Однако тон его выдавал браваду.
— Предлагаешь обосноваться здесь? — с сомнением спросил напарник.
— Почему бы и нет? Нужно только позвать остальных.
— Да, правильно. Лучше держаться вместе. Да и что им там, снаружи, теперь делать?
Охотник за головами поспешно вышел из пещеры. Его товарищ направился к костру и подбросил в огонь хвороста. Предстояло ожидание, которое могло затянуться: время в межпространственных лабиринтах текло по своим законам.
Город представлял собой нагромождение сотен каменных башен, среди которых теснились величественные храмы, увенчанные куполами. Это был древний Дашмертон, столица некогда могущественного государства мурскулов, чьи способности в магии, как считалось, превосходили прочие. Но Дашмертон не выдержал натиска объединённых сил человеческих магических школ, поставивших себе целью проникнуть в тайны совершавшихся под сенью древних храмов обрядов. Войско мурскулов было разбито, Великий Раджа пал на подступах к Дашмертону, буквально разорванный атакой шести человеческих Архимагов. Столица была покорена, но не разрушена — постройки представлялиценность для людей, пытавшихся отыскать в них ключи к познанию магии покорённой расы. Однако волшебство мурскулов оказалось слишком иным, слишком сложным для понимания, а коренные обитатели предпочли покончить с собой, нежели попасть в руки врагам, жаждущим выудить у них древние тайны. Люди долго изучали Дашмертон, его артефакты и библиотеки, но так и не смогли толком ничего узнать. Со временем интерес к тайнам мурскулов пропал, и разочарованные люди один за другим покинули город.
Постепенно часть оставшихся в живых мурскулов вернулась в опустевший от захватчиков город, а часть предпочла остаться в джунглях и основать небольшие поселения, скрытые от людских глаз. Некоторые же решили жить по одиночке.
Со временем люди забыли о том, что раса мурскулов была некогда могущественна, и стали охотиться на них, точно на диких животных. Никто уже не пытался выведать у них тайны. Пойманных мурскулов (которые были потомками прежних и порой сдавались, опасаясь смерти, ибо не были так сильны духом, как предки) содержали в зверинцах и показывали гостям в качестве диковинок. Некоторые мурскулы даже не только смирялись с таким своим положением, но и находили его лучшим, нежели жизнь в джунглях. Но таких было мало.
Общество мурскулов имело кастовую структуру. Наибольшее влияние имели Познавшие, достигшие вершин магического мастерства. На следующей ступени находились Озарённые, приблизившиеся к овладению секретами волшебства. Дальше шли Ищущие, проходившие активное обучение, и Усмирённые, которые только готовились встать на путь познания. Они составляли Высшие Касты. Ниже них были Служащие, Буйствующие и Работающие. А самым низшим звеном в иерархии мурскулов считались Изгнанные. В свою очередь каждая каста делилась на две подкасты.
Отчасти организация общества мурскулов походила на социальную структуру муравейника. Только, в отличие от насекомых, их представители делились на касты не на основе физической приспособленности к тому или иному виду труда, а на основе степени духовного развития: чем выше ты продвинулся на пути познания себя и окружающей действительности, тем более высокое место в иерархии занимаешь. Можно сказать, что в основе общественной организации мурскулов лежал интеллектуальный ценз. И на вершине пирамиды находился Ф’адук-Азамал, или Великий Раджа — особь, достигшая духовного совершенства, претерпевшая физическое изменение, являвшееся всегда свидетельством перехода на новый уровень и в новую касту.
В день, когда на одном из каменных балконов Дашмертона встретились К’шар-Исфей из касты Озарённых и П’арай-Маргот из касты Ищущих, с утра зарядил дождь. Ледяные струи секли джунгли, делая их ярко-зелёный цвет ещё более насыщенным и ядовитым. Земля размякла и чавкала под ногами Работающих и слонов, которых они погоняли. Время от времени воздух оглашался низким рёвом этих животных, волочивших по улицам Дашмертона брёвна и камни, шедшие на отстройку разрушенной столицы — с недавнего времени мурскулы взялись восстанавливать свой древний город. Никто толком не знал, зачем это нужно, и кто именно это начал, но ходили слухи о появлении нового Великого Раджи, задумавшего вернуть расе былое величие. Несмотря на то, что никто не видел его своими глазами, большинству мурскулов хотелось верить, чтопоявился духовный вождь. Поэтому восстановление Дашмертона, хотя и медленно, но продвигалось.
К’шар-Исфей шёл, слегка прихрамывая и опираясь одной рукой о балюстраду, по резному барельефу которой струился дождь. На голове у него был красный с золотом тюрбан, а на плечах красовался искусно драпированный белоснежный плащ. Унизанная кольцами правая рука лежала на животе, а пальцы слегка подрагивали, чего К’шар-Исфей, казалось, не замечал: его взгляд был устремлён вдаль — туда, где за пеленой падавшего отвесной стеной дождя едва виднелось бледное солнце.
— Господин! — проговорил негромко П’арай-Маргот, подходя к Озарённому и слегка кланяясь.
— Доброго дня тебе, — отозвался К’шар-Исфей, поворачивая голову и окидывая Ищущего долгим взглядом.
П’арай-Маргот был высок для своей расы: его рост составлял пять с половиной футов. Кроме того, он был моложе собеседника лет на пятнадцать. Его волосы ещё не поседели, и черты лица почти не были изрезаны морщинами, столь характерными для мурскулов. На нём красовались синий тюрбан с крупным драгоценным камнем в центре и жёлтая тога, перехваченная поясом, на котором висели изогнутая сабля и длинный кинжал в дорогих ножнах. Все члены высших каст, за исключением Озарённых, носили оружием, ибо были воинами. Ищущие же обычно имели должности армейских начальников. В частности, П’арай-Маргот состоял в должности главнокомандующего.
— Что слышно о нашем друге? — поинтересовался К’шар-Исфей.
Голос у него был тихий, приятный, но в нём слышались усталость и напряжение.
П’арай-Маргот погладил короткую бороду и цокнул языком.
— Ищейки идут по его следу, но пока безрезультатно.
— Время уходит, а граница с Архатлой всё ближе, — Озарённый побарабанил пальцами по мокрой балюстраде.
Дождь стекал с навеса тугими струями и, разбиваясь о камень, обдавал говоривших брызгами, но они на это не обращали внимания.
— Он не доберётся до неё, — П’арай-Маргот постарался сказать это как можно увереннее, но К’шар-Исфей только усмехнулся.
— Я не верю обещаниям, — произнёс он, качая головой. — Боюсь, это задание ты провалил.
— Ещё не всё потеряно, и…
— Довольно! — Озарённый прервал П’арай-Маргота коротким, властным взмахом руки. — Без сомнения, Искушённый покинет наши владения прежде, чем Ищейки схватят его! Но это не значит, что следует сложить руки. Погоню необходимо продолжать.
— Она продлится столько, сколько потребуется.
— Владения паши Зик-Армаха начинаются всего в двадцати милях от Дашмертона, — К’шар-Исфей медленно поднял правую руку и потёр подбородок. П’арай-Маргот жадно следил за своим господином, ожидая, что тот скажет. — Он нейтрален к нам, если не сказать «равнодушен», но ему, без сомнения, не понравится появление мурскулов на его землях.
— Ищейки будут осторожны. Как всегда.
— Этого недостаточно! — покачал головой К’шар-Исфей. — На карту поставлено слишком многое. Слишком! — Озарённый несколько мгновений помолчал.
— Но другого выхода всё равно нет, — нерешительно напомнил П’арай-Маргот.