— Кто такая Амия? — спросила я, чтобы прервать молчание и избавиться от волнующего меня вопроса. Кэлам неохотно покачал головой. Но я не собиралась сдаваться. — Ты хотел ответить на мои вопросы. Вот один из них.
Он признал своё поражение.
— Раз уж ты так хочешь знать. Амия это девушка, которая была предназначена для меня. Мы знаем друг друга с детства. Я люблю её. — Кэлам заметил, как мои брови взметнулись вверх. — Не так как тебя, глупенькая, — он с любовью улыбнулся мне. — Скорее, как сестру. И всё же я рад, что именно она была выбрана для меня. Всё могло быть гораздо хуже. Она красива, мила, и мы хорошо подходим друг другу.
Моё недовольство лишь усилилось, но было очевидно, что Кэлам смеётся надо мной.
— Ты ведь хотела знать, — ухмыльнулся он.
— Не каждую деталь, — расстроилась я.
— Я не хотел ничего умалчивать от тебя. — Кэлам смеясь подвинул меня к себе. — Так много всего, что делает тебя в тысячу раз привлекательней для меня, — прошептал он мне на ухо.
— Например? — возмутилась я.
— То, как легко ты приходишь в ярость, когда злишься, как краснеют твои щёки, когда ты смущаешься, какая ты страстная…
Я вмиг покраснела.
— Это наводит меня на следующий вопрос, — осторожно сказала я. Я не знала, как сформулировать его, но я хотела знать, почему Кэлам не хочет меня.
— Могу себе представить. — Он взглянул на меня, и я снова, словно в зеркале увидела своё желание в его глазах. — Физическая связь значит для нас куда больше, чем для людей. После этого мы связаны с партнёром навсегда. До смерти, так сказать. — Я бросила на него скептичный взгляд. — Твоя мать и Арес вступили в такую связь, а после она была разорвана. Вспомни, была ли она когда-нибудь счастлива? Был ли у неё мужчина, которого она любила? — Я покачала головой. — Я хотел бы этого так же сильно, — Кэлам колебался, — но это сделает всё только хуже. Я больше не хочу причинять тебе боль.
— Это те самые границы, о которых говорил доктор Эриксон?
Кэлам кивнул, не смотря на меня.
— Мне всё равно, — прошептала я. — Я в любом случае не смогу полюбить никого так же сильно, как тебя. Пожалуйста, ты же тоже хочешь этого.
Он покачал головой.
— Не усложняй всё ещё больше, чем уже есть. Прошлой ночью… Мне было достаточно сложно оторваться от тебя. Сомневаюсь, что у меня вновь найдутся для этого силы.
Я со вздохом рухнула на кровать.
— Я не знаю, смогу ли я это выдержать.
— Я помогу тебе. — Улыбаясь Кэлам лёг рядом со мной и начал покусывать мочку моего уха, прежде чем его губы переместись по моей щеке ко рту.
— Это излишняя помощь, — пробормотала я.
— Мне прекратить?
— Только посмей.
— У тебя есть ещё вопросы?
— Позже… Может быть, — пролепетала я под прикосновением его губ. — Не была ли моя мама партнёршей Ареса после…
Кэлам понял, что я имела в виду, даже не дав мне закончить.
— Теоретически да, но Арес был наследником прежнего короля. Он знал о своём долге перед кланом. И его партнёрша была давно определена. Её звали Эджин, и он вернулся назад. Но цена, которую он и твоя мама заплатили, была слишком высока… ради одного необдуманного мгновения. — Могла ли цена ради этого быть слишком высокой, рассуждала я. Вряд ли. Кэлам продолжил: — Когда родился Элин, Арес не смог полюбить его так сильно, как тот в этом нуждался. И когда Эджин умерла, и Элин был отправлен к приёмным родителям, он испортился ещё больше. Каждый раз, когда Элин был с Аресом, дистанция только увеличивалась, — Кэлам затих.
Когда на следующий день мы вернулись из школы в дом пастора, Питер сидел с доктором Эриксоном в библиотеке. Я разозлилась на Питера. Что он здесь забыл? Это наше решение, как нам поступить.
— Питер, не вмешивайся! Я не хочу, чтобы ты был втянут в это. — Я рассерженно обратилась к Кэламу: — Скажи ему, что его это не касается, — попросила я.
Однако Кэлам перевёл свой взгляд с Питера на доктора Эриксона и медленно произнёс: