Падение Империи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Рынок имени Гилберта, или же просто Гилбретский Рынок, был одним из самых крупных рынков во всём Кровогорье. Находясь в столице, он занимал, по меньшей мере, два квартала. Среди народа была поговорка: «Не нашел на Гилбретском Рынке, не найдёшь ни где!» Однозначно можно было сказать, что здесь собиралась все. Начиная от продавцов овощами, фруктами и мясом, так же пивоварами и виноделами, продолжая ремесленниками, бронниками и оружейниками, не забывая про торговцев одеждами из привозного шелка и другого материала, заканчивая подозрительными личностями, которые, по всей видимости, хотели, как можно быстрее сбыть краденое. На этом рынке было все, и заплутать здесь, дело обычное, так как народу здесь было огромное количество. Здесь были те, кто просто пришёл по мирским делам, были пилигримы, путники, были даже барды и менестрели, что устраивали представления.

Человек, известный под именем Фаил Акар, шёл по рынку. Шёл гордо, прямой, солдатской походкой, левая кисть ложилась на шарообразный эфес его клинка, правая рука была свободна. Мужчина был облачён в латный серый доспех с символикой Серого Легиона. На его нагруднике был изображён оскалившийся лис. Серый плащ переливался от тёмных до светлых оттенков на солнечных лучах. Каждый его шаг, походил на строевой. Он был совсем коротко подстрижен, не носил бороды. У него был цепкий взгляд синих глаз и несколько шрамов на лице. Люди сторонились его, хотя это ему нисколько не мешало. Сюда он пришёл по двум причинам. Первую из них, было сложно объяснить. Но всё должно быть по порядку. Фаил Акар — образ собирательный, это титул. Некогда древний избранник Мираны поборовший избранника Дуратхара. Титул Героя Серого Герцогства и Серого Легиона передавался от лучшего к лучшему. Фаил Акар служил империи, служил легиону, служил Герцогу и Герцогине. Сейчас он исполнял приказ. Он должен был найти и вернуть дочку Эдэльмиры и Имхьера Имнари, Сейну Элерон. Фаил Акар знал, что, из-за побега девочки, пять лет назад, чуть не развязалась вторая Война Домов, Война Великих Семей. Только сейчас верные слуги герцогства сумели найти уже повзрослевшую девушку. Фаилу Акару поручено её защищать, а затем вернуть домой. Кончено, он её защитит, но насильно тянуть домой не станет. У Герцога и Герцогини не самые приемлемые характеры. Для него важна воля Мираны.

***

«Сколько? Сколько времени уже прошло? Не было и дня, чтобы я не волновалась о тебе. Но имею ли я право думать о любимом, если столько лжи утаила, и в итоге не смогу оправдаться. Чего же тогда стоит моя любовь? А принял бы ты мои чувства, узнав правду обо мне?» Сколько себя помнила, Сейна жила во лжи. Ей врали, врала и она. Дочка Эдэльмиры и Имхьера Имнари бежала из дома, она не хотела брать на себя бремя герцогини, не хотела становиться жену тому, кого ненавидела. Она ни кому не могла и не хотела верить. Она придумала легенду о том, что она сирота. Прибившись в церковь послушницей, она смогла обрести тихую гавань. Она отвыкла от интриг, забыла о том, чья кровь в ней течет, может быть так, ей было легче. Она не была святой, будучи подростком, она воровала, помогала контрабандистам, делала всё, лишь бы вырваться из грязных улиц, делала всё, чтобы забыть какие ужасные вещи она творила. Но вот, она встретила Айдана Анкита. В первый раз она видела такого честно, благородного, справедливого и простого человека. Она помнит, как он вошёл в церковь Драконов-Основателей, как они первый раз встретились, как могли говорить часами на пролёт, как в один голос казали друг другу, что хотят быть ближе, больше чем друзьями. А теперь он ушёл на войну, а она ни как не может ему помочь. Она врала ему, врала о родителях, о себе, обо всём! И она не знала, как будет оправдываться, не знала, что он испытает, когда увидит перед собой не хрупкую послушницу, которую он полюбил. Что он скажет, когда увидит авантюристку, которая способна лишить человека жизни? Она не знала. Она уже ничего не знала.

Сейна сидела в своей комнате, в Храме Драконов-Основателей. Комната любой послушницы была небольшой. Одноместная кровать с белыми простынями. Один письменный стол и стул из березы. Комод с одеждой. Одна тумбочка. Одно окно и зеркало. Окно в её комнате открывало вид на рыночную площадь. Девушка открыла его настежь. Под её окном остановилась телега, полная сена. Она услышала, как в её дверь постучались. Она подошла к двери, чуть приоткрыла её и сию же минуту захлопнула её. За той стороной громко рассмеялись

— Сейна, дорогая. Открывай дверь! Тебе привет от Рендона Пэтрота! — девушка вмиг приперла дверь стулом, метнулась к комоду, раскидывая одежду, достала из него короткий клинок в ножнах, быстро повесила его на пояс, схватила наплечную сумку, надела синий плащ и метнулась к окну. В низу до сих пор стояла телега. Подняв подол платья, она высунулась из окна. Послышался, грохот, крик и хруст дерева.

