— Такой, да не такой. У нас немного разная направленность сил.
— Погоди, причем здесь силы? — Воскликнул ведьмак. — Ты избранник темного Бога?
— Нет, — хмыкнул Айвин, а Курт отшатнулся, смотря с непониманием.
— Да, успокойся ты, — магу уже порядком надоела недогадливость парня, — я избранник Вериты.
— Богини судьбы? А причем здесь она?
— Стоп, ты вообще о пророчестве слыхал? С Богиней своей разговаривал?
— Эм-м? Ты что больной? Как бы я смог разговаривать с Богиней? Она в Предвечной, а я на земле. Думаешь, Ханива — Богиня Мрака снизойдет до простого смертного?
Айвин открыл рот, намереваясь сказать, что Верита до него снизошла и даже не один раз, но только щелкнул челюстями. Получилось почти как у Мирта.
— Понятно, что ничего не понятно. Как ты стал избранником?
Парни подошли к скамейке и присели. Курт осторожно посмотрел по сторонам, убеждаясь, что рядом нет посторонних ушей.
— Я сын купца. Мы плыли на торговом судне, начался шторм и … не знаю, как спасся. Нашел меня жрец Ханивы. Выходил, всему обучил, а потом рассказал, что я один из избранных. Знаешь, было страшно. Хотя, — задумался парень, — мне и сейчас страшно. После того, как учитель погиб, защищая меня от светлых магов, напавших на наш дом, приходилось только убегать. Посмотри на меня. Разве я похож на спасителя Мира?
Айвин внимательно оглядел сидящего перед ним парня. Поднял его руку и пощупал предплечье.
— М-да, слабоват. Какой-то ты хилый. Хотя, в таком случае у тебя голова должна хорошо варить, в противовес мускулам.
— Наверно. — Хмыкнул Самдир. — Тебя как звать-то?
— Айвин.
— Мое имя ты уже знаешь. Только непонятно откуда. Покажи печать, пожалуйста.
— Сомневаешься?
— Доверяй, но проверяй.
Айвин вытянул руку, демонстрируя метку Вериты. Курт сделал то же самое.
— Отлично. Какие у нас планы?
— Понятия не имею. Я последнее время в балагане прятался. Там Азелла. Она хорошая. Ты наверно заметил, что она темная.
— Ага, — хохотнул Айвин, — змеей своей пугала до тех пор, пока я не понял, что это иллюзия.
— Она может.
— Курт. Что ты знаешь о пророчестве?
— Не много. Только то, что я и еще двое избранников темных Богов должны спасти Мир, но от чего не знаю, учитель мочал до последнего, видимо считал, что я еще не готов, а потом было поздно. Помню только несколько строк, что слышал от жреца. Сейчас вспомню.
Столкнуться ночь и рассвет.
Сойдутся тьма и свет.
Грянет бой в небесах.
И жизни у всех на весах.
Качнется в сторону тень