— Простите, я больше не буду.
Ректор лишь улыбнулся. Нормально, да? Сам меня обнимает охотно, а потом еще и возмущается, да и в краску заставляет впасть. А вот дзуськи вам, а не я красная. Ну краснеть долго и не дали.
— Танька? — Послышался родной голос сзади. — Танька что ты тут делаешь?
Я медленно повернулась. И снова сглотнула. Ели сдержалась что бы не запищать с новой силой. Но все таки попятилась.
— Господин ректор. Это оно. — Промямли я испугано.
— Что "оно"? Адептка Свердлова, выражайтесь пожалуйста по ясней. — Послышалось где то рядом. И не без улыбки.
— Это то, что там. — Попыталась объяснить.
Ну чего же вы так тупите? Ну что разве не понятно?
— А "там" это то место от куда вы бежали? — Боже, клянусь. Еще чутку и он заржет, прямо мне на ухо.
— Да, именно.
— Так, Танька. Я не понял. Я тут три года без тебя страдаю, а ты к этому, — кивнул брат в сторону ректора, — лепишься.
Я обошла ректора по дуге и запряталась за его спиной.
— Господин ректор, кто это? — Спросила я шепотом.
— Нормааааально. — Протянул, брат который не понятно брат или нет.
— А мне же по чем знать? Тебе виднее. — А вот это съязвил ректор. Но по интонации было понятно что он как раз таки знает все. Только не говорит. Тьфу ты, интригант не доделанный.
— Так Танька. Считаю до трех, не выходишь по своей пятой точке получишь. — Вот! Брат говорил точно так же. В общем… выходить если честно не хотелось. Нет, не то что бы я за братиком старшеньким не соскучилась, просто как то еще не успела. С утра же с ним еще чай пила. А этот говорит три года.
— Господин ректор. Это не мой брат, я со своим братом сегодня утром чаёк попивала, да парням косточки перемывала. — Поднялась я на носочки и шепнула ректору на ухо.
— Раз… — Начал отчет брат. Или не брат. Айй… запуталась.
— Ну так что вы скажете? — Все так же шепотом говорила я.
Ректор же повернулся и окинул меня смеющимся взглядом.
— Два… — Ух ты ж блин. А самозащита то на рефлексах уже дает о себе знать. Даже бежать приготовилась.
— А я тебе по секрету скажу, — нагнулся ко мне ректор и так же шепотом начал говорить, — когда человек покидает свой мир, автоматически там появляется его копия. И вот копия живет так, как жил бы тот человек. А сама личность находиться здесь. Поняла?
Я посмотрела на ректора и тупо выпятила глаза.
— Это что же получается? У меня, — я ткнула пальцем себе в грудь, — все таки раздвоение личности? — Ректор внимательно проследил за моим пальцем и вздохнул.
— Три. Получается так. — Сказали в один голос брат с ректором.
И тут я как улетела. При чем не знаю от кого больше, от брата или от самой себя. Наверное осознание того что психушка мне обеспеченна дало о себе знать. Но уже через три минуты такой гонки, до меня дошло. И от кого я бегала, и кто я здесь, и что я ужасно соскучилась по своему брату. Поэтому резко развернувшись угодила прямо к нему в руки. Он не ожидал такого, поэтому даже про "получишь по пятой точке" забыл.
— Ромка. Ох Ромка. Как же ты здесь без меня? Вон какой стал. Большой, сильный. Не то что раньше. — Заливалась я слезами.
— Раньше я тоже хлюпиком не был. Просто я вырос здесь хорошенько. И переставай уже об меня сопли вытирать. А то сама одежку стирать будешь. — Вот точно. Точно Ромка. Он никогда не любил когда я лила слезы. И все в шутку переводил. Это было еще одним толчком зареветь с новой силой. И плевать на то, кто сейчас это видит. Тут брат без меня три года страдал.
— Эй, Роман. Знакомь нас. А то так и сбежит, а мы кроме её имени ничего не знаем. — Прозвучал мужской голос у меня за спиной.
Мои слезы сошли на нет. Я отодвинулась и взглянула брату в лицо. Теперь у него были волосы по плечи и ему определенно шло.