Читать книгу «Мятные Конфеты / Боевые Шрамы (СИ)» онлайн.

Но её мышцы чувствуют себя так, как всегда после того, как растягиваются впервые за долгое время. Это та приятная боль, которая как бы говорит тебе, что ты становишься сильнее.

Если она не придумала это всё.

Три Метлы практически пусты — только открылись, и мадам Розмерта делает недовольное лицо, увидев их. Осознаёт, кто они, и, порозовев, убегает вверх по лестнице.

Кажется, у героев войны есть определённые привилегии.

— Два Сливочных пива, пожалуйста, — говорит она пьяному бармену.

— О, нет, я и так… я не… — начинает Джинни, но Гермиона перебивает её.

— Два сливочных пива, — и она оборачивается на неё, когда он взмахивает своей палочкой и с ворчанием принимается за дело. — поверь мне, оно тебе понадобится.

— Объясни мне, что происходит, — просит Джинни, и теперь Гермиона видит, как её взгляд скользит вверх и вниз от её глаз к следам на шее и обратно. Её беспокойство очевидно.

Бармен неохотно сообщает им, что напитки готовы, и она, повернувшись обратно, протягивает ему несколько сиклей. Забрав тёплые бокалы, она ведёт Джинни к укромному месту в углу и двигает одну к ней.

— Объясни мне, — снова говорит Джинни.

— Сначала сделай пару глотков.

Она недоверчиво фыркает, но подносит бокал к губам, глядя на Гермиону, и пьёт, пока пива не становится меньше где-то на дюйм — пока Гермиона не кивает.

— Довольна?

— Да, — и Гермиона выпивает как минимум вдвое больше, прежде чем вытереть губы и прочистить горло. — ты должна поклясться, что никому не расскажешь. Даже Гарри.

Джинни выглядит обиженной.

— Так вот что ты обо мне думаешь?

— Нет, нет, — Гермиона сжимает свою переносицу. — Джин, ты знаешь, что нет. Я просто — мне нужно сказать это в любом случае, для… для себя. Просто чтобы знать, что я сказала это.

— Тогда ладно. Я никому не скажу. Расскажи мне, Гермиона, ты пугаешь меня. Ты в слизеринской форме, Мерлина ради. — она отставляет Сливочное пиво в сторону. Наклоняется ближе, смотрит мягко — снова ведёт себя с ней как с испуганным животным.

Гермиона больше не хочет, чтобы на неё так смотрели.

Она не какой-нибудь раненый олень.

Она выдаёт:

— Я никогда не встречалась с Захарией.

Джинни медленно моргает. Сжимает губы.

— Думаю, я знала это, — говорит она после напряжённой паузы, — чувствовала это, наверное. Я имею в виду, мне не кажется, что он в твоём вкусе. Да?

Это на мгновение заставляет её отвлечься, и она задумывается о том, осознаёт ли Джинни, что Рон тоже не в её вкусе. Что вся эта сладость, и веселье, и тепло — это не её. Что в её вкусе теперь почему-то холод, и глубина, и совершенное отсутствие ощущения безопасности, и ослепительно платиновые волосы.

— Мне жаль, — проговаривает она наконец, возвращаясь к реальности. — Я не хотела врать тебе.

— Тогда зачем ты это сделала?

— Ты… я… — она пару секунд борется с собой. Делает ещё один отчаянный глоток Сливочного пива, тёплая сладость разливается в её животе. — мне казалось, что я должна была. Парвати была так уверена. Так уверена, что это был он, и ты — я видела, как ты почувствовала облегчение, когда услышала его имя. Я просто… — ещё один большой глоток. — это было лучше, чем правда.

На лице Джинни читаются самые различные эмоции, пока она думает об этом. Она приподнимает рыжую бровь.

— Теперь собираешься рассказать мне правду?