Новые скифы. Вождь амазонок: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- Йо-ха! - почти одновременным криком, похожим на звериный рев ответила ей, заведенная музыкой и видом крови, скачущая толпа.

Получив одобрение, Марнара медленно опустила кинжал вниз, чтобы капли крови стекли с него на землю. Затем, таким же образом, она поступила и с остальными тремя пленниками.

После каждого убийства, помощницы главной жрицы накидывали жертве веревку на шею и привязывали голову к коленям. В таком скрюченном положении похоронная команда относила убитых в яму, где их клали в ногах у своих будущих хозяек в потусторонней жизни.

Как только все жертвы опустили в общую могилу, и из нее поднялся последний носильщик, барабанный бой прекратился, и снова наступила тишина. Народ перестал скакать. Все остановились, переводя дыхание и приходя в себя от перевозбуждения. Подошедшие мужчины стали закрывать яму заготовленными ранее жердями. Сверху на деревянный настил положили несколько овечьих шкур.

В такую минуту современники Кирилла обычно говорят какие-то слова прощания, вспоминают добрые дела усопших. Здесь было иначе. Первой к настилу снова подошла главная жрица - вождь Марнара. Молча бросив на шкуры несколько горстей земли, она спустилась вниз, где возле одного из костров стоял большой бронзовый котел. Вслед за матерью к могиле сестры подошла и Зарица. Девушка также бросила немного земли и отошла в сторону. Вот уже вереница людей выстроилась им вслед. И каждый, также молча, бросал кто одной рукой, а кто и двумя, землю на могилу. Тоже сделали Тарх, Кирилл, Гарник и Амага. Весь лагерь, за исключением тяжелораненых ярматок, лежащих в повозках, прошел возле уже начавшего подниматься могильного холмика.

Кирилл, следуя за Тархом, подошел, как и другие, к заветному бронзовому котлу. Поскольку, по незнанию, он не прихватил с собой посуду, один из мужчин, стоявших рядом, сунул ему в руки небольшую глиняную чашу, а второй, черпанув из котла деревянным черпаком, плеснул в нее густого напитка.

Поднеся чашу к губам, Кузнецов почувствовал запах степных трав и еще чего-то дурманящего. Напиток был теплым, еще не остывшим, и немного терпким. Такой вкус придавало вино, имевшееся в нем. Наверное, в ходе набега ярматки захватили привезенных ахеями несколько амфор с ним, а может и местные оседлые жители уже научились делать что-то похожее на вино.

От мыслей о вине Кирилла отвлек бородач, подавший ему чашу.

- Вулнар, давай быстрее, ты не один. И иди к своему огню.

Парень, как это делали до него другие, сначала мокнул палец в напиток, затем сбросил с него несколько капель на землю, дань богине-матери, быстро выпил содержимое и вернул тару назад.

Пока шел к своей повозке, немного закружилась голова. Давно не пил, или местное винцо такое крепкое? Недаром древние греки в свое время разбавляли его водой, а если хотели напиться, то говорили виночерпию: налей по-скифски, не разбавляя.

Но судя по тому, как ярматы пили такое вино, они к нему, как в будущем скифы, еще не пристрастились. А просто сделали свой ритуальный напиток, добавляя в него немного чужеземного зелья.

Их повозка располагалась у края площадки, и хотя уже был поздний вечер, место довольно хорошо освещалось одним из четырех больших костров. Несмотря на это, Тарх развел маленький костерок, в центр которого поместил несколько камней, на которые поставил медный котелок полный снега.

- Зачем он нужен, Тарх? - непонимающе поинтересовался Кирилл, указывая на костер. - Ведь и так все видно как днем. И что за напиток нам давали у могилы? Такой густой и довольно крепкий.

- Надо помочь их душам быстрее добраться до Магужь. А напиток этот называется хаома. Его настаивают из разных степных трав и корешков. Но секрет знает только сарамата и ее помощницы. Хаому пьют в определенных случаях, таких как сегодня. - многозначительно ответил возница и, махнув рукой, подозвал к себе Гарника. Они вытащили из повозки несколько одеял со шкурами и расстелили их вокруг костерка. Свободным оставили только сектор обзора на площадку. После чего, прихватив посуду, пошли к месту приготовления ритуальной пищи.

