Усталые и раздражённые, члены Визенгамота, скорее всего, решили поберечь силы. В конце концов, впереди были более важные сражения. Они отпустили Адриана уже через сорок пять минут дачи показаний.
Но она недолго оставалась окрылённой.
Суд над Блейзом Забини занял девять с половиной часов. Допускались только небольшие паузы для того, чтобы выйти в уборную и выпить воды. К концу у Гермионы уже дрожали ноги от усталости.
Она несколько раз напоминала себе, что в этом нет ни хорошего, ни плохого. Суды быстро заканчиваются, когда всем сразу ясен исход.
Хороший, как в случае с Адрианом.
Или плохой, как с Люциусом Малфоем.
Для Визенгамота — и для Гермионы, хотя ей не хочется это признавать после всех исследований, которые она провела — Блейз был загадкой. Окутанный тайной, он появлялся на множестве этих чёртовых фотографий, и он находился на неправильной стороне, когда всё закончилось.
Но его хладнокровное поведение сработало в его пользу, поскольку он никогда не делился со средствами массовой информации своими взглядами на тему чистоты крови, даже когда его родители были до невозможного откровенны.
Это, по мнению Гермионы, спасло его жизнь — а не её бесконечные бесполезные показания на тему его хороших оценок, той его дальней родственницы, которая отказалась от всех обычаев чистокровных волшебников, и его общей вежливости.
К концу процесса она паниковала. Цеплялась за каждую соломинку.
И её душа благополучно ушла в пятки, её взгляд был сосредоточен на Блейзе — на его равнодушной маске — когда они озвучили вердикт.
Вы приговорены к испытательному сроку длиною в год, и Вы должны будете выплатить возмещение ущерба в размере 12000 галеонов.
Она закрыла глаза, резко почувствовав облегчение, а затем вновь распахнула их, чтобы увидеть реакцию Блейза.
Он тоже это почувствовал? Или он был зол? У него были деньги? Не был ли испытательный срок слишком—
Когда клетка начала спускаться, Блейз поймал её взгляд, позволяя своей маске треснуть, легко улыбнулся и коротко кивнул.
После этого она использовала накопившийся адреналин, чтобы успешно вернуться в Хогвартс, но, стоило ей оказаться там, как всё внутри неё совершенно отключилось.
Она почти ничего не сделала, а сегодня был только первый день.
Как она вообще планировала спасти их всех?
10 февраля, 1999
Между первым днём суда и слушаниями Пэнси и Милисент перерыв в один день. МакГонагалл освободила её от занятий на время разбирательств, но это не значит, что у неё есть какая-то возможность передохнуть.
Первое, что она видит, когда садится завтракать — это Пророк.
ГЕРМИОНА ГРЕЙНДЖЕР: НАША САМАЯ ЯРКАЯ ВЕДЬМА СТАНОВИТСЯ ТЁМНОЙ?
Героиня Войны Теперь Сочувствует Пожирателям Смерти
Ей едва удаётся доесть свой тост.
На первой странице под этим заголовком находится фотография маленькой, почти прозрачной девушки с испуганным взглядом. Она даже не узнаёт себя.
Все за столом Гриффиндор, кроме Джинни и Гарри, читают эту статью. Рона нет.
— Пошёл полетать, — говорит Гарри, когда она спрашивает.
Никто ничего не говорит о суде — спасибо и за это — но в воздухе царит напряжение.
А потом кое-кто говорит. Только не тот, на кого она рассчитывала.
Совы разносят почту, Гермиона фокусируется на своём завтраке; в какой-то момент прямо на её тарелку падает конверт без обратного адреса.