Ген-хранитель: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В оформлении обложки использованы личные фото автора.

Пролог

«Sic finit occulte sic multos decipit aetas.

Sic venit ad finem quidquid in orbe manet.

Heu heu practeritum non est revocabile tempus.

Heu propius tacito mors venit ipsa pede.»1

Люди любят говорить, что никто не поможет тебе, если ты не поможешь себе сам. А так хочется…

Так хочется, чтобы кто-то прилетел на крыльях стремглав, отогнал от тебя все беды и невзгоды, и расчистил вокруг поляну побольше. И чтобы на поляне этой всегда произрастали бы радость и благодать.

Ладно, так и быть, потратив уйму времени и сил, наведешь порядок вокруг себя, построишь что-то новое и важное. В надежде жить в созданном вокруг себя мире долго, тихо и спокойно, с восторгом созерцая его красоту, гармонию и совершенство. И ведь знаешь определенно: так никогда ни у кого не бывает – ну, чтобы подолгу спокойно созерцать.

Человечество придумало религию. Чтобы верить в чудо. Чтобы поддерживать надежду выжить и кому-то авторитетному поручить надзор и контроль. Верующий человек принимает на себя обязательства – я буду делать так-то и так-то, как велит моя религия. А ты, мой Бог, пожалуйста, спаси и сохрани меня, а заодно и моих близких!

Однако, обращаясь в критические минуты за помощью или защитой, в подавляющем большинстве случаев придется смириться – мольбы никто не слышит! Возможно, просящий в чем-то провинился, всегда ведь найдется, к чему придраться – нарушена важная заповедь, не в той форме подано прошение.

Даже глубоко верующий человек нет-нет, да и усомнится – а слышит ли меня Бог? Или вокруг столько горестей и слез, что мои житейские неурядицы и вовсе не требуют божественного вмешательства? И великий Он постоянно занят решением проблем кого-то другого, и свою судьбу придется устраивать самостоятельно.

Самое простое после этого обидеться на проповедников, объявить их лишними посредниками, придумать свое Нечто, Всемирный Мозг или даже Вселенский Разум. Так делают многие. Писатели-фантасты, например, очень любят развивать вариации на тему про Сверхвеликое и Управляющее всем. В крайнем случае, если не найдется ничего подходящего в длинном списке известных и новомодных, религию можно придумать и стать ее первым адептом.

Священники уже сформировавшихся массовых конфессий, конечно же, упорно не желают мириться с таким отношением к их миссионерскому служению, и продолжают убеждать в своей незаменимости. В их арсенале торжественные ритуалы и расшитые золотом костюмы, сложная возвышенная архитектура и всевозможная атрибутика, включая живопись, скульптуру и всяческие обереги. Батюшка, святой отец, раввин, мулла знают ответы на все вопросы. Их самый главный рецепт во все времена: «Верь и молись!» Усилия не напрасны – огромное количество людей безропотно исполняет все, что велит религия, не утруждая себя ни глубокими размышлениями, ни, впрочем, и неистовой верой. Просто потому, что это делают все вокруг, и это, в принципе, не так сложно.

В любой вере есть главная приманка – отложенное счастье. Всем хочется надеяться, что после трудов праведных должно быть награждение, и после земной жизни никто и ничто не исчезнет насовсем! Религия сулит огромное пространство, в котором исполнение ритуалов, пусть даже это проникновенное чтение молитв, при случае зачтется! Не думай, просто верь и молись! На всякий случай!

Пусть по логике – доброму, трудолюбивому и порядочному человеку все должно, вроде бы, зачесться и так. Но причем тут логика, если мы говорим о религии?

Казалось бы человечеству, лучшими своими умами освоившему высшую математику, биологию, физиологию, генетику, ядерную физику, органическую химию, астрономию и даже космос, и параллельно в общей массе своей погрязшему в противоречиях, сомнительных ценностях и лжи, не так уж сложно, промучившись тысячелетиями, через очевидные факты прийти к уверенности, что никакого Бога нет! И нет никаких сверхъестественных сил. Ведь может же быть такое? Вполне… И скорее всего! Только это так грустно.

Как не крути, а всем нужна защита – и верующим, и не верящим. И вот уже и те, и другие, не желая признавать простую логику неизбежности перемен, шарахаются из стороны в сторону – от религиозных ритуалов к поиску закономерностей, символов и знаков, от снов и предчувствий, к астрологическим прогнозам и различным приметам. Фэн-шуй, йога, аюрведа, счастливая одежда, украшение, число. И, гляди-ка, звезды расположились в благоприятным порядке. Кажется, ну вот, наконец, мы нашли, что помогает! Ан, нет! Ведь здесь тоже – в самый неподходящий момент испытанная система не работает. Доверие утрачено и надо переходить на что-то другое!