Кузнецов понял, что закапыванием могилы местный погребальный обряд не заканчивается, но что делать дальше не знал. Поэтому, немного расслабившись после выпитого, уселся на одну из овечьих шкур и стал наблюдать, как похоронная команда закидывает и выравнивает оставшуюся землю на кургане.

Амаги возле своей повозки не было. Как пояснял Гарник, у ярматов не принято, чтобы женщины и мужчины вместе ели. Поэтому его подружка и ушла к другим девушкам.

Вместо нее к их огоньку подошли двое молодых мужчин, помогавших ранее главной жрице забивать и разделывать жертвенных лошадей. За время своего короткого путешествия в этом мире Кирилл уже успел с ними познакомиться. Парней звали Чурх и Герх. Про себя он их назвал Чуком и Геком. Оба парня были его ровесниками, и друг другу приходились родными братьями. Но молодые люди были не из рода ярмата, а являлись кагарами - рабами. Чук и Гек принадлежали сарамате Марнаре. Как рассказывал всезнайка Гарник, Чурх и Герх попали в плен еще подростками. Родом братья из оседлого племени досхов - рыбаков и землепашцев, живущего севернее сидов по восточному берегу Азовского моря. За время плена ребята подросли, стали мастерами на все руки, и преданными слугами своей строгой хозяйки. Они лучше всех в становище умели ловить рыбу в реке с лодок-однодревок и вообще, понимал толк в рыбалке. Ведь род ярмата, как и все племя росхонаров, кочевники, а не рыбаки.

Кирилл еще раньше хотел поближе с ними познакомиться, чтобы лучше разузнать о Марнаре и Зарице. Ведь Гарник всего год как жил рядом с ними, а Чук и Гек большую часть своей жизни. И вот такой случай представился.

Парней прислали поддерживать огонь в большом костре, а чтобы не скучать, те прихватили с собой несколько глиняных мисок с вареным мясом и другой закуской. Да и есть с кем поговорить, так сказать скоротать время до полного отбоя во временном лагере. Пока Чурх-Чук подкладывал заготовленные ранее дрова в костер, Гек-Герх, будучи более шустрым, чем брат, кивнул Кириллу и сел рядом с ним.

Если с Гарником Кузнецов старался говорить как по-русски, так и на местном языке, то с другими разговаривал только по-ярматски.

- Вулнар, можно нам с братом к твоему огню?

- Давай. Но я не один. Здесь еще Тарх и Гарник.

- Мы им не помешаем.

Кирилл знал, в чем разница между ним - чужеземцем - гастом и кагаром - рабом. Гарник просветил. Но это была, так сказать, теория. Фактически же, жизнь раба у таких кочевников как ярматы, не особо отличалась от жизни чужеземца или свободного мужчины рода, пока тот не был женат. Они ели одну и ту же пищу, носили одинаковую одежду, спали в одном помещении. Выполняли похожую работу. Даже общались на "ты", без раболепства. Разница была только в медном ошейнике у раба, и в том, что тот выполнял работу по приказу хозяйки, а не своему выбору, за невыполнение которой его могли продать или убить. Вот и все. Но если ты выполняешь порученное тебе дело добросовестно и с усердием, а именно такими были Чурх и Герх, то и отношение к тебе особенное. Лучше одежда, еда, да и некоторые шалости, по мелочи, прощаются.

Пока Гек расставлял посуду с едой, подошли Тарх с Гарником. Они тоже пришли не с пустыми руками. Принесли мясо, похлебку, несколько еще горячих лепешек и местный сыр из кобыльего молока, который греки впоследствии назовут гиппакой. У Тарха из-под мышки торчал довольно большой бурдюк с кумысом.

- Давайте быстрее, - поторопил всех возница. - Садитесь. Сейчас начинают.

Гарник было потянулся сразу к мясу, но получил неожиданный удар по руке от Тарха.

- Не спеши. Сначала другое.

- А что такое? - недоуменно уставился на него мальчишка. Он уже чувствовал себя знатоком местной жизни, но на подобной тризне был, как и Кирилл, впервые. Гарник недовольно пробурчал. - Тебя не поймешь. То быстрее, то не спеши. Что делать-то?