Джек Вэнс
ДАР РЕЧИ
НАД ОТМЕЛЯМИ начинался вечер; ветер утих, море застыло, блестящее, как шелк. На юге из туч свисала темная бахрома дождя; воздух был пропитан розовой мглой. На Отмелях плавали толстые слои водорослей; один из них поддерживал плот Био-Минералов — металлический прямоугольник длиной футов в 200 и шириной в 100.
В четыре часа пополудни с высоты мачты рупор возвестил о смене. Сэм Флетчер, помощник начальника, вышел из столовой, подойдя к конторе, отодвинул дверь и заглянул внутрь. Кресло, где обычно сидел Карл Райт, заполняя бланки отчета, было пустым. Флетчер обернулся и взглянул на палубу, но Райта нигде не было видно. Странно. Он пересек комнату и проверил дневной тоннаж:
Треххлористый родий .............. 4,01
Сернистый тантал ................. 0,87
Хлористый трипиридил рения ....... 0,43
Общая добыча, по подсчету Флетчера, достигала 5,31 тонны — средняя цифра за смену. Он все-таки шел впереди Райта. Завтра кончается месяц; Флетчер наверняка сумеет уйти еще дальше. Предчувствуя протесты и воркотню Райта, Флетчер улыбнулся и засвистел сквозь зубы. Через тридцать дней окончится его шестимесячный контракт, и тогда можно будет вернуться в Стархолм с полугодовым жалованьем в кармане.
Но где же, черт возьми, Райт? Флетчер выглянул в окно. В поле его зрения был вертолет, привязанный к палубе с учетом Сабрианских бурь, мачта, черная выпуклость генератора, водяной бак, а на дальнем конце палубы — измельчители, выщелачиватели, башни Цвета и бункера для готовых продуктов.
Дверь заслонила темная фигура. Флетчер обернулся, но это был Агостино, оператор дневной смены, которого только что сменил Блю Мерфи, оператор Флетчера.
— Где Райт? — спросил Флетчер.
Агостино оглядел комнату.
— Я думал, он здесь.
— А я полагал, что он обходит цехи.
— Нет, я только оттуда.
Флетчер прошел через комнату, заглянул в умывальную — опять не угадал.
Агостино повернулся.
— Пойду в душ. — На пороге он задержался. — У нас кончаются ракушки.
— Я пошлю баржу. — Флетчер последовал за Агостино на палубу, потом свернул к цехам.
Он прошел туда, где были причалены баржи, вошел в измельчительный цех. Мельница № 1 измельчала ракушки для извлечения тантала, мельница № 2 перемалывала моллюсков, богатых рением. Шаровая мельница ждала загрузки красно-оранжевыми кораллами с наростами родиевых солей.
Блю Мерфи, краснолицый, с реденькой бахромкой рыжих волос, производил обычную проверку подшипников, валов, цепей, опор, клапанов и измерителей. Флетчер закричал ему в ухо, так как в цехе стоял неумолчный грохот дробилок:
— Был здесь Райт?
Мерфи покачал головой.
Флетчер пошел дальше, в цех выщелачивания, где происходило первое выделение солей из пульпы, потом сквозь лес башен Цвета снова на палубу. Райта нигде нет. Должно быть, он пошел в контору. Но контора была пуста.
Флетчер направился в столовую. Агостино деятельно управлялся с миской чилийского соуса. В дверях кухни стоял Дэйв Джонс, стюард с худым, длинным лицом.
— Был здесь Райт? — спросил Флетчер.
Джонс, никогда не употреблявший больше двух слов, если довольно было и одного, мрачно покачал головой. Агостино оглянулся.
— Вы проверили ракушечную баржу? Он мог поехать на шельфы.
Флетчер удивился.
— А что с Мальбергом?
— Он ставит новые зубья на ковш драглайна.