Падение Империи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ариана сидела рядом с Хеленой, которая лежала в своей постели, бледна как смерть. Она впала в состояние апатии, забыв практически обо всём. Траур для неё мог стать смертелен, так как она отказывалась даже от воды, удаляясь в себя ещё больше. Сидя на краю её мягкой и шелковой постели, Ариана ни на шаг не отходила от неё. Каждый раз она брала её за тонкую и холодную руку, пальцами разогревая её. Кира как-то говорила: «Брось всю эту церемонность. Она страдает. Иногда проще обнять и вместе порыдать, сколько душе угодно, чем сидеть и молчать, как две дуры» Улыбнувшись, Ариана медленно сняла с ног башмачки и села рядом с императрицей. Хелена удивленно глянула на ней и чуть приподнялась. Ариана мысленно прокляла Киру, на чём свет стоит, скрестила ноги, и крепко обняла Хелену. Вдовствующая императрица только хотела от неё отстраниться, как вновь разрыдалась и уткнулась в плечо подруги, на которую всегда равнялась.

— Боги, я ничего не могла сделать. — проговорила она.

— Я знаю — баюкающее говорила Ариана

— Лучше бы я погибла с ним. — она уже не рыдала, а тихо шмыгала

— Не смей так говорить. У тебя сыновья и дочь, которым нужна мать. Государству нужна императрица-мать. Ни ты, ни я не имеем права сложить руки и ждать, пока враг не придёт. Мы с тобою должны сделать всё, чтобы сохранить империю. Это наш с тобой долг. — Хелена ещё сильнее прильнула к объятиям Арианы, вдыхая запах её волос, который вызывал странное пьянящие чувство. Императрица прогнала всяческие не хорошие мысли и помотала головой.

— Спасибо, дорогая. Побудь со мной, мне так легче и хорошо — прошептала она, положив голову на подушку. Ариана легла рядом, смотря в её голубые глаза. Глаза леди СтоннКассел, тёмно-голубого цвета, казались озёрными омутами, в который Хелена тонула. Это была странная ситуация.

— Я боюсь за Лайана. — проговорила Хелена, после неловкого молчания.

— Каждая мать печётся о своём чаде. — ответила Ариана, чуть расслабившись в мягких перинах.

— Я не могу потерять его. Каллину, Ричарда и Артура, мои дети не заслужили этого… -

— Дорогая моя, никто не заслуживает такого. Но мы с тобою женщины благородных семей. Мы должны помогать тем, кто идёт на первую линию обороны. –

— И страдать? Смотреть, как они умирают? Лучшие быть на передовой, и закрыть тело родного от стрелы. — ответила Хелена.

— И что же ты страдаешь здесь, хм? Ты нужна дочери и сыновьям. Перестань страдать, родная. Носи траур, помню, люби мужа, только не забывая о тех, кто нуждается в тебе. — Ариана погладила императрицу по голову, забыв обо всех правилах приличия и субординации. Хелена перевернулась на бок и посмотрела на Ариану, ласково улыбнувшись.

— Ты права, как никогда права. — сказала Хелена, поднимаясь с постели. Уже твёрдо она решил направить к дочке и сыновьям, которые нуждались в ней больше всего.

***

Проводив отца в последний путь, новому императору Кровогорья, Лайану Кон-Итьену предстояло решать, что делать ему дальше. Алкион Альгольф ни на шаг не отходил от государя, всячески помогая Лайану.

— Мой император, крепитесь. — приговаривал он, каждый раз, когда слышал какую-нибудь неприятную новость. Император ходил среди своих людей и своими глазами видел, что ситуация в столице мало помалу катиться во врата Харды. Когда сердце вновь отозвалось колкой болью, он решил, что необходимо организовывать оборону. Безопасность вельмож и своей семьи он возложили на плечи верного Найта Акселя.

