— Так себе история теперь, — буркнула я, прижимаясь к нему крепче, стараясь почувствовать запах любимого мужчины, который успокаивал меня.
Но нос заложило соплями, я не ощущала ничего, кроме боли и обиды, растерянности и пустоты. Все, что у меня было, взяло и рухнуло за этот день. Я думала, что строю счастье потихоньку, наслаждаясь процессом, не загадывая на будущее, не заглядывая в свои мечты-проекты. Но вместо фундамента, оказывается, была тайна. Я одна не знала ее, а теперь не знала, что с этим всем делать.
— Прости, что скрывал, Ань. Прости. Знаю, должен был сказать, но это такая паршивая часть моей жизни, что я каждый раз откладывал, а потом просто забил. Я думал, ты никогда не узнаешь. А увидел тебя с ним и… Я же знаю, что ты с ним не спала. Почему ты не можешь поверить мне?
— Потому что я от тебя ничего не скрывала. Именно поэтому ты мне веришь, а я тебе нет.
— Я могу тысячу раз извиниться, но это уже ничего не изменит, да? — спросил Коля, отстранившись.
Что я могла на это ответить? Только отстранилась и развела руками.
— Я не знаю.
Зазвонил его телефон. Коля снял трубку, быстро поговорил, обещая скоро быть.
— Меня в больнице ждут. Я и так уже задержался, — объяснил он, убирая телефон.
— Да, конечно. Иди.
Я вытерла очередную порцию слез с лица. Коля стоял и смотрел на меня. Еще пять минут убийственной тишины с его взглядом вперемешку. Таким пронзительным, что у меня все внутри переворачивалось. Кажется, с такими глазами и рентген не нужен. Он видит меня насквозь. Я не хотела ничего решать сейчас, но Коля как будто и так прочитал мои мысли и желания.
— Полагаю, ты вряд ли захочешь меня завтра видеть, да? — проговорил он.
Я снова развела руками.
— Не знаю. Я ничего теперь не знаю. Дай мне время. Мне нужно подумать, вообще, осознать все это. В голове до сих пор не укладывается…
— Может не надо укладывать в свою голову все это? Мы с тобой в ней нормально как-то помещались.
— Коль…
Он тут же поднял руки кверху, сдаваясь.
— Ладно, я понял тебя. И я прошу прощения. Ань. Уже в третий раз. Не вижу смысла утрировать эту ситуацию и погружаться в нее, но если ты не можешь иначе… — Он вышел в прихожую, обулся, взялся за ручку двери. — Ты знаешь мой номер, если что.
Коля ушел, а я больше не плакала. Всю ночь я думала о том, что случилось, о его извинениях, о его откровенности, о его причинах молчать. Все это было логично и вполне по-мужски. Мне очень хотелось ему верить и снова чувствовать себя важной и нужной, самой лучшей для него. Но вспоминала ту его ухмылку и Светину руку, что по-хозяйски разглаживала складки на свитере. И все слова Коли рассыпались от одной мысли, что он спал с ней. Вот только что перепихнулся в смотровой и таким образом мило прощался на парковке. Света могла снова его кинуть, а я всегда буду готова утешить. Ладно, не всегда, но время от времени. Удобно. Как обычно. И противно. Как обычно.
Я хотела ему верить, но никак не получалось. Рука не поднялась звонить на следующий день. И через неделю. Работа, как всегда кружила меня водоворотом. Я снова заполняла ею свою жизнь. Те часы, которые раньше выкраивала, чтобы побыть с Колей, теперь снова посвящала документам, планированию, расчетам. Лишь редкие часы отдыха, когда могла не думать, просто расслабиться и ничего не делать, я думала о нем, но прошло уже слишком много времени, чтобы все вернуть. Наверно, мне не стоило и пытаться совместить работу и личную жизнь. Вполне достаточно состояться в чем-то одном. Я сделала выбор.
Глава 15
Свахи
Алин день рождения планировался на даче. На Ванькиной даче, разумеется. Я бы, наверно, заподозрила что-то, но она пригласила всех с работы, уверив, что это больше корпоратив, чем днюха. И все было нормально. Народ пил, веселился, даже вытащили квадроцикл и массово катались по сельской местности, свисая гроздями и распугивая местных. Я не участвовала во всеобщем шабаше, сидела на веранде рядом с Лёвой, потягивала вино, разговаривала за жизнь.
— Как у тебя здоровье, Анечка? — участливо спросила она, смачивая губы в каберне.
— Да все хорошо.
— Я за тебя тогда очень испугалась. Это же надо так загреметь на операцию. Аля говорила, тебе очень повезло с хирургом.
— Да, очень, — искренне подтвердила я. — Он в «Рассвете» еще работает, а в государственной дежурит иногда.
— О, «Рассвет», эта клиника на хорошем счету. Я думала даже об операции там, но все же уехала в Германию.
Я не знала, что на это ответить и отхлебнула вина.
— Ну а как с личной жизнью? Ты последнее время даже позже меня уходишь, — совсем разговорилась начальница.
— Да как-то не складывается.