— Такие люди, как Костакин, — сказал он, — очень богаты. Деньги дают им большие возможности.
— Вы знаете, где меня найти, — закончил разговор Олег, поднимаясь со стула.
В раздевалке, забирая пальто, Олег снова столкнулся с незнакомцем.
— Олег Петрович, подумайте хорошенько!.. Чтобы доказать вам свою добрую волю, я хочу вам сделать признание.
Олег холодно разглядывал так и не представившегося мужчину. Тот вполголоса ему сообщил:
— Что касается обыска квартиры вашей знакомой и убийства соседки, тут следует искать следы охраны правительственных кругов.
— Баратина?
— Я не могу вам сказать больше того, что сказал. Вот возьмите, — когда Олег уже пересекал металлодетектор, незнакомец протянул ему пустую визитку с написанным на ней черной ручкой телефоном без имени.
Олег иронично улыбнулся:
— Да, однако, вы очень бережливы… Симпатичная визитная карточка… — Потом, заметив красные линии буквы «М» на коврике у входа, добавил: — Я буду называть вас господин «М». «М» как в слове «монолит».
35
Раздвинув занавески на окне своей спальни, Олег выглянул во двор. Солнца не было. Стоял серый туман. Прохожие спешили на работу, втянув головы в воротники пальто. При такой промозглой погоде трудно быть веселым и улыбчивым. Напротив его дома было несколько зданий из серого кирпича. Их ржавые пожарные лестницы, спускающиеся во двор, наводили тоску. Внизу у подъезда стояла присланная за ним от фирмы «Prol and Sons» машина, желтый «ниссан». В кабине сидел шофер фирмы Володя и охранник Гриша, прошедший Афганистан. В нескольких метрах от «ниссана» стоял «жигуленок», в котором курили два милиционера… Вот бедняги, подумал он. Ведь преступники обладают значительно более мощными автомобилями и современным оружием. Для представителей закона эта война проиграна заранее.
Сонный голос Нади спросил:
— Который час?
— Половина восьмого.
— Ты уходишь? — спросила она с упреком.
— Надя, мы же говорили с тобой вчера. Я иду к себе в офис. Только там я могу сделать нужные звонки по телефону… Я заварил тебе чай.
Его мысли уже были в другом месте. Он только добавил:
— Все как-то слишком спокойно. Мне очень хотелось бы переговорить наконец с Максимом.
— Не оставляй меня одну.
Олег присел на край кровати. Взяв Надю за руку, он сказал, изо всех сил стараясь ей улыбнуться:
— Я надеюсь, что все скоро прояснится и этот кошмар закончится. Но будь терпеливой и осторожной. Оставайся здесь до моего возвращения.
Он прижал её к себе.
— Сколько на все это уйдет времени? — спросила Надя.
— Мы близки к развязке. Костакин и Ульянин думают, что их действия безнаказанны, а они сами абсолютно неуязвимы. Но я думаю, что Максим и мои друзья в МВД все-таки сумеют что-то сделать. Я знаю точно, что немало людей в МВД хотели бы прищучить какого-нибудь олигарха. Это им доставит удовольствие.
Надя высвободилась из объятий Олега и села на постели:
— Неужели ты не понимаешь, что целые отделы или, точнее, «семьи» в ФСБ и МВД куплены этими олигархами.
— Это правда, многие куплены. Но не все! Есть такие, которые решили стоять насмерть и бороться до последней капли крови.
— Но Максим, ведь он вчера тебя кинул!
— В каком-то смысле да. Но он меня не предал. Он просто действовал как чекист. Видимо, боясь последствий, он проинформировал свое начальство, и дальше оно распорядилось по-своему. Максим не может быть против нас. Он с нами, но он осторожен. Быть может, слишком осторожен.