись.
– Ты не очень вежлив, – даже я понимаю, что этот человек ведёт себя, как задница.
– Если не хочешь пулю в голову, заткнись.
Я действительно не хочу пулю в голову, поэтому замолкаю. Но продолжаю наблюдать, как он пробирается сквозь проводку машины и терпит неудачу при замыкании проводов. Очевидно, у него нет синдрома Аспергера. Если бы был, то уже бы выяснил, какие провода включают зажигание.
Ещё долгое время он ругается, затем отходит от машины с хмурым лицом и оглядывает улицу.
– Идём. Надо пройтись.
– Мы не возьмём эту машину?
– Нет.
– Но ты же только что разбил окно...
– Идём, – огрызается он.
Я мгновение раздумываю и залажу на переднее сидение автомобиля.
– У тебя есть нож?
Он уставился на меня.
– Идём, надо идти.
Похоже, любимое слово этого человека – идти. Возможно, ему нужно лучше изучить английский. Я предложу ему образовательный сайт, чтобы он обучился, после того, как мы разберёмся с машиной.