Эли сидела рядом с Шерил, Полом Фечером и его сыном Райаном. Я оглянулся на сторожей — они по-прежнему о чем-то шептались — и пополз по ковру.
— Мы за тебя беспокоились, — сказала Эли.
— Что хотел узнать Рассел? — спросила Шерил.
— В основном он меня прощупывал. Спрашивал о вас и… — Я заговорил тише, хотя больше никого из «Хаммонда» рядом не было. — Он знает о расследовании.
— Как, откуда?!
— Я больше чем уверен, что у него есть источник информации в «Хаммонде».
Она кивнула:
— Он знает слишком много, это точно. Данцигер считает, что он профессионал в вопросах «К» и «Р».
Она оглянулась через плечо. Джон Данцигер лежал на боку у стены и спал.
— Он нам вкратце рассказал о коде принуждения.
— Это куда лучше моей изначальной идеи, — заметил я.
— Во всяком случае, у вас был хоть какой-то план, — сказала она. — Я должна извиниться перед вами.
— За что?
— Я все это неверно толковала. А вы их раскусили. И то, как вы за меня вступились, — я этого не забуду.
Открылась дверь, Тревис ввел Латимера и выкликнул имя Данцигера. Латимер сел рядом с нами. Ему явно стало лучше — кризис миновал.
Вдруг в комнате вспыхнул свет, так же внезапно, как и погас. Многие проснулись, сели, стали оглядываться.
— Наверное, генератор починили, — сказал Латимер. — Знаете, за то, что вы сделали — пробрались поговорить с Гроганом и Данцигером, — вас могли убить. Вы смельчак, Джейк.
— Просто хочу выжить.
В дверях послышался шум: вошли Уэйн и Питер, помощник управляющего. Питер был мокрый от пота. Уэйн пошептался со стражами и отвел Питера в правый угол комнаты.
Примерно через минуту вошли Рассел с братом, ведя впереди Данцигера. Казалось, тот обезумел от страха.
Рассел откашлялся.
— Леди и джентльмены, — провозгласил он. — Нам надо уладить одно маленькое дельце. — Он вынул из кобуры свой «глок». — Некоторые из вас, по-видимому, решили, что они очень умные. Решили подбросить песочка в двигатель. Испортить все для остальных. Словно я ничего не узнаю. — Он выщелкнул из «глока» магазин и поднял, словно желая убедиться, что он полон. — Когда-то один человек произнес замечательную фразу: «Будем ли мы держаться вместе — или по отдельности?» Кажется, Джордж Вашингтон.
— Бенджамин Франклин, — произнес Хьюго Ламмис.
Рассел посмотрел на толстого лоббиста.
— Спасибо, Хьюго, — кивнул он. — Немногие имеют мужество поправить человека с заряженным пистолетом.
— Я не поправлял, я просто…
— Все в порядке, Хьюго. Я люблю обучаться. Однако не все это любят. Вот почему вы сейчас получите маленький урок. Семинар. Это не займет много времени.
С негромким щелчком он вставил магазин в пистолет.
— Джон, — тихо сказал он, — пожалуйста, станьте на колени вот здесь. Да, здесь. Не на ковер, на доски. Хорошо.
— Пожалуйста, не надо, — проговорил Данцигер.