— Я уже приняла душ, остыла и переоделась в домашнее. А то бы обязательно.
— Жаль. Очень жаль.
— Где ты раньше был?
— Здесь же. Ждал твою фотку.
— Да, замкнутый круг.
Мы посмеялись, и впору было прощаться, как обычно оставляя недосказанность. Коля зевнул, и я уже слышала, как он набирает воздуха, чтобы сказать пока, но я была быстрее.
— Ты завтра свободен? Давай встретимся.
— Работаю, Ань.
— Ясно. И все выходные?
— Боюсь, что да.
— Ладно. Тогда пока.
— Пока, — проговорил он и тут же отключился.
Я легла спать, но в голове шумело от выпитого, сердце ныло от боли, а между ног от неудовлетворенности. И никак ведь себе не поможешь. Чтобы облегчить эту боль мне нужен был мужчина. Коля. Да, я любила себя, но и нуждалась при этом в ком-то, кто будет дома, рядом, мой.
Чудом умудрившись не разреветься от отчаяния, я уснула. А утром меня ждало сообщение. От Коли.
Я глазела на сообщение, пока пила кофе и готовила завтрак. Глазам не верила, но Скобелев сам звал меня на свидание. Все бы хорошо, но в среду вечером я вряд ли вырвусь с работы раньше восьми. Промаявшись до обеда, я все же написала:
Я закусила губу, понимая, что, скорее всего, опоздаю, но отказываться совсем не хотелось. Боевик меня точно не пугал.
Я думала, что сойду с ума до среды. Наверно, в детстве даже новый год ждала с меньшим азартом и волнением.
Решив пойти на работу в обычном костюмном наряде, я взяла с собой узкие джинсы и топ с глубоким вырезом. Самое оно для кино. На шею повязала легкомысленный шелковый цветастый шарфик в честь весны, и сама тут же расцвела. Мой энтузиазм держался ровно до обеда, а потом начал забиваться обычной рутиной, усталостью. Пришлось даже самой ехать к черту на рога, чтобы осмотреть новый офис. Как будто его местоположения было мало.
Я очнулась в метро. На часах было 19.35, а мне трястись еще добрые четверть часа. Это минимум. Джинсы и топ остались в офисе, куда я точно не успевала вернуться. Слав богу работал вайфай, и я написала Коле.
Пока я писала, прогрузились его сообщения.
Я написала, что все в порядке и даже немного расслабилась. В кино мы не попали по обоюдному опозданию, можно сказать. Выйдя у торгового цента, где располагался, кинотеатр, я нашла симпатичный ресторанчик на первом этаже и заказала кофе. Через час мне стало скучно. Очень скучно. Кофе больше не бодрил, и я взяла себе коктейль.
Коля был в сети, но ничего больше не писал. Свидание не отменилось, но и не состоялось за неявкой одного из участников. Коктейль меня скорее расстроил, чем порадовал. Чем дольше я ждала, тем сильнее чувствовала себя набитой дурой. Нет, я не злилась на Колю, понимала, что он занят. Но все равно сидеть в одиночестве, мучаясь неизвестностью — сомнительное счастье. Сколько мне тут куковать? До ночи? А если Скобелев просто забыл? Нет, не со зла, а вот взял — и забыл. Снова уснул. Что он скажет мне завтра? Опять отрубился, едва зашил мою сестру с кистой?
Когда мне уходить?
Да, наверно, это была паршивая идея. Нельзя встречаться с врачами. Нельзя даже пытаться. Мне — точно. Я ведь выбираю самых придурошных мужчин. Мне с нормальными не везет.
Я решила выпить еще один стаканчик и пойти уже. Часы тикали и стандартная усталость усугубилась нервами и расстройством. Наверно, я бы заснула в кино. Хорошо, что не пошли. Вот было бы неудобно.
Находя такие вот нелепые позитивные нюансики, я потягивала коктейльчик, когда мобильный зазвонил.
— Да, — ответила я сдавленно, готовясь услышать от Коли извинения и отмену.
— Прости, — не разочаровал он. — Ты хоть догадалась домой поехать?
— Нет, — пискнула я, готовая разреветься. — Меня не отпустил «Секс на пляже».
— Где ты?