В суете поисков подходящей веры, оберегов и амулетов, не только для внеземной жизни, но и на каждый день, мало кому вспоминается простая истина – вся информация, накапливаемая в процессе жизни человека, хранится непосредственно в его теле и управляется мозгом. С физической точки зрения и тело, и мозг могут быть в любой момент повреждены – тогда, конечно, неизбежны сбои в функционировании. А вот когда умер мозг – все ли исчезло? Где информация, которая там накопилась? Можно ли сохранить её на внешних носителях?

Никому не хочется мириться с тем, что после нас ничего не остается! И удивителен и нелогичен сам по себе переход из «живого» в «неживое» – из сложнейшей биосистемы человеческого организма, в которой задействованы и функционируют миллиарды различных по своей структуре живых клеток и микроэлементов, и которая, в свою очередь, тесно связана с окружающим миром своей энергией, чувствами и коммуникациями – в предмет, прах, ничто. Вот этот узкий и таинственный переход – не от него ли все пытаются нащупать тропинку?

Глава 1

2009 год. Санкт-Петербург. Больничные тайны

Светлане сорок девять лет, она замужем за Игорем Куликовым. Их единственный сын Андрей недавно женился и снимает со своей Алисой квартиру в Приморском районе. В Санкт-Петербурге живут и родители Светланы – Алла и Николай Потаповы. Светлана и сама была Потаповой первые четверть века своей жизни, пока не вышла замуж. Светлана Николаевна руководит отделом рекламы в журнале о туризме, и за вычетом незначительных ежедневных проблем и разочарований считает себя вполне успешной и счастливой.

Нет, есть, у неё, пожалуй, одна очень серьезная печаль. Ее отец, Николай Потапов, тяжело болен – сердце. Слава богу, он бывший военный, полковник в отставке, и его положили в Военно-Медицинскую академию. Будут делать операцию. Светлана, также как и ее родители, бесконечно доверяет тамошним врачам. В академии все самое лучшее: и специалисты, и оборудование. Если кому-то и можно чем-то помочь – там обязательно помогут! А любящие дочь и жена сделают все, что зависит от них.

Свою безграничную любовь к отцу Светлана осознала еще в детстве, когда он был полон сил, а она даже и не задумывалась о том, что доживет до следующего, двадцать первого, тысячелетия и до такого «почтенного» возраста как сорок девять лет, и что рядом с ней будут её еще более пожилые родители.

Вот и сегодня после работы Светлана Куликова спешит на Загородный проспект в Военно-Медицинскую академию, чтобы успеть проникнуть в палату к отцу до того, как закроют центральный вход на территорию. Успела. Правда, ей пришлось долго уговаривать охранника и аккуратно, чтобы никто не заметил, передать ему двадцать рублей.

Глубокие сумерки. Осенью в Петербурге рано темнеет. Старый больничный двор завален опавшими ржавыми листьями. Моросит мелкий и противный дождь. Такой мелкий, как будто мокрая взвесь стоит в воздухе. Светлана решила не доставать из сумки зонт – до кардиологического отделения недалеко. Как любила говорить в таких ситуациях её бабушка Маруся: «Не сахарная – не растаешь!»

Больничные дворы всегда, тем более в такую мерзкую погоду, настраивают на тревожность, обостряют мысли и заставляют гадать о том, что таит в себе болезнь и ее лечение. Выздоровление? Выстраданную радость от полной, временной или частичной победы над недугом? Или жизненный путь человека, на встречу с которым сегодня еще можно так вот спешить, оборвется до обидного скоро, и все случится именно в этом вполне симпатичном больничном дворе. Как же хочется узнать эту важную тайну заранее!

Военно-медицинские здания-корпуса изо дня в день впитывают в себя отрицательную энергию людских волнений и тревог, хранят холодное и суровое молчание. Сколько же видели эти стены нестерпимой боли, безнадежных диагнозов и смертей! А если подумать о врачах, которые трудятся сутками в заточении этих пронизанных человеческими страданиями палат! Вот ведь, считается, что благородная у них профессия – спасать людей. А самим-то им какого – постоянно копаться в чужих отказывающихся работать органах, пораженных болезнью, патогенной микрофлорой, находиться в вечной борьбе за стремительно разрушающиеся и отмирающие клетки временно живого организма. Здоровые и счастливые люди в больницы не попадают.

Светлана ловко маневрирует между луж. Да что там эти хмурые больничные корпуса. Она знает, видела здесь еще более зловещее место, вон там, чуть за поворотом. На одном из одноэтажных желтых зданий, которое остается по правую руку от дорожки, ведущий в «сердечное» отделение, висит бордовая табличка. На ней большими золотистыми буквами безжалостно выведено короткое и страшное слово «Морг». Посетителям, впервые нечаянно взглянувшим в ту сторону, как правило, становиться не по себе…

[1] (с латыни) «…Так заканчивается тайна, так обманчив возраст.