- Никогда. Это было обычно гранатовое вино. Но опять же, гранат действительно обладает особой силой.
- Это было не просто вино. Я видела.
- Ты видела то, что я хотел, чтобы ты увидела, как и всегда. Когда ты пьешь его, оно открывает разум.
Ее сердце бешено колотилось, словно она все еще была прикована к валуну. Ее руки дрожали, все тело дрожало.
- Я предупреждал тебя, что люблю играть в игры, - сказал он. - Я предупреждал тебя, что в следующий раз ты будешь ненавидеть меня.
- Я действительно ненавижу тебя.
- Это пройдет. - Он пожал плечами, послал ей воздушный поцелуй и подмигнул. - Всегда проходит.
- Убирайся, - сказала она.
- Если ты настаиваешь. Я еще не совсем закончил с тобой. Но ничего страшного, - ответил Малкольм, пренебрежительно махнув рукой. Он выбрался из постели и быстро оделся в свой костюм тройку. - В следующий раз мы закончим на позитивной ноте.
- Не будет никакого следующего раза. Я больше не хочу, чтобы ты приходил.
- Боюсь, мы заключили соглашение, не так ли? Ты помнишь об этом? - Он вытащил из внутреннего нагрудного кармана белый прямоугольник бумаги. Он показал ей одну сторону, белую и чистую, и вторую - так же белую и чистую. - Ты согласилась делать все.
- Ты накачал меня наркотиками. Из-за тебя у меня начались галлюцинации.
- На самом деле, нет… но даже если и так, это подпадало бы под определение "все что угодно", ты не согласна?
Мона выхватила карточку из его руки и разорвала ее на кусочки, швырнув на постель.
- Убирайся. И никогда не возвращайся.
- Ты же не всерьез.
Она отстранилась от него, повернулась к нему спиной, стараясь не смотреть на него.
- Ты монстр, - сказала она, рыдание застряло в ее горле.
- Это была лишь иллюзия. Я тебя предупреждал...
Он предупреждал ее, что она не отличит фантазию от реальности. Предупреждал, но это было другое. Фантазия и реальность были едины, но Малкольм заставил ее усомниться в собственном здравомыслии.
- Убирайся. Сейчас же.
Он хлопнул дверью так громко, что она вздрогнула. Свеча погасла, и в комнате стало темно, если не считать окна в потолке.
Лишь иллюзия, сказал он.
Иллюзия? Ни одно воображение не могло столь красочно рисовать происходящее, тем более ее. Он накачал ее наркотиками. Она знала. Нарушение ее доверия было непростительным.
Мона надела вчерашнюю одежду и посмотрела на часы - уже почти рассвело. Прошло уже несколько часов с тех пор, как она выпила вино, которое он оставил ей возле книги. Ей придется поторопиться. Она не хотела, чтобы наркотики покинули ее организм, прежде чем она сможет сдать анализ. Отделение неотложной помощи в больнице работает медленно, но если она уйдет сейчас, то сможет вернуться до открытия галереи в десять. Впрочем, это не имело особого значения. Галерея потерпит крах без финансовой поддержки Малкольма. Но она предпочла бы наблюдать, как варварские орды разрывают ее по кирпичику, чем позволить Малькольму снова тронуть хоть один волос на ее голове. Ни одному мужчине не дозволено накачивать ее наркотиками. Она знала, что он любил игры, но это было слишком. Какова бы ни была его конечная цель, она не хотела в ней участвовать.
Она собрала обрывки белой карточки с кровати и бросила их в мусорное ведро в своем кабинете.
Игра окончена.
Глава 8
Кровоточащий
Гранатовое вино и ничего больше.