– Послушай, Лоррейн, что касается тебя – ты ничего не знаешь. Ничего.
– Думаешь, так будет лучше?
– Поверь мне, я знаю, что делаю.
Не совсем так, но незачем ей знать об этом.
Он встал, убрал осколки разбитой лампы, чтобы можно было свернуть ковер.
– Лоррейн, мне нужно немного скотча – заклеить дырку. Думаю, он в одном из шкафов на кухне. Будь добра, принеси его.
Она вернулась со скотчем, и он заклеил прорезанную им дырку. Затем расправил ковер так, чтобы его можно было скатать.
В это время вошел полицейский, призванный охранять место преступления.
– Почему дверь открыта? – сурово спросил он.
– Проветриваем помещение, – ответила Лоррейн, нисколько не растерявшись. – Что-то не так?
– Да, это не полагается.
– Тогда закройте все, – сказала Лоррейн, пожимая плечами.
– А куда вы ходили? – поинтересовался Тоцци.
– Кто-то сообщил о дорожном происшествии за углом. Ложный вызов.
Полицейский закрыл дверь и запер ее. Затем поднялся на второй этаж и занял свой пост.
Тоцци и Лоррейн вернулись на кухню.
– Майкл, – прошептала Лоррейн, – не нравится мне все это.
– Ты ничего не знаешь, Лоррейн. Забудь обо всем.
– Что ты собираешься делать?
– Поговорю с Гиббонсом. Послушаю, что он думает. Но не по телефону.
Она схватила его за руку и посмотрела в лицо.
– Майкл, сделай мне одолжение.
– Какое?
– Не говори Гиббонсу о том, что здесь случилось. Об этом типе, который связал меня и пытался ослепить.
Тоцци пожал плечами.
– Ну, если ты так хочешь...
– Не говори ему ни о чем. Пожалуйста. Он рассвирепеет.
Тоцци кивнул.
– Пожалуй, ты права.
Он подобрал бутыль из-под отбеливателя и положил ее в раковину. На старом зеленом линолеуме остались подтеки вина. Затем посмотрел в другой конец коридора, на ковер в гостиной, гадая, как он сюда попал. Потирая ушибленный лампой затылок, Тоцци думал: куда мне, черт побери, его припрятать?