- Я думала, ты все вспомнил!
Вик чувствовал, что его обуревает злость и огромным усилием воли удерживался от того, чтобы не начать трясти Лиззи, добиваясь вразумительного ответа. Нет, так не пойдет. Спокойно, спокойно!
- Лиззи, - очень-очень тихо и очень-очень сдержанно произнес Вик, - будь умницей и объясни мне, наконец, что здесь происходит. Иначе, клянусь темными, я за себя не отвечаю!
- Я все расскажу! - пообещала она. - Но давай сначала выйдем на берег!
Лиззи вышла из озера в сухой рубашке, словно и не была в воде, а Вик, конечно, промок насквозь. И даже костра не развести, чтобы согреться. Возиться с деревяшками в темноте, пытаясь разжечь огонь, бесполезно. Чувствовал он себя премерзко, но пытался не показать своего состояния. Тяжело привалился к камням. Вик уже начинал ненавидеть эту пирамиду. Ему казалось, она теперь никогда его не отпустит, так и будет снова и снова возвращать на это место, словно заколдованная.
Он щелкнул пальцами, отчаянно надеясь, что сумеет сотворить хотя бы крошечную искру, но тщетно. Его злость на Лиззи почти прошла. В конце концов, что бы они ни натворила с его магией, он это, похоже, заслужил.
- Это теперь навсегда, да? - устало спросил он, почти смирившись со своей судьбой. - И что ты сделала?
Лиззи присела рядом. Лицо у нее сделалось виноватое.
- Я тебя погасила...
- Что?
Вик никогда не слышал о том, что можно погасить мага-огневика. Это вообще законно? Лиззи точно прочитала его мысли, вздохнула:
- Если бы я училась в Академии, за такое могли и отчислить: это строго запрещено.
- А ты еще не учишься, значит? - глупо спросил Вик. То-то он удивлялся, что лицо Лиззи не кажется ему знакомым.
- Только осенью пойду. Если честно, я и с Бестиями пока не сражалась. Родители меня не брали с собой. Сначала научись, говорят. Вот я и перепугалась до смерти, когда Полиписы появились. Прости, надо было сразу прийти на помощь.
- Ты меня навсегда... погасила? - решился Вик на вопрос, который его мучил.
Лиззи энергично замотала головой.
- Что ты! Разве можно огневика навсегда погасить! Вообще, магия уже должна была вернуться. Не понимаю...
Зато Вик, кажется, понимал. Похоже, он сам себя наказывает за то, что хотел сделать с девчонкой.
- Давай по порядку, - попросил он. - Я очень мало помню о сегодняшнем дне. Только о том, что...
«Что я гонюсь за тобой и ткань платья рвется в руках...» Вик зажмурился, не желая этого видеть. Какое настырное воспоминание! И без него тошно!
- В общем, ты как-то сразу не вызвал у меня доверия, - издалека начала Лиззи. - Когда шагнул из огненного портала и сказал, что ты Викар.
- А ты меня знаешь, что ли? - удивился Вик.
- Еще как знаю! Происшествие на балу Первокурсников разве что ленивый не обсудил. А Ран к тому же мой троюродный брат со стороны мамы. Кстати, мы всей семьей присутствовали на обручении Рана и Коры. Она была такая хорошенькая в алом платье!
Вик сжал челюсти и кулаки, внутри все перевернулось от злости. И нет сейчас под рукой эля, чтобы влить в себя кружку - другую. Хотя с элем, пожалуй, надо завязывать, если он не хочет и дальше обнаруживать себя на берегу без памяти и без магии.
Видно, та, шестая, или седьмая по счету кружка стала лишней. И чего он так надрался? Ах да, успел повздорить с приятелем Чада - земляным магом. Его звали, его звали... Холгер, кажется! А из-за чего поцапались? Точно, из-за девчонки!
Холгер зубоскалил над Виком, говорил о том, что ни одна девушка - только вот он называл их куда более резким словом - не могла бы заставить его страдать. Вика не слишком удивляли подобные речи: земляные всегда считались холодными и бесчувственными. Браки они обычно совершали по расчету, а не по любви. И недаром амулеты, призванные успокоить разбитое сердце, изготавливали тоже они.
- Вот одна по мне сохнет, - хвастливо продолжил Холгер. - Вернее, мокнет! Водница она. Как-то ее родители пригласили мою семью в замок. Какие-то свои дела решали, а я отдыхал. Там с ней и познакомились. Элиза. Смазливая мордашка. Девчонка еще совсем не целованная. Думаю, у нее до меня и парней-то не было. Я тогда поостерегся, а потом думаю - а чего теряться, раз она сама на меня вешается.
Вик слушал и чувствовал, как внутри поднимается волна отвращения, а Холгер продолжал хвастаться, не замечая, как Вик сжал кружку в руках.
- Завтра она меня будет на берегу ждать. Я там пирамиду каменную сложил - мимо не пройдет. Поболтаем, на озеро полюбуемся, а потом я ее того - этого.
Холгер расхохотался, будто выдал что-то невероятно остроумное. Вик, Чад и Сорм посмотрели на Холгера с одинаковым выражением на лицах.