Она знала, как задевают Джейн ее слова. Как мучилась эта вампирша от осознания того, что она навечно застряла в теле ребенка. Ее обратили рано, когда той едва исполнилось пятнадцать, и в этом была своя трагедия. Джейн могла превратиться в роковую красотку, будь у нее время. Стать девушкой, но ей не дали такой возможности. Быть может, поэтому у нее и проснулся дар. Способность причинять боль, даже не касаясь своей жертвы. От злобы. От отчаяния.
— Ты не в его вкусе, смирись. Его не интересуют маленькие девочки.
Джейн рассвирепела и со всей силы ударила Даффи по лицу. Она могла бы и дальше пытать ее. Но злость была такой неконтролируемой, что вампирша не сдержалась. Ей просто необходимо было дать волю рукам. Собственными руками стереть эту ухмылку с наглого лица Даффи.
Виктория покачнулась. Это ободрило ее. Не то чтобы удар для нее ничего не значил, но своего она добилась. Джейн потеряла свое былое хладнокровие, и это ослабило ее власть над своим даром. Даффи впервые за то время, как ее привели в подвал, почувствовала свое тело. Это был хороший знак. Он дарил надежду на освобождение. Наручники тоже не могли сдерживать ее вечно. Единственной ее проблемой была Джейн. Обойти ее способности и напасть было практически невозможно. Да, если и не брать во внимание дар вампирши, рядом с ней был Кай, который не позволит к ней приблизиться.
— Убей ее? — приказала Джейн, взглянув на Кая.
— Но Карлайл…
— Эта сучка ничего не скажет. Она меня достала. Убей ее.
Кай больше не стал спорить. Через мгновение он уже был за спиной у пленницы. Виктории казалось, что смерть ее не испугает. Что она прожила достаточно, чтобы без сожаления распрощаться с вечной жизнью, но прогадала. Ей все-таки было страшно. Она вдруг подумала о боге. О молитвах. О том, что была плохой ученицей в воскресной школе. Была сущим наказанием для монахинь, что присматривали за ней в пансионате. Что так и не привязалась ни к кому со всей душой. Как глупо иметь вечность в кармане, но так ничему не научиться. Не желая умереть такой одинокой, она призвала в памяти лицо Эмметта, Розали, Уитлока с его чудаковатой девушкой. Семейку Мейсон и Джеймса. Откровенно говоря, этот раздражающий тип был таким занозой, что она не переставала о нем думать.
И в тот миг, когда Даффи с ними попрощалась, что-то круглое выкатилось под ноги Джейн. Затем еще. Еще через мгновение это начало дымиться. Виктория ухмыльнулась. Ликование охватило ее лишь при мысли, что у нее появился шанс спастись. Дым плотной завесой укрыл ее от глаз мучительницы. Даффи не стала мешкать. Резко сбросив руки, она избавилась от ненавистных ей наручников. Кай, потерявшийся на время от неожиданности, тут же попытался схватить Викторию. Но девушка ушла от его рук. Пожалуй, это разозлило ее соперника. Даффи сделала еще одну попытку. Но в этот раз парень оказался шустрее. Кай вцепился в ее шею, точно намереваясь оторвать вампирше голову. Виктория знала, как ловко у него это выходит. Но тут рядом громко вскрикнула Джейн. Кай от неожиданности ослабил хватку. Забыв свою жертву, он уставился в непроглядную дымовую завесу.
— Джейн? — бросил он.
Виктория впервые уловила в его голосе тревогу. Искреннее беспокойство за кого-то в этом доме. Но это не помешало ей воспользоваться ситуацией. Она вонзила свои когти в грудь другого вампира и, прежде чем встретила сопротивление, вырвала его сердце. Кай расцепил руки и в недоумении уставился на Даффи, словно спрашивая ее, что сейчас произошло. Словно не веря, что она на такое способна. Будто он никогда и не знал, что его тоже можно умертвить. Виктория испытала к нему искреннюю жалость. Не потому, что ей пришлось его убить, — уж она-то знала, каким чудовищем он был, — но Кай бы не умер, если бы его не отвлек крик Джейн. Его страх, беспокойство, выдали истинные чувства. Виктория бросила взгляд на свою руку. На свой боевой трофей. Это сердце всегда принадлежало Джейн. Маленькой, самовлюбленной Джейн. А ей это никогда не было интересно. Разве это не было грустно?
Тут кто-то положил руку на ее плечо. Виктория резко подорвалась, готовая отразить удар.
— Эй, тише?
Даффи внезапно оторопела. Надо же, всего несколько минут, а она испытала самые противоречивые чувства. И радость от того, что она услышала голос Джеймса, была одним из них.
— Фу. Брось эту гадость, — хмыкнул Джеймс, вставая к ней вплотную, — если хочешь знать, это бестактно. Красть сердца — последнее дело.
Виктория хотела бы сохранить бесстрастное лицо. Но едва ли это было возможно. Это чудо, что она не кинулась сразу его обнимать.
— Джейн? — спросила она, отбросив кусок плоти.
— Мертва. Блондиночка совсем не умела драться.
— Славно, — буркнула Виктория, опустив взгляд.
Ее правая рука была в темной жиже, не совсем напоминающей кровь, и, то ли от вредности, то ли из-за собственного упрямства, она вытерла руку об футболку своего спасителя.
— Ну и мерзость, — брезгливо проговорил Джеймс. Затем его глаза стали совсем светлыми. Тонкие губы растянулись в озорной улыбке. — Детка, хочешь меня потрогать, трогай без футболки. Так намного круче.
В доказательство он даже приподнял одежду, чтобы обнажить свой плоский живот. Виктория раздраженно толкнула его и демонстративно ушла. Пока действительно в ней не проснулось такое желание. Но вампир внезапно схватил ее за руку. Даффи ожидала очередную фривольную шутку, но на этот раз Джеймс был серьезен. Он жестом велел прислушаться. И Виктория поняла. Здесь был кто-то еще. И, возможно, не один.
========== Пусть те, кто против этого брака… ==========
— Ты знаешь, кто это может быть?
Джеймс выглядел напряженным. Он сосредоточенно прислушивался к чужим шагам. Виктория Даффи покачала головой. Она действительно не знала, кто еще может оставаться в особняке. Ведь предполагалось, что на свадьбу поедут все. А люди Карлайла в последнее время умирают уж больно часто, и это при том, что его свита и без того небольшая. А его невеста хотела королевского внимания. Не было удивительно и то, что Джейн и Кай, очевидно, не собирались посещать церемонию. Джейн не была в восторге от новой фаворитки босса, а Кай всегда тенью следовал за ней. Пожалуй, ради нее он пренебрег бы и самим Карлайлом, если бы она этого потребовала.
— Оставайся здесь, — приказал Джеймс и ринулся на звук.
Викторию взбесила эта фраза. Она не была елейной принцессой, которая не могла за себя постоять. Вампирша последовала за ним, чтобы высказать, что она думает о его покровительстве. Но, споткнувшись обо что-то, остановилась. У ее ног лежало тело Джейн. Ее вид заставил Викторию умерить свой пыл. Она была так долго одна, что и не знала, как реагировать на этого внезапного знакомого. Парень пришел за ней. Возможно, ей и не стоило так бурно реагировать на его слова. Невольно она вновь вспомнила своего первого мужчину. Вампира, обратившего ее. К нему у нее был противоречивые чувства. Даффи была благодарна ему, он безусловно дал ей новый шанс, научил выживать в мире жестоких. И в то же время он своим поступком обязал Викторию разделить его надежды на вечность, что они проведут вместе. Возможно, поэтому девушке нравилась собственная независимость. Путешествие по жизни в одиночестве не пробуждало в ней чувство вины, ненужные ей обязательства. Ей не надо было оправдывать чьи-то ожидания и отвечать на чувства, в которых она не нуждалась. Однако ей следовало признать, что ее новый знакомый не был похож на Ричарда. Джеймс, конечно, был заинтригован ею, но вел себя крайне свободно. Не обещал и не требовал того, к чему Виктория еще не была готова. Дерзкий, с долей самоиронии, Джеймс напоминал мужчин, которые ни к чему особо не привязываются и нигде подолгу не задерживаются. Перекати поле. Это в нем ей и нравилось.
Даффи была поражена, когда мгновением позже она нашла Джеймса, который в буквальном смысле держал Бри Танер за горло. Бедную девушку он пригвоздил к стене, полностью лишив возможности двигаться.
— Бри? — удивленно выдала Виктория.
Вампирша не ожидала найти ее здесь. Насколько она знала, Бри избегала подвала. Здесь всегда проходили сомнительные развлечения, которые даже у Даффи вызывали отвращение.