– Малыш даже не прилег, – сказал он.
– Значит, он уже далеко... – с озабоченным видом сказал Колдун. – Возможно, гоблины уже подняты по тревоге.
– По какой тревоге? – не поняла Бабушка.
– По военной, – проворчал гамми. – Ты думаешь, они и не подозревают, что кто-то захочет поближе рас смотреть плотину? Даже после того, как вчера был обнаружен шпион?
Ворчун сердито хекнул и с размаху опустился на свой мешок.
– Как же мы теперь спасем Малыша? Ох, его теперь уже не догнать...
Колдун молчал. Он напряженно думал.
– Можно попробовать одну штуку, – сказал он на конец и неожиданно улыбнулся. – Вот видите, как по рой неприятности помогают в деле...
– Ты о чем, старый? – удивилась Бабушка.
– Об Ореховой калитке. Тут неподалеку есть такое приспособление... Что-то вроде пространственного тоннеля, короче.
– Ты выражайся, пожалуйста, попроще, – попросил Ворчун.
– Хорошо. Тогда объясняю предельно просто... Ты входишь в калитку, а оказываешься внутри горы Ферри. Теперь понятно?
– Понятно, – кивнул Ворчун.
– Я вспомнил о калитке только сейчас, – сказал Колдун, – Хотя в молодости, когда я помогал людям угомонить гоблинов, мне приходилось проходить через нее несколько раз в день... Так что если бы Малыш не заставил меня сейчас призадуматься над проблемой бы строго передвижения, мы пошли бы обычным путем, через внешний вход в пещеру.
Медведи решили не терять больше ни минуты, и Колдун с Ворчуном, забросив за спины полегчавшие мешки, двинулись в путь.
Недалеко от калитки они заметили несколько кусак, которые с затравленным видом оглядывались по сторонам.
– Видимо, Малыш был где-то здесь... Только он мог так напугать этих тварей своими песнями, – предположил Ворчун.
– Ты так полагаешь? – обернулся к нему Колдун.
– Меня самого начинает колотить, когда я пройдусь с Малышом по лесу и его пронзительный голос начинает звенеть у меня в ушах.
Заметив медведей-гамми, кусаки в ужасе открыли рты (солдаты так делают, чтобы сберечь барабанные перепонки во время взрыва) и умчались с высоко задранными хвостами.
Через минуту они стояли напротив калитки и задумчиво смотрели на дверь, неторопливо покачивающуюся под дуновением ночного ветра.
– Говорить что-то надо? – нарушил молчание Ворчун.
– Говорить? – не понял Колдун. – Говорить что? Зачем говорить?
– Я имею в виду: нужны ли волшебные слова для того, чтобы эта штука сработала?
– Сказать тебе честно? – Колдун поднял на Ворчуна свои ясные глаза. – Я не помню. Да... – он задумчиво пожевал губами. – Но ведь мы всегда можем попробовать, верно ведь?
– Я пробовать не берусь, – поспешил предупредить Ворчун, – Я – существо неуклюжее, необразованное, подверженное глупым суевериям и страхам... Медведь, одним словом.
Колдун внимательно посмотрел на своего коллегу и сказал:
– А что ты станешь делать, когда я выйду за калитку и исчезну? – поинтересовался он.
– Пойду за тобой. А что?
– Ничего, – пожал плечами Колдун. – Просто может оказаться, что я попал прямо в подземное озеро и утонул. Тогда тебя ожидает точно такая же судьба.