Он всегда видел в ней прежде всего свирепую собаку – и только. Возможно, Бруно был готов мириться с её существованием, но с тем условием, что Гроза будет на каждом шагу доказывать свою преданность и добрый нрав. Содрогнувшись от внезапно нахлынувшего ожесточения, Гроза непроизвольно шагнула к Дротику.
Но Дротик и не собирался отвечать на насмешку Бруно. Он кротко посмотрел в осуждающие глаза Бруно и вздохнул.
– Мы, свирепые собаки, не такие, как вы, – негромко сказал он. – Мы не похожи ни на диких собак, ни на вас, бывших поводочных. Вы родились такими, какие вы есть, или же стали такими в новых условиях. Вы сами решаете, какими вам быть. – Он помолчал, снова опустив глаза на тело Потрошительницы. – А мы – мы совсем другие. Наша суть, наша природа дана нам другими. Нас создали Длиннолапые Хозяева.
– Этого не может быть! – протестующее воскликнула Белла.
– Конечно, я мало видел, – со вздохом согласился Дротик. – Я родился перед самым Большим Рыком, когда Хозяева бежали и бросили нас. Но у меня остались кое-какие воспоминания. Я помню, как свирепые собаки бесконечно маршировали по Собачьему Саду, как их дрессировали быть послушными. Я не понимал, что говорили им Хозяева, но помню, что они всегда сердились. Они никогда не разговаривали – только грозно и коротко лаяли. Они безжалостно били собак за малейший неверный шаг, они наказывали даже щенков.
Гроза опустила голову, её сердце разрывалось от сострадания. Но сильнее всего её поражало то, что в голосе Дротика не было ни малейшего следа гнева. Пора его щенячества была ужасной, почему же он говорит о ней чуть ли не с тоской?
«Неужели я тоже была бы жестокой и беспощадной, если бы меня воспитывали Хозяева в Собачьем Саду? – со страхом подумала она. – Неужели они и мне дали бы тот характер, который был им нужен?»
Гроза не могла представить, какой она стала бы, если бы её воспитывали и муштровали Хозяева, да и не хотела представлять. Сталь была такой безжалостной и беспощадной, какой могут быть только Длиннолапые, но значит ли это, что именно Хозяева сделали её такой, намеренно превратили в собачье подобие самих себя?
«Слава Всесобакам, что меня воспитали Счастливчик и Марта! – с содроганием подумала Гроза. – Пусть некоторые собаки всё равно мне не доверяют, но у меня, по крайней мере, был и остаётся выбор. Как бы там ни было, но я могла сама решить, какой мне стать».
А Дротик вырос и воспитывался в Собачьем Саду. Он знал Хозяев, пусть совсем недолго, они сформировали его природу. Он был настоящим свирепым псом.
Страх прокрался под шкуру Грозы. В звенящей тишине она услышала негромкий и мрачный голос Бруно.
– Свирепым собакам нельзя доверять!
Его слова не слышал никто, кроме Грозы, но сейчас было не время затевать ссору, открыто бросив вызов старому псу. Только не здесь. Позже. И в другом месте.
Но что если Бруно прав?
Может ли стая полностью доверять Дротику?
Глава 10
Гроза уже не помнила, когда в последний раз испытывала такую неодолимую сонливость.
Наконец-то она сможет как следует выспаться! Ее веки сами собой закрывались, приятная сытость разливалась по всему телу. Собаки в лагере негромко переговаривались или нежились в полудрёме в догорающем свете дня.
Гроза уже совсем было собралась свернуться калачиком на своей тёплой и мягкой подстилке из сухих листьев, когда маленькая Солнышко вдруг пронзительно затявкала.
– Альфа, расскажи нам ещё какую-нибудь историю про Собак Ветра! Ой, мне так понравилась та легенда, я теперь всё время думаю про этих собак.
Белла коротко насмешливо тявкнула.
– Повзрослей, Солнышко! Неужели ты до сих пор не можешь уснуть без щенячьих сказочек?
Несколько других собак тоже зафыркали, разевая пасти в ленивых улыбках. Счастливчик вскинул голову, но прежде чем он успел произнести хоть слово, Лапочка поднялась и неторопливо вышла на середину поляны. Её призывный лай громко разнёсся над поляной, заставив разомлевшую Грозу приподнять одно ухо.
– Стая! Все соберитесь вместе. Я хочу поговорить с вами о Всесобаках, которые хранят и направляют нас с небес.
Гроза вместе с остальными членами стаи вышла на середину поляны, где собаки расселись кружком. Сейчас здесь собрались все, кроме отсутствующих патрульных, и Гроза в который раз поразилась тому, какой огромной стала теперь их стая. Собаки сидели плечом к плечу, в ожидании глядя на Альфу. Счастливчик, как всегда, стоял рядом со своей подругой, глядя на неё со смесью обожания и уважения.
Альфа медленно повела своей узкой мордой, заглянула в глаза каждой собаке и удовлетворённо кивнула.
– Я знаю, что в нашей стае есть те, кто не верит в существование Собак Ветра, – неторопливо начала она, – и я отношусь к этому с уважением. Я понимаю, насколько непросто поверить во Всесобак, о которых никогда не слышал раньше, не говоря уже о том, чтобы признать их влияние на нашу жизнь. – Лапочка снова посмотрела на притихшую стаю, в её умных глазах светилась доброта. – Но я хочу попросить вас вот о чём: отнеситесь к моей вере с тем же уважением, с каким я отношусь к вашему неверию. Для меня Собаки Ветра не просто существуют, но каждый день участвуют в нашей жизни. Для меня они настолько же реальны, насколько для нашей Беты реальна Собака-Лес. – Тут Лапочка ласково взглянула на своего верного друга. – Я не прошу вас поверить в них, я не буду пытаться доказать вам их существование. Мне достаточно того, что они всегда со мной.
Гроза услышала, как собаки одобрительно загудели, а Дейзи даже вскочила на все четыре лапы.