— Даром.
— Нет!
— Ладно, ладно. Я только спросил. Не надо сердиться.
Живчик пожал плечами и заерзал, бренча льдинками. Он выглядел обиженным.
Не обращая на него внимания, Тоцци выглянул из кабинки, пытаясь рассмотреть, что делается в задней комнате. Будда Станционе и Тони Беллз все еще сидели, склонившись друг к другу, и разговаривали. Почему же, черт подери, они никак не могут ничего решить? Тоцци взглянул на часы, висящие над баром. Пятый час. Боже правый, если он хоть немного не поспит, можно забыть о черном поясе. Он прищурился, пытаясь в сумраке разглядеть лица тех двоих, но не мог рассмотреть, что они выражали. Чем же они, черт бы их побрал, там заняты?
Глава 4
4.04 утра
Тоцци взял свой пустой стакан с долькой лимона, похожей на дохлую рыбку, и вышел из кабинки.
Живчик удивленно посмотрел на него:
— Куда это ты?
— Мне надо в туалет.
Он подошел к Тасманскому Дьяволу Стенли, сидящему у стойки бара.
— Чего тебе? — рявкнул тот, впрочем, вполне дружелюбно.
Тоцци кивнул в сторону задней комнаты, где совещались Будда и Беллз. Мужской туалет находился за ней.
— Мне надо в туалет.
Взгляд Стенли скользнул к ширинке Тоцци. Сегодня он выполнял функции сторожевого пса, и ему было приказано не подпускать никого к задней комнате. Он кивнул на входную дверь:
— Выйди на улицу.
Тоцци поморщился и сказал несчастным голосом:
— Мне надо по-большому.
Тасманский Дьявол в задумчивости поскреб подбородок. Затем покачал головой:
— Иди на улицу.
— Ладно тебе, Стенли. Мне правда нужно.
Стенли снова уставился на его ширинку, будто искал там подтверждения.
— Ну же, Стенли. Я не могу больше.
Стенли нахмурился и еще какое-то время думал. Потом встал со стула:
— Подожди.
Он направился в заднюю комнату и остановился в дверях, дожидаясь, пока на него обратят внимание.
Будда заметил его, но ничего не сказал.
Беллз вслед за Буддой перевел взгляд на стоящего в дверях громилу.
— Что случилось? — Он был раздражен тем, что их прервали.