— Ох ты, — хмыкнул Серов, приоткрывая папку, — надеюсь не как в июне прошлого года?
— Нет, то другой уровень. — Махнул рукой Павел Тимофеевич и тут же перешел к следующей части разговора. — В прошлом году в Июне в Куйбышев выезжала ваша группа возглавляемая капитаном Мансуровым. Может быть помнишь такой момент.
Глаза Серова сразу стали колючими:
— Допустим.
— Ну так вот, — не стал Комаров обращать внимания на смену настроения хозяина кабинета, — там они провели работу с некой Деминой, а когда она скончалась, то вылетели спец бортом в Москву, а труп забрали с собой.
— Раз забрали, значит, были причины, — набычился председатель КГБ.
— Ты уж Иван Александрович не серчай раньше времени, — поспешил Павел Тимофеевич успокоить собеседника, — сам подумай, как оно со стороны выглядит. Неизвестно почему приезжают из Москвы варяги, допрашивают больную женщину, при этом врачей до нее не допускают, а после того как она скончалась, труп забирают. Причина смерти остается неизвестной, а врачи пытавшиеся вывести ее из комы, констатируют наличие следов от инъекций неустановленных препаратов, причем всякое расследование запрещено. Как ты думаешь, должен я реагировать на подобные сигналы?
— Должен, — согласился Серов, немного успокоившись, — на вас же эти запреты не распространятся.
— Вот и я о том, — кивнул Комаров, — материалы по этому случаю посмотреть дашь?
— Дам, куда ж я денусь? — Кивнул Иван Александрович, — но и ты мне свои покажи, как говорится баш на баш, хочу посмотреть, что твои нарыли.
— Смотри, — в сторону председателя КГБ была двинута еще одна папка с документами.
Серов, в свою очередь, открыл ключом боковую дверку стола и вытащил оттуда другую, папку и подал ее Комарову. Тот посмотрел на девственно чистую поверхность папки и удивленно глянул хозяина кабинета:
— Что, даже не регистрировали?
— Сначала ознакомься, потом поймешь. — Проворчал Серов, углубляясь в чтение переданных ему документов.
Разговор прервался, только иногда было слышно, как переворачиваются страницы документов в папках.
— Но это же чушь! — Не выдержал Павел Тимофеевич. — Развал страны и реставрация капитализма, да кто в это поверит?
— А я тебе про что? — Усмехнулся председатель КГБ. — Ты думаешь, наша группа просто так туда в пожарном порядке рванула? Дел у нас больше нет, как по каждому бреду сумасшедших туда-обратно кататься, это уже потом разобрались что к чему. И регистрировать не стали по той же причине, стоит это на политбюро вытащить, меня, если не расстреляют, так туда же, в психушку, вместо Деминой затолкают. Так что тебе второму эту провокацию показываю, цени.
— А первому кому? — Оторвался от изучения документов Комаров.
— А первому и показывал. — Серов тоже отложил в сторону очередной лист. — Так он сразу сказал, ничего подобного в нашей стране произойти не может, это провокация, попытка отвлечь нас от работы и внести раскол среди коммунистов, так как такое возможно только в результате предательства, поэтому посоветовал этим документам хода не давать.
— Это далекое будущее, а про что-нибудь более близкое по датам?
— А вот тут и возникает весьма интересный момент, — Ответил Иван Александрович, — про ближайшее будущее Демина ничего говорить не захотела, вопросы просто игнорировала, будто боялась чего-то, хотя в ее состоянии бояться было уже поздно. Наши даже предположили, что она посчитала, что живет в будущем, но…, там много чего можно предположить.
— Тут еще она что-то говорила про проводников, — продолжил Павел Тимофеевич, — кто это такие?
— Я не больше твоего знаю, ты вот меня вопросами закидываешь, а я тебе отдал все что есть, — нахмурился Серов, — даже у тебя информации по проводнику больше. — Он потряс докладной из папки. — Кстати, этот Брагин следствие вел очень толково.
— Вот и посмотри, как могут работать твои местные кадры.
— Хм, надо их сюда забрать, нам такие здесь больше нужны. А насчет проводников могу пояснить. — Хозяин кабинета откинулся на спинку стула. — Ты ведь видишь только ту часть, которая понятна, а там еще на сотню листов беспросветного бреда. Поручили психиатрам его расшифровать, и сделать заключение, естественно без некоторой конкретики. Так вот они утверждают, что это бред легко внушаемого психически больного человека, поэтому под личностью проводников может скрываться группа провокаторов, которые и вложили все это в ее голову.
— Ты все прочитал? — Кивнул на переданную папку Комаров.
— Погоди, еще две докладных, — буркнул Серов и снова погрузился в чтение.
Последний лист глава КГБ прочитал дважды, потом зачем-то посмотрел на него с задней стороны:
— А вот это уже меняет всю картину, — в задумчивости пробормотал он, — кто бы мог подумать на подростка, идеальный агент. Что не смогли его изъять — плохо, но вины в том их нет, и так сработали на пределе возможного.
— Искать его будем?