Несколько дней Лайан провёл в штабе обороны, советуясь с ветеранами-легионерами, как лучше подойти к ведению войны на улицах города. Первым делом им предстояло отбить гавань, следя за тем, чтобы враг не ударил в спину. Он находились в плотном кольце, и каждый шаг для них мог стать последним. Сейчас, единственным безопасным место являлся дворец, так как все пути извне в него были замурованы, лишь несколько ходов, что вели из него, оставались открытыми. Сейчас, гавань была обличительным приоритетом, так как это был путь к спасению столицы. Но мятежней сброд и предатели, что примкнули к нему затихли. На улицах творился бардак, повсюду лежали тела, в крови и грязи. Отсюда и вывод был неутешительным, раздолье для крыс, что переносят всяческие заразы. Стража была заперта в своих казармах, обречённая умирать от досель неизведанной чумы.

Спустя ещё пару дней, в столице вновь разгорелся пожар, охвативший кварталы, подконтрольные мятежникам. Пожар был виден на всю столицу, а дым его клубами возносился вверх. Однако с этим пожаром за пару дней было покончено, до боёв никому дела не было, какие бои, когда стихия может подчистую смести их, поговаривали, даже бандиты помогали своим врагам тушить пожар. Алкион вскоре вызвал Лайана в свою лабораторию, которую он оборудовал в лазарете. Накинув плащ и обмотав лицо мокрой тряпкой, оставив открытыми только глаза.

Лаборатория являлась собой величайшим воплощением хаоса. Повсюду были столы, заполненные склянками, реагентами для возгонки, сухим, свежими и перемолотыми травами, ступками с пестиками и прочими алхимическими приблудами, о предназначении которых можно было только догадываться.

Принц обошёл несколько тел, прикрытых простынями, который некогда были белыми, но сейчас он были серо-красными, от пролитой крови и пыли, что царила здесь. Прокашлявшись, Лайан подошёл к магу, который склонился над оголённым и вскрытым, в районе груди, телом. Маг был обмотан в подобные мокрые тряпки. В старых, морщинистых и смуглых руках он держал нож, заточенный с одной стороны в правой руке, а левой, приоткрывая вскрытую грудную клетку. Лайана начло воротить, от запаха и от увиденной картины. Кое-как сдержав противный рвотный позыв, он приблизился к старому Алкиону, который что-то бугуртел себе в бороду.

— Не опасно ли вскрывать тела стражи, что по слухам, заразилась чумой? — спросил юный государь, оглядывая другие тела. Все они были исхудавшими, на столько, что были видны рёбра, впавшие щёки, а около глаз виднелись огромные тёмные круги. Уставший маг утёр пол со лба и обратил свой взор на Лайана.

— Древнее это зло. — пробурчал он — люди заживо гниют, страдают и умирают. Это — Скулящая Смерть. — Лайан попытался назад, через разрез маски было видно, как глаза его почти вышли из орбит

— Быть того не может. Последняя вспышка Скулящей смерти была пять сотен лет назад… -

— Когда легионерам пришлось сжигать город до основания и заново его отстраивать. Только вот в катакомбах, которые расстилаются на лиги вниз, возможно лишь замуровать. Какая-нибудь крыса, с заражёнными блохами проскочила на улицы, блоха скользнула на человека, тот коснулся другого, третьего и заскулила Смерть. Не беспокойся, государь, сейчас нас окружает моя аура огня, любая блоха скорее сгорит, чем успеет прыгнуть. — маг вновь склонился на тем, что трудно было назвать телом. И вправду, в помещении было довольно жарко, не было даже намёка на мух и прочих насекомых.

— И как избавиться от неё? — спросил он, чуть погодя

— Огнём и мечом — незамедлительно ответил Алкион, Кон-Итьен рыкнул

— Нельзя. Коли начнём рубить и жечь, сами помрём. –

— За пять сотен лет никто не нашёл лекарства от этой заразы. Ситуация выходит из-под контроля, государь. Мы зажаты предателями и мятежниками с одной стороны, и чумными развалинами с другой. Сколько мы ещё продержимся? Решать тебе, государь, но учти, любой неосторожный шаг может стоить тебе жизни. — Алкион сделал надрезы в глубине трупа, Лайана старался держать взгляд выше.

— Я удержу трон и столицу, империя не падёт, Алкион. Сделай всё, чтобы найти лекарство от этой проклятой заразы, а уж придавать ли город огню, решать буду я. — молодой император поспешил покинуть лабораторию, пока маг продолжал изучать чумное тело.

***