Пути народов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

КАК РОЖДАЮТСЯ, ЖИВУТ И НЕ УМИРАЮТ НАРОДЫ

Это длинноватое название почти повторяет название старой книги революционера и государственного деятеля Емельяна Ярославского: «Как рождаются, живут и умирают боги». Но народы, в отличие от богов, не умирают, не уходят бесследно.

Разумеется, нельзя в одной книге рассказать хотя бы понемногу об истории каждого народа нашей планеты; нельзя уместить в нее сколько-нибудь полно даже историю одного, хотя бы самого маленького или самого молодого народа. Поэтому не удивляйтесь, если не найдете здесь всего, что вам хотелось бы узнать о том или другом народе. Но, как говорит восточная пословица, не обязательно выпить все море, чтобы узнать, что вода в нем соленая. Цель книги — прежде всего показать на примерах законы, управляющие историей народов, а точнее — взгляды ученых, прежде всего советских, на эти законы.

Самый же главный вывод из всего, что я прочитал в трудах ученых и книгах поэтов, из всего, что удалось услышать от этнографов, историков и социологов, сводится к последней части дорогого мне имени этого раздела: не умирают народы. Как не умирает дерево, бросившее в землю семена.

Да, тысячи народов живут на планете: древние и молодые, большие и малые. Одни растут, другие уменьшаются в числе, а порою и исчезают, появляются новые.

Исчезают? А как же быть тогда с названием раздела?

Что поделаешь, историки знают по именам десятки тысяч народов и племен, ушедших с лица земли. Много тысяч лет как нет шумеров, много веков назад умер и последний человек, считавший себя финикийцем, последний пикт, последний мидиец. Все это правда, никуда не денешься. Потому что все, имеющее начало, имеет и конец.

Но, однако, человечество — цепь, кольца которой — народы, и эта цепь не может разомкнуться. История — тоже цепь, в которой каждое звено, даже забытое, деться никуда не может. Потому что все мы, принадлежащие к живым народам, наследники тех, кто жил до нас.

Исчезая, народы все равно остаются на земле: в переданных другим народам чертах лиц, в звуках и словах чужих языков, в открытиях и изобретениях, ставших частью общего богатства человечества.

Исчезая — остаются. Одно из доказательств этого факта — судьба народа, погибшего когда-то так основательно, что гибель эта вошла в поговорку еще тысячу с лишним лет назад.

ПОГИБОША АКИ ОБРЕ?

Перевалил на вторую половину VI век новой эры, когда византийскому императору донесли, что у границ империи появилось неведомое, но могучее племя авар. Оно попросило себе места на землях державы, обязавшись помогать ей против врагов.

Область на севере Балкан отвел владыка Нового Рима пришельцам. Они должны были защищать его и от славян и от безвестных ныне кутургуров. Опору трона видел в аварах грозный правитель Востока.

Не в первый раз заключала Византия союз с кочевниками. Но в заключении этого союза ей пришлось раскаяться необычайно быстро. Оглядевшись на новых местах, окрепнув и осознав свою силу, авары из просителей превратились в очередной «бич божий» для империи.

Грозной армией авары пошли на юг, ударили на Константинополь и едва не взяли его, наведя ужас на греков. Пошли они и на север, и на запад, и на восток. На франков и жителей Северной Италии, на славян и германцев, почти на всех ближних и дальних, старых и новых своих соседей.

Авары ворвались в Европу, только что пережившую страшные походы гуннов, грозные движения готов, удары германцев и славян, ответные походы блестящих византийских полководцев, ливших порою не меньше крови, чем их «варвары»-противники.

Но даже после гуннов и вандалов сумели авары показаться беспримерно страшными. Через несколько столетий русский летописец описывал, ужасаясь, как впрягали авары женщин славянского племени дулебов в свои колесницы.

Ко времени, когда летописец сделал эту запись, русским довелось насмотреться на византийскую спесь — время от времени они убавляли эту спесь своими прямыми мечами. И высокомерие скандинавских конунгов, то воевавших с Русью, то служивших ей, тоже было знакомо хозяевам великой державы. Высокомерие варягов, считавших себя прямыми потомками богов, надменность этих знающих себе цену витязей, способных порою вдесятером выйти против армии. Русь тоже знала цену северным богатырям и платила им, когда считала нужным.

Но, наверное, спесью авары были еще богаче. Потому что тот русский летописец не только специально отметил, что «бяху бо обри телом велице, а умом горди», но и нашел, что именно эта гордыня навлекла на авар гнев судьбы. «…И потреби я бог (истребил их) — и помроша вси, и не оста ни един обрин…» И даже того мало. Летописец кончает рассказ пословицей, одной из первых русских пословиц, перешедших из устной речи на бумагу (виноват, пергамент): «…И есть притча в Руси и до сего дня: погибоша аки обре, их же несть ни племени, ни наследка…»

Не осталось ни имени, ни потомства — так переводится конец пословицы. Остро переживает эту уже тогда весьма давнюю победу справедливости древний русский историк. Видно, не много знал он таких побед.

