— Тогда я и мои друзья поблагодарим вас за гостеприимство и поедем дальше, — ответил Роланд, — потому что наше дело ведет нас по Тропе Луча. — С мгновение он смотрел на враз опечалившиеся лица Тиана и Залии, потом добавил: — Однако не думаю, что так будет, знаете ли. Обычно возможность находится.
— И будем надеяться, что собрание одобрит твое решение, — вставил Оуверхолсер.
Роланд замялся. Настал момент, когда он, если бы хотел, мог бы объяснить им, что к чему. Если эти люди все еще верили, что четверку стрелков как-то свяжет решение, принятое фермерами и ранчерами на общем собрании, значит, они совершенно забыли, каким был прежний мир. Но так ли это плохо? В конце концов все вопросы как-то разрешатся и станут частью долгой истории. Или не разрешатся. А если не разрешатся, на том закончится и его история, и его путешествие, и он обретет вечный покой под могильным камнем в Калья Брин Стерджис. А может, его тело и тела его друзей останутся на земле где-то к востоку от города, и их мертвой плотью смогут полакомиться вороны и расти. Ка скажет свое слово. Как говорила всегда.
Они все смотрели на него.
Роланд поднялся, поморщился от острой боли в правом бедре. Эдди, Сюзанна и Джейк тут же вскочили, словно получив беззвучный приказ.
— Мы хорошо поговорили. — Роланд обвел взглядом посланцев Кальи. — Что же касается будущего… даст Бог — будет и вода.
— Аминь, — откликнулся Каллагэн.
Глава 7
Прыжок
— Серые лошади, — сказал Эдди.
— Ага, — согласился Роланд.
— Пятьдесят или шестьдесят Волков, и все на серых лошадях.
— Ага, так они говорят.
— Не думаешь ли ты, что это как минимум странно, — промурлыкал Эдди.
— Нет. Им, похоже, так не кажется.
— А тебе?
— Пятьдесят или шестьдесят лошадей, все одного цвета? Я бы сказал, да, пожалуй.
— Эти ребята из Кальи сами разводят лошадей.
— Ага.
— Четырех привели нам, чтобы мы продолжили путь верхом. — Эдди, никогда в жизни не садившийся на лошадь, испытывал немалое облегчение от того, что какое-то время мог еще ходить на своих двоих, но говорить об этом не стал.
— Да, они стреножены и пасутся по другую сторону холма.
— Ты это точно знаешь?
— Уловил их запах. Думаю, за ними приглядывает робот.
— Почему эти люди воспринимают пятьдесят или шестьдесят лошадей, все до единой одного цвета, как само собой разумеющееся?
— Потому что не думают о Волках или о чем-то, с ними связанном, — ответил Роланд. — Все мысли блокируются страхом.
Эдди просвистел пять нот, которые никак не могли сложиться в мелодию.
— Серые лошади.
Роланд кивнул.
— Серые лошади.
Они переглянулись, потом рассмеялись. Эдди нравилось слушать смех Роланда. Сухой, хрипловатый, как отвратительные крики этих гигантских черных птиц, которых он называл расти… но ему нравился. Возможно, потому, что смеялся Роланд очень уж редко.
День клонился к вечеру. Над головой облака практически рассеялись, стали бледно-голубыми, почти в цвет неба. Посланцы Кальи остались в своем лагере. Сюзанна и Джейк пошли за сдобными шарами. После плотного обеда ничего другого на ужин есть не хотелось. Эдди сидел на бревне, что-то вырезая ножом. Роланд устроился рядом. Разобрал все оружие, разложил детали на куске оленьей шкуры. Одну за одной смазывал каждую, придирчиво осматривал, прежде чем положить обратно, готовую для сборки.