— Педро! — прозвучал голос сверху.
Солдат смолк, приложил палец к губам, вышел и запер дверь.
— О, Боже небесный! Дай мне терпения! Это чудовищное испытание! — воскликнул Вандердекен.
— Может быть, солдат придет сюда утром? — предположил Крантц.
— Утром! Как же бесконечно долго тянется время!
— Я понимаю вас, но что делать? Приходится ждать, даже если эти часы кажутся столетиями. Однако тихо, я слышу шаги!
Дверь отворилась, вошел солдат, который препровождал их сюда.
— Следуйте за мной! — приказал он. — Комендант желает переговорить с вами!
Пленники с радостью последовали этому неожиданному приказу. По каменной лестнице они поднялись наверх и вскоре оказались в небольшом помещении перед тем самым маленьким комендантом, с которым читатель уже знаком. Он лежал, развалившись, на большой софе, длинная шпага лежала рядом с ним. Две молоденькие девушки-аборигенки — одна у ног, другая у изголовья — помахивали опахалами.
— Где вы взяли эти одеяния? — был первый вопрос коменданта.
— Когда море выбросило нас на остров, туземцы пленили нас и увезли с собой. Нашу одежду они забрали, а нам дали эту.
— И уговорили принять участие в нападении на наш форт?
— Они принудили нас к этому, — возразил Крантц. — Войны между Голландией и Португалией нет, и мы отказывались участвовать в нападении, но они, несмотря на наши возражения, посадили нас в лодки, якобы затем, чтобы убедить свой народ, что им помогают европейцы.
— Чем вы можете подтвердить свои показания?
— Во-первых, нашим честным словом. Во-вторых, мы добровольно остались на этом острове, хотя и имели возможность покинуть его.
— Вы моряки Голландской Ост-Индской Компании? Вы кто, офицеры или простые матросы?
Крантц, считавший, что будет лучше, если они скроют свое истинное положение на корабле, скосив глаза на Филиппа, стал отвечать:
— Мы — младшие офицеры. Я был третьим рулевым, а мой товарищ — лоцманом.
— А где ваш капитан?
— Я не могу сказать этого. Я не знаю, жив он или нет.
— Не было ли у вас на борту женщины?
— Была. Жена капитана.
— Что стало с ней?
— Она, наверное, погибла, когда плот оторвался.
— Ха! — воскликнул комендант и замолчал.
Филипп взглянул на Крантца, как бы спрашивая, к чему все эти уловки, но тот подал знак, что пока говорить будет он.
— Так, значит, вы не знаете, жив ли ваш капитан или нет? — переспросил комендант.
— Мы не знаем этого.
— А теперь поразмыслите-ка. Я бы предоставил вам свободу, если бы вы подписали документ, удостоверяющий смерть вашего капитана, и подтвердили бы свои подписи в случае необходимости.
Филипп посмотрел сначала на коменданта, затем на Крантца. Но Крантц решительно отвечал: