– Точно не хочешь поехать?
– Нет, не люблю блюз, – мой голос звучал расслабленно и беззаботно, удивительно.
– Не обязательно слушать блюз, ты можешь просто купаться.
– Боюсь, у меня не осталось купальника, который не слетает от одного твоего взгляда. А травмировать психику перспективного кардиохирурга я позволить себе не могу. Страна мне этого не простит.
Майкл так резко развернул меня к себе и смотрел так серьезно, что мне не составило труда поставить себе «F» за попытку пошутить. Он оперся руками о столешницу – не рядом с моими бедрами, но близко – и наклонился, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.
– Кэрри, извини, что обидел тебя. Тогда я сказал много лишнего, мне не следовало. Прости меня.
– Да я уже забыла. – Его прямота застала врасплох, поэтому ничего лучшего, как солгать, избегая его близости, мною придумано не было.
– Тогда почему ты избегаешь меня?
– Не правда, – я замерла, не принимая больше попыток высвободиться. Майкл скептически улыбнулся, не веря ни единому моему слову. Умею ли я врать? Мне кажется, что да. – Может, ты мне не нравишься! – Гордо вздернутый подбородок, уверенность во взгляде – боже, да я прирожденная актриса!
Майкл выпрямился, становясь еще ближе, нависая надо мной, (и где же мои шпильки?..) заставляя инстинктивно поднимать лицо ему навстречу.
– А ты мне нравишься. Ты изменилась, я не узнал тебя сначала. – Он склонился надо мной, практически касаясь губ. – Ты очень красивая, Кэрри.
Я сглотнула – его откровенность обескураживала. И глаза, поразительные, серо-зеленые, никогда не видела таких.
– Майк, ты пиво нашел? – Стэн вовремя появился, давая мне тем самым возможность взять передышку. Майкл чуть отстранился, и я воспользовалась его замешательством: нырнула ему под руку и, изобразив абсолютное спокойствие, выплыла из кухни.
Глава 3. Девичники бывают разные: синие, синие, синие
Через полчаса мы с Евой остались в особняке вдвоем. Народ рванул к Майклу, а нам осталась грязная посуда. Но главное правило – не унывать – работает даже в отношении уборки, и пусть мы ей занялись в час ночи. Быстро запихнув тарелки и бокалы в посудомоечную машину, мы сварили какао и удобно устроились в их с Крисом спальне – пижамная вечеринка на двоих.
– Так почему ты не поехала? – Я еще рта не открыла, а Ева уже на корню обрубила: – Только не говори: чтобы помочь мне с уборкой. Ты терпеть не можешь убираться.
Ладно. Скажу правду. Почти правду.
– Зачем? – равнодушно пожав плечами, я зевнула. – Два мальчика хорошо делятся на двух девочек. Крис не в счет, конечно.
– Вряд ли у Бекки что-то получится с Майклом. Мне кажется, его интересуешь ты.
– Кого? – натурально удивилась я. – Майкла?!
А ты мне нравишься.
Ты очень красивая…
В голове некстати всплыли его слова, но принять их даже мысленно было сложно, не то что озвучить вслух, поэтому я, отрицательно качнув головой, сказала:
– Тебе показалось.
– А то, как он провожает тебя глазами, мне тоже показалось? – Ева улыбалась и выглядела жутко довольной, словно собиралась поженить нас.
– Да твой Майкл…
«Заткнись, Кэрри!» – ментальный пинок еще никому не вредил! Я ведь не рассказывала Еве про нашу стычку на ее восемнадцатилетие. Она любит Майкла, он ей как брат. Черт! Да он уже ей брат! А заставлять выбирать между нами, принимать чью-то сторону – мне не хотелось.
– Что Майкл? – Ева, видимо, не собиралась пропускать мои слова мимо ушей.
– Да так, ерунда.
– Кэр-ри, – настойчиво протянула она, похлопав рукой по кровати. – Выкладывай, что между вами произошло.