Падение Империи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сейчас он стоял перед драконицей. Если он умрёт, погибнет и Джейстен. Никогда прежде он не видел, чтобы сражались, настолько остервенело, и яростно. Когда он убил её, проткнув её сердце, он, наконец, осознал что совершил. Со слезами на глазах он отрубил её голову, как трофей и пошёл прочь из пещеры. Затем, молодой Орин посмотрел на самого себя, в отражении реки.

— Лучше бы ты умер. Погиб. Сдох, чтобы земля не носила такого как ты, СтоннКассел! Ненавижу тебя, сволочь! — молодой Орин занёс окровавленный клинок.

— Самое гадкое, это выбирать между двух зол. Не сделай ты этого, тогда бы Джейстен горел. Ты выбрал меньшее зло, но всё равно гадко на душе. Нам с тобой придётся жить с этим, Орин. — юный Орин сел на берегу реки, проклиная всех за то, что ему пришлось сделать. –

— Жить с последствиями и не сойти с ума может лишь сильный. Ты готов, Орин СтоннКассел —

Вспышка…ещё одна… и ещё одна, сотни тысяч вспышек, раз за разом они ослепляли разум, ослепительные, как молнии во тьму, они били раз за разом. Ещё одна вспышка, мигнуло, зашипело и ударило с дикой силой, оглушая.

***

— Ненавижу — почти одновременно прошипели они. Они ничего не рассказывали друг другу, после того, как они прошли первую арку. Кивнув друг другу, они шагнули во вторую арку.

Рисунок на ней обозначал настоящие, поток крови, что течет по венам, события, на который ещё возможно повлиять, сделав правильный выбор. Древо росла ввысь, уходя от черепов и корней, переходя в ствол, которому предстоит расти ввысь. Он сможет прорости к солнцу сквозь препятствия, что преграждают ему путь или обвить их, сделав из них часть, выбирать только ему.

Вспышка…ещё одна… и ещё одна, сотни тысяч вспышек, раз за разом они ослепляли разум, ослепительные, как молнии во тьму, они били раз за разом. Ещё одна вспышка, мигнуло, зашипело и ударило с дикой силой, оглушая.

***

Бастард. Незаконнорождённый сын. Позор семьи Тангеров. Всю свою жизнь он мечтал сбросить это распроклятое клеймо. Он выполнял каждый приказ, был верен каждой клятве, убивал, щадил, делал всё, чтобы род Тангеров был велик как никогда. Так он и жил, прославляя свой дом, покуда не встретил девушку, которую полюбил всем сердцем. Её звали Иса. Именно в её честь он назвал свою клеймору, выкованную из красной стали. Как же он был счастлив с ней. Он любил её, а она любила его. Всё время он был с ней, откровенно наплевав на то, что он бастард. Девушка это знала, и так же как он, она наплевала на всё, лишь бы быть рядом с любимым.

Девушка была прирождённой лекаркой. Она могла вылечить любую рану и исцелить всякую заразу. Каждый раз, возвращаясь с очередного задания, Блексворд приходил к ней. Она врачевала каждую рану на его теле. Они были счастливы, какое-то время. Позже, о её прирождённом даре к медицине узнали Белые Сестры Лаиры. И девушка не могла не откликнуться на их зов. Блексворд собрал денег со своего годового жалования и передал их ей, когда она поехала в Илайтан, а его отправили на очередное задание. По дороге из Уэйстека в Кэрлайм её бездыханное тело нашили разведчики чёрного легиона.

Блексворд чудом выследил тех разбойников, в одиночку. Благодаря стреле и порезам на теле возлюбленной, он смог отыскать кинжал, тем самым выследив убийц. В первый раз он примерил на себя фартук дознавателя. Устроив настоящую облаву, которая длилась неделю, словно охота на волков, он поймал каждого из них, и запытал их до смерти. Он резал их на куски. Заставлял смотреть разбойников, какая участь их ждет, после того как умрёт их главарь. Как бы они не кричали, как бы не молили о пощаде, говоря, что не знали ничего, он не останавливался. Он медленно убивал их. Их главаря он изрезал на части и спустил кожу. Его правую руку он кинул в берлогу медведя, третьего бандита он выморил на морозе, а на четвертого спустил оголодавшего волка-людоеда. Пятый сошёл с ума, Блексворд заставил его смотреть, как его братки мучаются и умирают. А затем, он продал его одному амункерскому скупщику рабов.

Блексворд Тангер так и не простил себя за то, что не смог сохранить любимую. Каждый день, глядя на клинок, что носит имя его любимой лекарки, он не может сдержать тоски и грусти. И каждый день ему сниться кошмар, и в зиккурате он увидел её дух, что говорил ему, что он жалкий бастард, недостойный ничего, кроме жалкой смерти на поле боя, в надежде, что он умрёт как герой, а не как бастард знатного лорда.

Сейчас он стоял перед отцом, Ааронтом Танегром, который протягивал ему медный венец рода, тем самым принимая его в семью, официально подтверждая родство. Так легко, всего лишь принять и надеть венец, всего лишь принять имя, которое принадлежит ему по праву, имя великого рода, великой семьи. Блексворд стоял статуей, не смея двинуться. «Слишком легко» думал он. Сколько всего он сделал, сколько заплатил, но так легко не даётся ни чего. И вновь он слышит. Бастард. Слово стони, раз повторяется в его ушах, до тех пор, пока он не падает на колени.

