С юго-востока уже доносился могучий гул, нарастающий с каждым мгновением – гул, похожий на молнию, закупоренную в бутылке.
«А вот и он», – сказал Джейк, обращаясь к Ышу.
«Ион!» – согласился Ыш.
И вот – как-то вдруг – на горизонте возник темно-розовый силуэт длиной в два колеса. И он приближался, скользя по равнине: приземистый поезд с носом, похожим на наконечник пули. Едва Джейк увидел его, сердце его преисполнилось ужасом. Два громадных окна на передней части ярко блестели на солнце. Окна напоминали глаза.
«Не задавай ему глупых вопросов, – сказал Джейк Ышу. – В дурацкие игры он не играет. Он просто жуткий, чу-чу, паровозик, и зовут его Блейн. Блейн – это Боль».
Ыш неожиданно выпругнул на пути и застыл между рельсами, плотно прижав уши к голове и обнажив острые зубки в отчаянном оскале. Глаза у него сияли.
«Нет! – закричал Джейк. – Нет, Ыш!»
Но Ыш как будто его не слышал. Розовая пуля неумолимо неслась на ушастика, такого крошечного и упрямого. Джейку казалось, что шум подходящего поезда проникает ему под кожу, что от такого давления у него сейчас пойдет носом кровь, а из зубов выпадут пломбы.
Он рванулся вперед, чтобы вытащить Ыша из-под колес. Блейн Моно (или это был Чарли Чу-Чу?) накрыл их, и Джейк проснулся. В холодном поту. Весь дрожа. Ночь как будто сгустилась вокруг, давя на него темнотой. Перевернувшись на другой бок, Джейк принялся отчаянно шарить рукой по земле, ища Ыша. В первый – кошмарный – миг ему показалось, что Ыша нет рядом, но тут его пальцы наткнулись на шелковистую шерстку. Ыш тихонечко взвизгнул и, подняв сонную мордочку, с любопытством взглянул на мальчика.
– Все хорошо, – шепнул Джейк. У него вдруг пересохло в горле. – Нет никакого поезда. Это был только сон. Спи, малыш.
– Ыш, – согласился зверек, закрывая глаза.
Джейк перевернулся на спину и еще долго лежал без сна, глядя на звезды. «Блейн – это больше, чем боль, – думал он. – Блейн опасен. Очень опасен».
Да, вполне может быть.
«Никаких “может быть”!» – горячо убеждал его внутренний голос.
Ну хорошо. Блейн – это боль. Принимаем. Но в сочинении своем он еще кое-что написал насчет Блейна, так?
«Блейн – это правда. Блейн – это правда. Блейн – это правда».
– Господи, ну и дурь, – прошептал Джейк вслух и закрыл глаза. Уже через пару секунд он спал. В этот раз – без сновидений.
Примерно к полудню следующего дня они поднялись до верхней точки очередного гребня холмов и впервые увидели мост. Он нависал над водой в том месте, где река сужалась, поворачивая на юг и протекая вдоль городских стен.
– Боже правый! – воскликнул Эдди. – Тебе это ничего не напоминает, Сьюз?
– Ага.
– А тебе, Джейк?
– Да… он, по-моему, похож на мост Джорджа Вашингтона.
– Ужасно похож, – согласился Эдди.
– Но как мост Вашингтона оказался в Миссури? – спросил его Джейк.
Эдди с недоумением посмотрел на него.
– Что-что?
Джейк смутился.
– То есть, в Срединном Мире.
Эдди еще внимательнее на него посмотрел.
– А откуда ты знаешь, что это Срединный Мир? Тебя же не было с нами, когда мы нашли тот камень.