— Простите, вы хотели…
Я не договорил. Она порывисто обернулась. Представьте себе мое удивление — передо мной стояла Лида Шелемеха.
— Да, Олекса Мартынович, у меня к вам просьба.
— Зайдемте ко мне.
13. Разговор с Лидой Шелемеха
Не сняв пальто и не слушая моих приглашений присесть, Лида остановилась посреди комнаты. Светлые пряди волос, выбившись из-под шапочки, прикрывали ее ухо и щеку. Сильная электрическая лампочка освещала девушку, давая возможность видеть каждую черточку ее лица.
«Зачем она пришла, что случилось?» — думал я, но, не решаясь спросить, заговорил о заседании комитета.
В глазах Лиды блеснул интерес. Перебив меня, она спросила:
— Разумеется, Ярослав был там?
— Макаренко? Был.
Она прошлась по комнате и зажгла настольную лампу.
— Электричество режет мне глаза. Погасите, пожалуйста, верхний свет.
Я поспешил выполнить ее просьбу. Лида села в кресло и достала из сумочки конверт.
— Я прошу вас передать это письмо инженеру Макаренко. Я хотела послать письмо почтой, но не уверена, что оно до него дойдет.
Я был удивлен. Зачем ей передавать письмо? Ведь она могла поговорить с Макаренко, тем более что он живет в этой же гостинице и уже, вероятно, дома.
— Вас удивляет моя просьба? Я уезжаю на два месяца в Ессентуки. Мой поезд отходит на рассвете… А я уже десять дней не могу увидеться с Ярославом.
— Почему? — вырвалось у меня.
— Инженер Макаренко занят работой, — с иронией сказала Лида. — Десять дней назад он исчез, чтобы поработать над своим проектом. Я думала, что сегодня он вернется к себе в гостиницу, но, оказывается, он снова звонил сюда, что еще несколько дней его не будет.
Для меня это было новостью. Правда, я знал, что Макаренко много работает, но о его исчезновении ничего не слышал.
— Это манера инженера Макаренко, — с горечью сказала Лида. — Свою работу он ставит превыше всего.
— Да, он много работает. Энергичный и настойчивый человек.
— Возможно… Когда он появится, пожалуйста, передайте ему письмо. Вы ведь соседи… И… я надеюсь, вы никому не расскажете об этом маленьком поручении.
— Обещаю, — торжественно сказал я.
Она отдала мне письмо.
Некоторое время мы молчали. Потом Лида встала и протянула мне на прощание руку. Я не знаю, что меня толкнуло на это, но у меня вырвалось:
— Лидия Дмитриевна, я перед вами виноват.
— В чем? — удивленно посмотрела она на меня.
Я помолчал, досадуя на свою несдержанность.
— У меня ваша сумочка… которую вы потеряли у моря…
Лида вспыхнула.