— Доктор, нас заверили, что с кардиостимулятором на Эдеме все будет в порядке, — сказала Алена. — Тогда почему ему стало плохо?
— Вам правильно сказали, кардистим в порядке, — ответил врач. — Просто в данном случае нужна адаптация. Два-три дня, и ваш муж придет в норму.
— Мне что, все три дня валяться в постели? — спросил Дэн.
— Нет, нет, молодой человек, просто ограничьте физические нагрузки и ложитесь спать пораньше.
Когда врач ушел, Дэн сел и сказал с усмешкой:
— Ну вот, а ты говорила, пляжные дискотеки, ночные клубы…
— Все будет, через три дня, — жизнерадостно ответила Алена. — А пока давай отдыхать у нашего личного кусочка океана.
И она потянула мужа на лоджию к бассейну.
Оттуда открывался умопомрачительно красивый вид вогнутого дугой побережья залива, города на берегу и океана до самого горизонта. На розовых пляжах, усыпанных разноцветными зонтиками, как горохом, было полно народу. На лоджиях отеля, разделенных прозрачными перегородками, тоже были люди. Пол лоджий был прозрачный, как и бассейны. Вода в них стекала водопадами из плоских прозрачных труб, расположенных на высоте чуть больше человеческого роста. Дэн и Алена могли видеть отдыхающих на три этажа выше и на три этажа ниже.
— Нет, давай пойдем вон туда, — Дэн указал на розовые скалы, которыми прерывался пляж на краю залива.
Отель, в котором жили Дэн и Алена, находился на краю города, и до скал было недалеко.
— Почему туда? — удивилась Алена.
— Потому что там никого нет.
После соревнований, на которых познакомились, Дэн и Алена поехали в Сочи, к морю, и там, среди скал на морском побережье впервые поцеловались. Алена поняла намек и кивнула. Одевшись по-пляжному; они отправились к скалам.
— Ну вот: в первый же день вы откалываетесь от коллектива, — сказала Ванесса, когда они сообщили друзьям, куда пошли.
Ваня, Сэм, Фил, Алекс и Еля собрались идти на пляж, как раз туда, где больше всего людей.
— Где же еще, как не в гуще народа мы сможем познакомиться со сливками Федерации? — шутливо добавила Елена.
— Мы к вам обязательно присоединимся через три дня, — пообещала Алена, и они с Дэном направились в противоположную сторону.
В розоватых скалах они обнаружили совсем маленькую ровную площадку, усыпанную розовым песком и окруженную большими округлыми валунами. До нее, правда, пришлось добираться по неудобным, порой острым камням и узким проходам среди скал.
Место показалось Дэну и Алене таким романтичным и уютным, что они стали проводить здесь каждый день все утренние часы, даже когда Дэн адаптировался и снова забыл о пороке сердца. Они загорали на теплых валунах, или купались в море, любовались лунами Эдема, стоявшими в небе и днем, и ночью: или кипящей в океане жизнью. Вода в океане была такой чистой и прозрачной, что дно было видно на глубине нескольких десятков метров. Не нужно было никакое оборудование для дайвинга, чтобы любоваться стайками разноцветных рыб и разнообразной придонной растительностью.
Дэн вспомнил о кардистиме через пару дней. Ему снова внезапно стало плохо, когда семеро землян играли в пляжный волейбол с командой из семерых волжан с планеты Волга.
Он очнулся в номере на кровати, рядом была Алена и уже знакомый врач.
— У меня дежавю? — с едва заметной иронией спросил Дэн.
— Нет, милый, просто твой кардистим снова дал сбой, — пояснила Алена.
— Но почему? — спросил Дэн. — Период адаптации прошел, и на Земле мне сказали, что магнитное поле Земли и Эдема идентично.
— Магнитное поле Эдема все же немного отличается от земного, — объяснил врач. — Это отличие настолько незначительно, что на него можно не обращать внимания. До сих пор земные кардистимы работали на Эдеме прекрасно. Очевидно, у вас индивидуальная повышенная чувствительность к изменению напряжения силовых линий магнитного поля планеты.
— И что нам делать? — разочарованно спросила Алена.
— Возвращаться на Землю? — добавил Дэн.
— Не обязательно. Исключите любые физические нагрузки, и все будет в норме. На всякий случай вот таблетки.
Врач достал из белого чемоданчика плоский пластмассовый флакончик с круглыми драже, похожими на витамины, и поставил на прикроватную тумбочку.