– У вас тоже бес будет? – поинтересовался я, желая услышать ещё подробностей.
– Да кто же знает. Тут всё сложно... – Сергей бросил на меня странный взгляд, – А тебе про это тоже ничего не рассказывали?
– Нет, – покачал я головой.
Пришла мысль, что в семьях аристократов должны больше знать об одаренности. Поэтому Сергей так и смотрит на меня, с прищуром.
Несколько минут шли молча. Я не особо вглядывался в лес, больше думая о нашем разговоре. Здесь хорошо знакомые места, пока опасаться нечего. Да и выслежить ещё рано.
– В общем, я знаю то, что знают все, – продолжил говорить Сергей и смутился, снова бросив на меня взгляд. Я то тоже должен знать, но не в курсе, – Каким ребенок будет, понятное дело, зависит от родителей.
– А ты бес? – спросил я прямо.
– Ага, – признался он, как в чем-то само собой разумеющемся.
– Ольга тоже?
– Нет, она одаренная.
– Так ты тоже?
– Нет, я бес.
– Ясно...
Твою же мать, что за путаница? Не замечая выражения моего лица, Сергей продолжить говорить, как ни в чем не бывало.
– Так что у нас может родиться как одаренный, скорее всего с даром целительства, так и бес, как я. Но мне, когда с охотниками ходил, говорили, что многое зависит от зверя. Поэтому аристократы часто на одних и тех же охотятся, чтобы какой-то дар закрепить.
Поглощение чужой силы, как способ укрепить дар – это мне было более понятно.
– А мы кого ищем?
– Кого угодно. Тут как повезет. Понятно, что ценятся сильнейшие звери, но где их тут найдешь?
– Росомаха каким считается?
– Опасным, но далеко не сильнейшим. Если такого найти, здорово будет. Но с ним ещё попробуй справься. Я бы какого-нибудь стремительного оленя предпочел.
Стремительный олень – эта такая тварь, которая носится с запредельной скоростью. Ещё у него потрясающие рефлексы, высокая маневренность, скорость и острые рога, на которые он любит насаживать с разбегу. Настолько острые, что никакая защита не выдержит. При этом олени считались не особо опасными зверями. Если сравнивать с другими, конечно же. Их главное найти, когда стоять будут. Или подстроить ловушку на их пути. Достаточно веревки, об которую споткнется зверь. Из-за скорости он ноги себе только так переломает, а дальше останется его лишь пристрелить. Замечу, что веревка тонкая нужна. А лучше специальная леска. Когда Сергей мне про зверей ранее рассказывал, он отмечал этот момент, что олени часто перепрыгивают любые ловушки.
– А кто самый опасный?
– В здешних краях... Может медведь-ходун.
– Это кто такой? Ты не рассказывал.
– Это полная жесть, – ответил Сергей, вложив всю доступную ему серьезность, – Представь обычного медведя. Добавь ему центнер другой тугих мышц, острейшие когти и мощнейшие челюсти. Но главное – он умеет ходить и бесшумно передвигаться.
– Что-то я не догоняю. Вроде все умеют ходить.
– Да не ходить, а ХОДИТЬ. Перемещаться в смысле. Ты что, про ходунов никогда не слышал?
– Если честно, то моё обучение было ограниченным. В детстве я много болел, а потом... Короче, я вообще не понимаю, про что ты говоришь.
– Вот как, – вздохнул Сергей, – Тогда ты спрашивай. А то у тебя по лицу видно, когда ты не знаешь, но боишься спросить. Чего боишься только? – хохотнул он, не понимая моих страхов, – Ходуны – я тебе так скажу, они большая заноза в заднице у всех. Что звери, что маги. Ходунами называют тех, кто ходит сквозь пространство также легко, как мы с тобой идем сейчас по земле.
– Ты имеешь ввиду телепортацию?