Читать книгу «Цикл романов "Эмиль Боев" и другие. Компиляция. Книги 1-13» онлайн.

— Браво, — отвечаю, — ты очень ловко раскрываешь очевидные вещи.

— За раскрытие тайн платят тебе.

— Но меня интересует…

— …не принимал ли он снотворное перед тем, как лечь? — заканчивает за меня наш маэстро экспертизы и небрежно добавляет: — Сигаретку, впрочем, можешь мне дать.

— Прощай моя экономия, — говорю почти вслух, глядя, как он привычно роется в пачке, отыскивая сигарету помягче. — В сущности, сколько уже времени ты не куришь?

— Ну… Если я не буду курить еще и завтра, то получится два дня, — отвечает врач, с наслаждением затягиваясь.

Потом он забирает свой портфель, машет мне на прощанье рукой и уходит. Я остаюсь на месте происшествия.

Но не будем спешить с версиями. Вот что пока известно.

Христо Асенов, коммерсант, переехавший еще до войны в Германию, гражданин ФРГ, несколько раз бывал в Болгарии в связи с различными торговыми сделками. Вечером, в 21 час, он отправляется в ресторан «Балкан» вместе со своей знакомой — Магдой Коевой. В половине двенадцатого Асенова вызывает по телефону неизвестное лицо. Несколько позже в ресторан приходит Филипп Манев, приятель Коевой, пытается ее увести, но, поскольку Асенов возражает, устраивает скандал. Манева и Коеву задерживают, а Асенов возвращается в свою квартиру, где утром его находят умершим от отравления газом.

Квартира Асенова имеет отдельный вход. Дверь открывается в небольшую прихожую: справа туалет, слева — широкая ниша с кухонным столом и газовой плитой. Кран этой газовой плиты оказался открытым, что и послужило причиной смерти квартиросъемщика.

Беглые впечатления дают повод предполагать несчастный случай: на столе — банка растворимого кофе и пакет сахара, пустая чашка, спички. На плите — чайник, вокруг него и под ним — еще не высохшая вода. Асенов, вероятно, хотел приготовить себе кофе, зажег газ, поставил кипятить воду, а сам прилег и нечаянно уснул. Вода закипела, залила огонь, и смертоносный газ стал беспрепятственно заполнять замкнутое пространство.

Эту гипотезу можно подтвердить и другими обстоятельствами: входная дверь квартиры была заперта изнутри. Балконная дверь тоже была закрыта, хотя и не заперта, но квартира находится на пятом этаже, так что доступ со стороны балкона затруднен. Прежде чем надеть пижаму, Асенов аккуратно положил свою одежду на стул.

Этот стул — в одном шаге от балконной двери. Во внутреннем кармане пиджака найдены паспорт и кошелек умершего с довольно значительной суммой в болгарских левах и с тридцатью западногерманскими марками. Если целью убийства — допустим, что это убийство — было ограбление, то непонятно, почему убийца рискнул воспользоваться газом. Такое решение предполагает, помимо проникновения в квартиру через балкон, и другие операции: нужно пересечь всю комнату для того, чтобы дойти до газовой плиты, и вернуться тем же путем при реальной угрозе преждевременного пробуждения квартиранта, затем нужно закрыть балконную дверь снаружи, чтобы газ достиг необходимой концентрации, долго ждать на балконе, потом открыть дверь и снова дожидаться, пока газ рассеется, и только после этого забрать деньги или ценности, которые, возможно, находятся в карманах умершего. Необъяснимый риск и невероятные сложности, в то время как вору следовало только дождаться, пока Асенов заснет, чтобы протянуть с балкона руку и вытащить из кармана висящего на стуле пиджака все, что там находится. Это не говоря уже о том, что тот, кто идет на ограбление, как правило, редко готов пойти на убийство. И что, в сущности, никаких улик, наводящих на мысль об ограблении, нет.

Нет пока и данных, свидетельствующих о том, что Асенов мог быть убит по другим мотивам, например из мести. Выросший в Бургасе и покинувший страну в 1939 году еще совсем юным, он, насколько известно, не имел никаких родственников и знакомых в Болгарии. Скандал с Маневым? Инцидент, который теперь надо будет изучить подробнее. Но так или иначе Манев и Коева с момента их задержания, когда Асенов был еще жив и здоров, и до настоящего времени находятся в участке и поэтому пока что вне игры.