- Время вышло, Имнари! — рослый мужчина в кольчужном хауберге мощным ударом ноги в замок выбил дверь. За ним вошли ещё двое. Набрав в лёгкие воздуха, Сейна шагнула вниз. Сено приближалась, а страх увеличивался. Мысли о том, что она все кости переломает, пришли в самый последний момент. Сено смягчило эффект падения. Девушка успела сгруппироваться и приземлиться, не без ушибов, точно в тележный стог сена. Но она упала на спину. Воздуха критически не хватало, она стала задыхаться. Кое-как перевернувшись на живот и встав на четвереньки, с болью сжимающую грудь, она смогла вдохнуть. Она не плакала, слезы лились сами, вся она покраснела, словно рак.

— Вот же дурная! — закричал один, пытаясь её поймать. Лошадь, что везла эту телегу, рванула с места. Возчик, на вид старый фермер, еле удержал поводья.

— Куда? Стой кобылка! —

— Чего встали, увальни! За ней! — прокричал тот, который выбил дверь, выглядывая из окна.

— Прыгать? Да ты брешешь! — превозмогая боль и слёзы, девушка быстро пришла в себя. Сердце билось в унисон боевым барабаном. Телега неслась по площади. Возчик, прилаживая все возможные усилия, кричал:

— С дороги! С дороги! -

Всё же он смог остановить лошадь, прямо в центре рыночной дороги. Люди ошарашенно смотрели на эту картину. Девушка вылезла из телеги и поспешила скрыться в толпе. Последствия безрассудного прыжок сказались на ней. Идти было сложно, ноги гудели и болели. «А в сказаниях про особые отряды Воронов, было по-другому» вспоминала она слова Айдан. Держась за живот, она шла, прячась в толпе. Уже много людей собралось у телеги. Наверняка, у бедного возчика прихватило сердце. Старик всюду искал её, но ни как не мог найти. Она спряталась за навесом одного из торговых лотков. Она продолжала идти, шла закоулками, старясь как можно быстрее оторваться от преследователей. Девушка постоянно оглядывалась через плечо, прятала рукоять клинка под плащом. Во рту образовался неприятный железный привкус. Чувствуя, как стучит в висках, она замедлила шаг, вскоре вовсе остановившись в одном из переулков, она стала переводить дыханье. Мимо неё пробегали стражники и легионеры, шума со стороны церкви и рынка становился всё больше и больше. «Что, опять убежишь? Опять спрячешься и будешь надеяться, что тебя не тронут. Так нельзя, девочка моя! Нужно что-то делать! Но что? Айдана нет рядом, капитана СтоннКассела тоже, хотя…СтоннКасселы. Вот кто мне поможет!» Оглядевшись и проверив, что хвоста за ней нет, она быстрым шагом двинулась в Поместный Квартал.

Глава 9. Дворцовые дела

На юге шла война, где-то в Хаэфиле всё судачили о ЛжеНаследнике, в Эш’Хайгаре было неладно, хотя, эта пепельная земля покоя никогда не видела. Но! Во дворце, под руководство Её Императорского Величества устраивали приёмы для дворян. Хелена Кон-Итьен, урождённая Истон-Дар, таким образом собирала все возможные сплетни, слухи и другую информацию, которая в дальнейшем могла пригодиться. Вдобавок ко всему, так она могла чувствовать себя как акиниская щука, для неё, общество дворян являлось своеобразным океаном, в который она погружалась с головой. Она часто устраивала такие приёмы. Ей хотелось знать всё и обо всех, будь то комплимент, косой взгляд или неровный вздох. Знать все абсолютно всё сплетни, вплоть до простых вымыслов, благо, что правда, а что вымысел, она распознать могла.

Сейчас, в дворцовом зале Кинхарта собралось чуть больше сотни человек, в основном те, кто проживал в столице или находился к ней достаточно близко. Большие золотые люстры свисали с высокого потолка, который держали массивные столбы, что стояли по углам зала. С двух стороны были расставлены резные белы столы с закусками на белой и кружевной скатерти, туда-сюда сновала прислуга, девушки и парни, совсем молодые, чистые, ухоженные, красивые, все как на подбор. Гости расположились по всему залу. Кто-то всё стоял у столов с закусками, кто-то переходил от компании к компании, кто-то устроился на диванах и креслах. Группки дворян то тут, то там, разносили разные слухи. Императрица слышала и слушала их всех. Она была холодна снаружи, голубые глаза прожигали взглядом душу, золотистые волосы были аккуратно прибраны за спину в тугую косу, её бледноватая кожа казалась совсем холодной. На ней было длинною в пол алое платье с просторными рукавами, на её хрупких плечах красовался песец, а голову украшала золотая, рубиновая диадема.

