Ох, уж эти американцы. Лежу я, значит, такая, колбаска деловая, почти нагишом, солнце припекает мои обгоревшие ягодички, ветерок холодит кожу, волосы в земле и тине висят сосульками,тело трясет от пережитых нагрузок, рот побелел от морской соли – и что, похоже, что я «right»? Но делать нечего, русские ведь не сдаются, так? А все потому, что гордость идет впереди нас. Запрокидываю голову и обнажаю грязные в песке зубы. Конечно же, я в порядке, объясняю двухметровому детинe с кучерявой башкой и в костюме тройке – и это на пляже. По поводу последнего возникли вопросы. Так как я даже в бреду не могла представить себе, что кто-нибудь из отдыхающих для прогулки по побережью может обрядиться в черный пиджак, брюки, рубашку, жилет и галстук, а также натянуть лакированные туфли, я приняла американца за кого-то из администрации «Грааля». Выяснилось, что я ошиблась.
- Не обращайте внимания на Мартина, - объясняет мне верзила, указав на бигля. – Он чересчур любопытен. Вечно что-то находит, порой прямо из номеров выносит. Видите ли, Мартин обаятелен,и многие постояльцы пускают его себе на виллы, а затем не находят важных вещей.
Детина рассмеялся в голос. Лично меня его Мартин особо не интересовал, больше меня смущала ситуация, что я лежу на берегу почти без одежды, распластанная в позе морской звезды, а надо мной склонился двухметровый шкаф и болтает со мной как ни в чем не бывало.
- Недавно Мартин стащил у пожилой леди с виллы номер семь ее вставную челюсть. Мы живем по соседству, потому я первый узнал, что бедняжка разыскивает ее.
Так значит, он из гостей отеля. Лучше не придумаешь.
- А вообще Мартин очень послушный и знает команды. Глядите, – верзила перевел взгляд на своего пса. Он выставил вперед указательный палец длиной с Эйфелевую башню и приказал: – Эй, Мартин, сидеть!
Мартин и ухом не повел. Верзила нахмурился.
- Сидеть, сидеть, сидеть, сидеть…
Мартин лег.
- Ну вот, команду «лежать» знает.
Я почувствовала , как вытягивается мое лицо.
- О, простите, забыл представиться, – великан протянул мне свою волосатую лапищу в качестве пожатия. - Кортеней Димарко, штат Айова.
Несколько секунд мой мозг лихорадочно соображал, что делать дальше. Ей-Богу, все это очень напоминало театр абсурда. Этот Кортеней (дали же человеку имечко) или в самом деле делал вид, будто все нормально,или разыгрывал меня. Что ж, я тоже неплохой игрок. Растягиваю обветренную физиономию в улыбке от уха до уха, протягиваю ему руку в ответном пожатии и представляюсь, как он: Имя, Фамилия, Город.
- Вы конгрессмен? – вырвалось у меня. Ну а что можно было подумать? Только политики, даже когда они оказываются в сущем аду, ведут себя так, будто ничего не происходит.
Кортеней удивленно отпрянул, но, кажется, ему понравилось то, как я его назвала. Он откинул голову назад и снова загоготал, будто услышал отличную шутку.
- О нет, я журналист!
Он пожал мою руку и продолжил незатейливый разговор. Сообщил, что он расположился со своим псом на вилле номер восемь в левой стороне острова и спросил, где остановилась я.
- Не правда ли, хорошая погода? - заявил Кортеней.
- О да! Просто замечательная!
Видимо, американцы привычны к тому, что на пляже люди оголяют свои задницы. Мои же глаза находят случайно оставленное кем-то на лежаке рядoм мокрое полотенце, но взять его можно, лишь встав на ноги. Интересно, как поведет себя Кортеней, если я выставлю напоказ всю свою анатомию? Думаю, по-прежнему будет улыбаться и болтать . А может, проползти мимо него до лежака? Уверена, он и ухом не поведет, пока я буду извиваться, словно ящерица на песке. Поэтому цепляю на рожу глупую улыбку и великосветски прошу джентльмена подать мне вон то полотенце.
Kортеней рад стараться – мчится к лежаку и приносит мне его с таким видом, словно охотничья собака трофей. Кстати, о собаке. Любопытный бигль уже успел сделать кросс вдоль берега и вернулся с добычей в пасте, которой оказалась (что бы вы думали?) нижняя часть моего купальника. Пока я неуклюже подпоясывалась влажным полотенцем, как ранее мой знакомый французский ловелас, великан-американец пытался отобрать у своей собаки мои купальные плавки. Оказалось, это совсем непросто. Мартин воспринял все как веселую игру: он бегал по кругу со скоростью метеорита, пока его неповоротливый хозяин, находясь в центре, согнувшись пополам, руками-лопатами безуспешно пытался выхватить добычу из пасти питомца. При этом американец еще умудрялся посылать мне короткие «месседжи», мол все «гуд», все «окей» и скоро мои трусы снова будут на мне. Приятная перспективка, но, по моему мнению, не совсем реальная.
Вскоре пробежка в костюме тройке при температуре около сорока градусов сделали свое дело – Кортеней совсем выдохся. Потянуло ароматом пота с легкой ноткой ношеных носков. На продолговатом лбу великана появилась испарина, кучерявые волосы прилипли к голове. Мне стало жалко беднягу, и я предложила встретиться позже. Мол, он знает, в каком номере я остановилась, когда проблема будет решена, он вернет мне мою вещицу.
На том мы рaзошлись. Kортеней долго махал мне вслед громадной ручищей, будто уходящему поезду. Вот такой он, мой новый друг-американец, с пылким сердцем в груди и легковерной головой на плечах.
И вот теперь я, наполовину краснокожая и измученная, строчу вам это письмо, лежа на матрасе (сидеть не могу – больно). День ещё не закончился, а у меня уже на примете аж четыре иностранных красавца, желающих продолжить со мной знакомство. Запомните эти имена, а лучше запишите:
Азим Шафар Эль Дин,
Гаетан Делонье,
Kортеней Димарко,
Микелянджело Сальтаформаджо.
И заметьте, ни одного Джона Смита! Все, как на подбор. Два брюнета и два блондина. Богатые, успешные и странные. Что ж, каникулы обещают быть интересными.
Держу вас в курсе. С наилучшими пожеланиями, ваша «дотя»!