— Ты бастард. Им и останешься. — говорит лорд Тангер, откидывая венец в сторону

— Пусть — отвечает Блексворд — За то я с честью умру, зная, что я бастард, а не ручной пес, на побегушках. Пусть меня зовут бастардом, пусть я незаконнорождённый, но я знаю, кто я на самом деле. Я — Блексворд Тангер. Я — Чёрный Легионер Уэйстека и Кровогорья! — Тангер-старший смотрит на сына. Злость и гнев сходят с его лица, уступая гордости. Блексворд всегда корил себя за то, что был рождён незаконнорождённым, каждый день он винил себя в том, что не знал имени матери, но теперь, она знает кто он. Иса бы не хотела, чтобы он всю жизни жил в неведении и старался быть тем, кем он и близко не является.

- Я горжусь тобой. — произносит он исчезая во тьме, что резко окутала его. Иса стоит на коленях, напротив него и говорит

— Я так люблю тебя, мой легионер, мой Блексворд. Ты принял себя, ты тот, кто есть. Иди дальше и знай, что я всегда с тобой. —

***

Эльнора держала в руках корону из зубов и клыков драконов. Облитая золотом, украшенная разными драгоценными камнями, из которых женщина узнала лишь: красный гранат, алый аметист, лазурный сапфир, зелёный изумруд и чёрный бриллиант. Остальные драгоценности, она не узнавала. Блеск чистейшего золота был способен ослепить, коли пролить на него хоть каплю света. Её красивые и крепкие волосы, пепельного цвета, были прибраны в сложное сплетение множества кос. К телу её прилегал крепкий корсет и шелковые одеяния, достойные императорского дворца, сдавливающие дыхание до такой степени, что дышать приходилось через раз, не говоря о том, что она держит легендарную корону, держа которую, она приталила дыхание. Голов кружилась от эйфории, наконец-то! Она — полноправная правительница всего Кровогорья, повелительница Эш’Хайгара, завоевательница Темногора, Трейлиртора и Даргона, в довесок — покровительница Хаэфила. Она стояла в тронном зале Кинхарта, все вельможи ждали, когда она обвенчает свою голову увесистой монаршей регалией. Люди улыбались ей, кланялись и подначивали надеть корону. Вдруг, она застыла, осознавая, что всё это не правда. Она нервно огляделась, не в силах двинуться с места. Люди зарыдали, мужчины, женщины, все кто стояли перед ней опустились на колени и молили её надеть корону. Мелькнула вспышка. Она отрицательно покачала головой, в надежде хоть как-то сдвинуться с места. Теперь все озлобились на ней, угрожая ей расправой, коли она не наденет корону. Её губы задрожали, в давно забытом чувстве беспомощного страха. Она дернулась, чувствуя, что тело её никоим образом не двигается. Вновь тронный зал озарила вспышка. Люди исчезли, а она наконец-то припала на колени, осознавая себя полностью.

«Какой монарх имеет право использовать власть в своих личных целях, вознося себя в ранг богов? Только тираны поступают так. Истинный король или царь, или император, в первую очередь служит народу и стране. О чём я мечтала? О безграничной власти, обеспеченной моим бессмертием? Коли так, какое право я имею надевать корону, если для меня каждый живой, что помогал мне или кто-то другой был ступенькой к цели, которая трещала под моими шагами? Разве могу я быть императрицей, коли народ для меня материал для удержания моей власти? К чему я могла бы привести страну, направь я все силы на то, чтобы захватить власть, с которой не управлюсь? Я никогда не была достойна власти. Эйдэн был прирождённым монархом, я — простая дочка простого помещика, обречённая шагать по земле, до самой её кончины»

Эльнора боялась признать то, что она могла бы вновь возродить армии мертвых и стать её Полководцем и обрести власть, которой когда-то владела, после смерти Эйдэна. Села переполняла её, каждый день напоминая о том, что она могла бы возродить эш’хайгарскую империю, заставляя мир трепетать перед её мощью и величием. Каждый день она слышит голос, который шепчет ей. «Сбрось бремя изгнанницы. Стань той, кем можешь, кем хотела, всегда хотела»

— Нет — прошипела она, откидывая корону в сторону. Голос стал настойчивей. «Почему? Разве не об этом ты мечтаешь? Разве не это сниться тебе годами, столетиями? Ты спишь на обочине, пьёшь горькую долю изгнанницы, тебя зовут плутовкой, бродягой, ведь ты была великой. Ты можешь стать ей вновь. Им всем нужен кнут и пряник, смекаешь? Лишь дай волю той сокровенной силе, что дремлет в тебе!»

— Нет — уже прорычала она, затыкая уши. Голос стал заливисто смеяться, истерично кричать. Повторяя одно и тоже. «Смерть не для тебя. Каждый бой, в котором примешь участие, неизменно закончиться горькой победой. Друзья будут стареть и умирать. А ты останешься мертвой, без какой либо возможность оставить хоть что-то или кого-то после себя»

— Пусть — проговорила она, утирая слёзы.

— Ты та, кто ты есть. Твоя доля тяжела. Но, как и полагается, ты будешь её нести. —

***

Орин стоял на пристани. До жгучей боли знакомой пристани. Его дыхание превращалось в пар, что свидетельствовало о том, что здесь на много холоднее, чем было тогда, в тот роковой день. Об этом знали лишь пятеро. Сам Орин. Его верный брат Гарет. Их лучшие друзья, Мартин и Лара, и одна фрейлина, которая скончалась спустя год, от сильной горячки.

Её звали Джеска. Она была молода и красива. Именно она стала свидетельницей того, как Орин и Гарет расправились с Падшим, который пришёл за первенцем СтоннКассела. Она слышала те слова