– То-то и оно! Значит, это все-таки не бескорыстный подарок на счастье. Бьюсь об заклад, что деньги, перекочевавшие на анонимный счет в Макао, немедленно перекочевали на другой счет в коммерческом банке на Лабуане.
– Где?
– Лабуан – это остров у побережья Малайзии. На этом кусочке песка процветает мощная индустрия оффшорных банковских операций. По сравнению с лабуанскими, швейцарские банкиры кажутся очень щепетильными. Именно на Лабуане китайские чиновники прячут свои наворованные деньги.
– Вот уж не знал!
– Именно на это они и рассчитывали. Послушные мальчики и девочки не знают о Лабуане и уж конечно не переводят туда своих денег.
– Боже мой! – воскликнул Ник. – Сколько же народа участвует в этой махинации?!
– Трудно сказать. Но с вашей стороны достаточно двух подписей. От «Стрэттона» вполне может подписаться ваш очаровательный финансовый директор, а от «Фэрфилд партнерс» – какой-нибудь активный пайщик-руководитель. Признаюсь, мне кажется, что сделка будет осуществлена наспех, но эти двое друзей наверняка очень спешат. В наше время вообще все спешат… Может, все-таки выпьете со мной бокал мартини?
– Я заказал томатный сок, – сказал Ник, – а его все не несут.
– Знаете, его, наверное, вообще не принесут! – прошептал Хаченс. – Как же я сразу не сообразил! Ведь нас обслуживает Винни!.. Впрочем, вы наверняка привыкли к такому обхождению…
– О чем вы?
Хаченс покосился на официанта и медленно покачал головой.
– Вы же уволили его брата…
3
Одри нашла Роя Багби по мобильному телефону. Багби обедал в своей любимой закусочной. Он с трудом слышал Одри. Вокруг него раздавались раскаты смеха, ножи и вилки стучали о тарелки, гремела хриплая рок-музыка.
– Когда вы вернетесь? – несколько раз переспросила Одри.
– Я обедаю! – заявил Багби.
– Я понимаю, но у меня важное дело.
– Что?
– Приезжайте скорей!
– А это не может подождать?
– Нет.
– Но мне только что принесли гамбургеры! Я сижу в… – Багби назвал ресторан и его адрес.
– Сейчас я приеду! – сказала Одри и выключила телефон, прежде чем Багби успел возразить.
Сначала Багби разозлился на то, что Одри не дала ему спокойно пообедать с приятелями – тремя мужчинами его возраста, одетыми в полицейскую форму, но очень скоро успокоился, извинился перед друзьями, и они с Одри уединились в отдельной кабинке.
– Вот и отлично! – заявил, он, выслушав рассказ Одри о пулях и пистолете. – Считай, мы их уличили!
– Но ведь это лишь косвенная улика, – возразила Одри.
На чудовищном красном галстуке у Багби расцвело пятно кетчупа, существенно повышающее его эстетические достоинства.
– А чего ты хотела? – выпучив глаза, заорал Багби. – Чтобы Коновер принес свой дневник с записью о том, как они с Ринальди прикончили этого психа?!
– Я не уверена в том, что прокурор сочтет эти улики достаточными.
– Ты о каких уликах?