Конечно, не сами собой исчезли обры-авары с лица земли. Их держава, охватывавшая юг Восточной и Центральной Европы, сама готовила себе гибель, невольно способствуя сплочению покоренных аварами славянских племен, до того разрозненных, а теперь вынужденных объединяться.

Первый взрыв возмущения — восстание восточных славян-антов — хозяевам державы удалось подавить. Тридцать захваченных антских вождей были казнены, а антский союз племен разгромлен так жестоко, что само имя антов перестало употребляться. Впрочем, это, может быть, зависело уже от других причин. «Ант» — по-тюркски «побратим». Возможно (хотя есть и другие, не менее убедительные, объяснения), что анты получили свое имя от авар, с которыми формально были в союзе, хотя на самом деле авары выступали как завоеватели. Поднявшись на борьбу, восточные племена славян могли отречься от унизительного по сути имени. Кроме того, совсем не обязательно, чтобы они его вообще признавали даже в пору союза с аварами. Ведь иностранцы часто называют народ не тем именем, которое он дал себе сам (классический пример: немцы, которые сами для себя «дейч», а для французов — «аллеманы»). Может быть, не случайно, что именно после исчезновения из обихода имени антов как раз на тех же землях, где они жили, обитают люди, объединяемые именем Руси.

Неудача первых повстанцев не обескуражила аварских подданных. Новый удар получила держава от западных славян. Восстали чехи, образовав свое первое государство, которое возглавил странствующий торговец по имени Само.

Объединенные славянские племена на востоке Балкан тоже наносили удар за ударом по ненавистным врагам. Новое возникшее здесь государство — Болгария — становилось все сильнее, все решительнее наступало на север, тесня обров. Наконец, далеко на западе от Балкан образовалось единое государство франков, ставшее при Карле Великом империей. В число военных достижений Карла входит и решительное наступление на аварский каганат, кончившееся полным поражением авар. На трон государства, ставшего вассалом его империи, Карл Великий посадил на рубеже VIII–IX веков крещеного кагана. Часы авар были уже сочтены. Прежде чем подошел к концу IX век, они растворились в массе народов, среди которых жили и от которых их перестали отделять былые спесь и властность.

Всего два с половиной века продержалось в Европе государство, основанное пришедшими из центра Азии кочевниками. Всего три с небольшим столетия довелось существовать народу авар на европейской земле. Много это или мало?

Конечно, царство и народ гуннов продержались в Европе еще меньше.

Но авары-то создали свой каганат в другую эпоху, эпоху, когда новорожденные государства нередко укоренялись и начинали долгий путь через века. Лишь на сто лет позже аварского появилось на свет Болгарское царство, получившее свое имя от завоевавших часть Балканского полуострова болгар (булгар) тоже, как и авары, кочевого тюркского племени. И что же? Болгарии давно уже перевалило на второе тысячелетие.

Дело, видимо, в том, что тюрки-болгары быстро приняли язык и культуру завоеванной страны, слились с коренным населением ее, стали его частью. То же случилось с вторгшимся в Галлию германским племенем франков, которому Франция обязана своим названием.

А вот аварская знать не желала родниться с жителями завоеванных стран. Она всячески подчеркивала свою власть. И горький рассказ летописца о том, как обры в земле дулебов, собираясь куда-либо поехать, впрягали в телегу не коня или вола, но женщин-дулебок — воспоминание о жестокости, и жестокости, с точки зрения самих завоевателей, отнюдь не бессмысленной. Это, видимо, был один из способов подчеркнуть расстояние между покорителями и покоренными, одно из проявлений нестерпимой гордыни авар, возмущавшей дальние и близкие племена. И одна из причин, по которым рухнула аварская держава. Знать небольшого народа не могла править огромными просторами Центральной и Восточной Европы без опоры на местную знать.

А такая опора, как правило, сопровождается и закрепляется брачными союзами. Не зря же Александр Македонский не только сам женился на прекрасной восточной княжне Роксане, но и переженил на аристократках и неаристократках бывшей Персидской империи многие тысячи воинов своей армии. У новых властителей, как это ни странно, в исторической перспективе оказываются часто всего две возможности — или погибнуть в войне со своими подданными, или раствориться среди них. Авары, а говоря точнее, аварская аристократия, выбрали первый путь. И — «погибоша аки обре». Да, исчезли авары, правившие десятками племен — германских и кельтских, славянских и иных. Тысячу лет уже как исчезли.