В одном из углов зала собралась её родня, которую она, да и вся столица, теперь не могла. Истон-Дары. Прилизанные, ухоженные и противные её взору. Вечно о чём-то шепчущиеся, они говорили друг другу лишь на ухо. Манеры у них оставляли желать лучшего, Истон-Дары то и дело били себя в грудь, при любом упоминании в их сторону, будь то оскорбление и комплимент. Они норовили подойти как можно ближе к собеседнику, как-бы намереваясь всадить нож во время объятия, а самое ненавистным и противным было то, что они каждый раз пыжились и гордились свои родством с императрицей, что саму Хелену повергало в праведный гнев и ярость. Она уже давно не ассоциировала себя с Истон-Дарами, она — Кон-Итьен, супруга императора, мать троих четверых детей этого рода. Для своей родни она всегда была белой вороной, но потом, став императрицей, они вспомнили о родстве. Хелене было откровенно плевать на них, даже если они пыжились родством и какими-то притязаниями, она не считала их родными, а если они уж чересчур зазнавались, в дело вступала гвардия легиона, а именно Найт Аксель, выполнявший на приёмы роль защитника императрицы, следя абсолютно за всеми.

Найт Аксель, по разным, неподтверждённым слухам, проходился Уильяму Кон-Итьену сыном. Однако, не было столь неочевидных (и очевидных в том числе) сходств внешности и характера Акселя и императора. Что же по этому поводу говорил сам император? От жены он ничего не скрывал, по всей видимости это было бесполезно. Найт Аксель приходился ему незаконным племянником, от незаконной сестры. Давно было это дело. Незаконнорождённая дочка Ульериха Пятого, сестра Лоренца и Уильяма, Астера, росла во дворце под присмотром братьев, очередные сплетни и слухи свидетельствовали о том, что Астера родила сына от красного легионера, что погиб во времена Войны Домов, сама Астера скончалась при родах, оставив Уильяму племянника. С тех самых пор, Найт Аксель рос в легионе, а потом стал одним из самых успешных и верных короне гвардейцев полностью отказавшись от любых притязаний на Сапфировый Трон Кинхарта. Именно этому, императрица несказанно была этому рада.

Говоря о самых старых и почтительных семьях, что собрались на приёмы, Хелена выделила три: её откровенно презрительно ненавистная родня, СтоннКасселы и их верные знаменосцы Оркаланы, так же были семьи по меньше, наследные и поместные дворяне, бароны, представители малых, но сильных семей, ещё были семьи легионеров. Императрицы была рада всем, не только потому что они были источниками информации. Её откровенно было скучно. Сыновья всё время проводят за тренировками и учёбой, муж занят войной, только единственная дочка разделяла её интересы, то тут, то там проходя, выцепливая самое интересное. Пригубив сухого, красного, джейстенского вина, Хелена направилась к Ариане СтоннКассел, единственной женщиной, которую она считала равное себе, а говоря честно, Хелена местами подрожала ей.

Её длинные, распущенные, каштановые волосы, спадающие на плечи, перехватывал серебряный обруч, она держала спину ровно, руки аристократично худы, а взгляд её был цепким, как у орлицы. Одета Ариана была с тёмно-синее платье с золотой кройкой, на джейстенский лад. С её плеч свисала лазурная шаль, явно из джейстенского шёлка. Завидев Хелену, Ариана поднялась с дивана и исполнила реверанс, императрица в ответ поклонилась и широко улыбнулась. Затем она обняла её и по-дружески поцеловала в обе щеки.

— Моя императрица, сегодня вы неотразимы! –

— Вы льстите мне, Ариана! Должна признать, что сегодня, вы как всегда прекрасны. — улыбнувшись краем губ, они сели на мягкий диван.

— Я не вижу твою дочь, кстати, как она? — спросила императрица, пригубив красного джейстенского вина. Ариана устало завалила голову на бок

— Адриана сейчас вместе с Кирой, всё больше времени проводит за фехтованием, скачками, за всем тем, к чему меня обычно в Джейстене не допускали. Она точная копия отца. Упрямая, настырная, полная жизни. Боги, иногда мне кажется, что моя кровь в ней вообще не играет. —

— Пойди моя дочь в мужа, я бы тоже изнывала, благо она пошла в меня, это хоть какое-то утешение, в сравнении с тем, что три моих сына — точные копии Уильяма! — Хелена лукаво ухмыльнулась

— А когда должна приехать Джоанна? –

— Месяц, может быть два, если она скачет галопом! Моей племяннице давно пора за муж, а твой старший сын — самый завидный жених! –

— Ариана, скоро мы с тобой, как говориться, породнимся! — Хелена радостно поёрзала на месте, Ариана поправила обруч и вздохнула

— У Джоанны такой характер, словно у львицы. Она с детства такая, кого невзлюбит, так на всю жизнь! –

— Не беспокойся, с Лайаном она не виделась давно, вдобавок, к друг другу они явно неровно дышат. Поглядим как у них всё сложиться. Как там говорят: «жена — гадюка, муж — подлюка — горе в семье»? — Хелена пригубила вина, лукаво и хитро осматривая гостей, Ариана молча улыбнулась, и откинула голову назад. Хелена отринула кубок вина от губ и повернулась к Ариане.