– И к чему ты это? – спросил Сергей.
– Тайна, которую ты вынужденно хранишь, слишком тяжела. Некоторые тайны могут сломать хребет даже самым сильным из нас.
– Откуда ты все знаешь? – улыбнулся Сергей.
Жанна опрокинулась на спину и долго смотрела в одну точку на потолке. И когда он решил, что она уже ничего не ответит, неожиданно заговорила:
– Этим невозможно управлять. Оно существует вне зависимости от моих желаний. Откуда-то берется и так же неожиданно исчезает, а потом появляется вновь.
– Когда ты говоришь, я начинаю чувствовать себя идиотом! – проворчал Сергей.
– Ты хотел спросить о чем-то другом…
Он хрустнул суставами пальцев.
– На меня было совершено нападение.
– Когда?
Она словно не удивилась, вопрос скорее походил на уточнение. Таким тоном равнодушный следователь опрашивает потерпевшего.
– Сразу же после моего визита в «Росметаллстрой». Я вижу прямую связь между этими событиями.
– Кто на тебя напал? – Жанна внимательно посмотрела ему в лицо, словно пытаясь разгадать, лжет он или говорит правду.
– Непрофессионалы. Отморозки в форме грузчиков. Ждали возле подъезда… – Он запнулся. – Мне показалось, в их задачу не входило меня ликвидировать.
– Что же им было надо?
– По-дурацки звучит… – усмехнулся Авдеев. – Черт его знает?! Может, похитить хотели? Один был с электрошокером. В Интернете такой не купишь. Рядом стоял синий фургон. Закрытый. Марка «форд», номер не заметил, был забрызган грязью.
– Как тебе удалось отбиться?
– Иногда я неплохо дерусь, – ответил Сергей. – Те парни из фургона были не готовы к отпору.
Жанна повернулась к нему, уткнулась лицом в шею, отчего голос прозвучал немного приглушенно:
– Ты говоришь правду… – Она помолчала и добавила, словно размышляя вслух: – Иногда мне кажется, что лучше бы не видеть правду. Плохо, когда тебя никто не может обмануть.
– Я бы не отказался! – Сергей провел ладонью по ее волосам. – Откуда у тебя дар?
– Вначале были сны…
– Сны?
– Сны… – Жанна глубоко вздохнула. – В шесть лет сны пугают. Мне снились реалистичные кошмары. Дети редко страдают бессонницей. Я боялась заснуть. Ждала, что из-под кровати вылезут огромные черные руки и утащат меня за собой. И тогда я очень сильно захотела увидеть другой сон, радостный, веселый. Так и случилось. С того момента я научилась заказывать себе каждый вечер сны. – Она обняла его за плечи, живот напружинился, дыхание стало прерывистым. – Но кошмары… Они никуда не ушли! Они вернулись в реальной жизни…
Ее ноги жадно обхватили мужские бедра, горячий рот впился в шею. Они совокуплялись истово, ненасытно и не могли насладиться друг другом, словно путники в пустыне после долгого томления жаждой, наткнувшиеся на источник питьевой воды. Полоска серебряного света втекла в комнату. Она откинулась на спину, приглушенно застонала, вздулись вены на шее, тело вытянулось в упругую нить. Спустя мгновение он зарычал, содрогаясь в ее объятиях. Потом наступила тишина, шумело в ушах, возле виска часто трепетала тоненькая синяя жилка. Прошло время. Шестнадцать минут.
– Раньше я после такого курил! – улыбнулся Авдеев.
– Ты помнишь библейскую притчу о талантах? – спросила Жанна.
– В общих чертах…
– Талант – тяжелая ноша! Трудно нести, бросить жалко. Я не ставила цели закодировать тебя от табачной зависимости, Сережа! – Жанна зажала его рот ладонью. – Выслушай! Такое случается. Побочное действие считки. Когда я погружаюсь в сознание другого человека – это все равно что пробраться через дырку в заборе. А там чудовищный сад! Сад страшный и удивительный, в котором живут и чудовища из детских снов, и ангелы! Все перемешано! А я чувствую себя слоном в посудной лавке, понимаешь? Больше всего я боюсь растоптать бабочку…
– Какую бабочку?! – Он отвел ее пальцы от своих губ.