Возможность самоубийства также мало вероятна. Когда человек собирается покончить с собой, он не готовит предварительно кофе. И потом, повод для самоубийства? Попытка отбить Девушку? Слишком сентиментально, чтобы служить версией.

Самым правдоподобным на первый взгляд кажется предположение о несчастном случае: сбежавшая из чайника вода погасила огонь и прочее. Но первый взгляд часто обманчив — он касается поверхности. А далее уже начинаются вопросы.

Запертая изнутри дверь была, к счастью, открыта не по инициативе соседей, а нашими органами, что дало возможность сразу же установить, что концентрация газа в комнате была довольно низкой. Конечно, эта концентрация могла за прошедшее время сама по себе снизиться, но вряд ли до такой степени, если предположить, что баллон с газом был полон. Однако если допустить, что дело идет о преступлении, то низкая концентрация газа вполне объяснима. По завершении первого этапа операции — отравления — убийца должен был проветрить помещение для того, чтобы осуществить второй этап — ограбление, и третий — инсценирование несчастного случая. Он открыл балконную дверь, а позже, вероятно, и форточку в кухне, чтобы устроить сквозняк. После окончания операции убийца снова пустил газ и закрыл форточку и дверь. Но, поскольку баллон был в значительной степени исчерпан, полученная повторно концентрация оказалась слишком низкой, чтобы не возбудить подозрения.

Далее. Балкон находится на пятом этаже, однако доступ к нему возможен. Прямо над балконом нависает чердачная терраса. Эта терраса связана с коридором, который выходит на лестницу. Дверь между лестницей и коридором оказалась запертой, но еле заметные свежие царапины в замочной скважине дают основание допустить, что здесь действовали отмычкой.

Человеку, проникшему на чердачную террасу, очень легко достичь балкона квартиры Асенова — для этого достаточно перелезть чеоез перила террасы, повиснуть на них и сделать прыжок с высоты чуть более метра на балкон Асенова. Если же этот человек был достаточно предусмотрителен и взял с собой веревку, то он мог Зез труда проделать и обратный путь.

Но даже самый умный и честолюбивый преступник, который мечтает совершить, так сказать, «образцовое преступление», забывает, что, как бы ни был он осторожен и ловок, он не может не оставить улик, поскольку сам он материален и действует в материальной среде. Так и в нашем случае улики налицо, царапины на замочной скважине, следы от трения на ржавых перилах террасы, за которые, по-видимому, была привязана веревка, слабый след на штукатурке фасада, там, где челоьок был вынужден опереться ногой, взбираясь по веревке, наконец, след, очевидно, той же ноги в носке — один еле видимый след между персидским ковром и плинтусом в прихожей. Понятно, что каждый из этих следов в отдельности можно объяснить самым невинным образом, но все они, вместе взятые и сопоставленные один с другим, дают уже известную пищу для воображения. Остается ждать результатов дактилоскопии и трасологических исследований. Бесспорно одно: если речь идет об убийстве, то оно не только преднамеренное, не только тщательно продуманное и подготовленное, но совершено исключительно хладнокровным преступником. Последовательные этапы операции — проникновение на балкон, отравление, проветривание помещения, ограбление и инсценирование несчастного случая, не говоря уже об уходе с места преступления, — все эти этапы требуют значительных затрат времени, которые я уже мысленно определил и которые, в общем-то, рассчитаны на крепкие нервы.

Но проведение операции предполагает и еще кое-что: знание обстановки в квартире и прежде всего факте наличия газовой плиты — не столь уж часто встречающегося у нас кухонного прибора.

Последнее соображение направило меня из квартиры к хозяйке ее покойного нанимателя.

Гражданка Гелева проживает в соседней квартире, тоже однокомнатной. Совпадение легко объясняется тем, что она разделила свою двухкомнатную квартиру на две, чтобы одну из них сдавать людям, не имеющим жилья, но имеющим деньги, чтобы за него платить.

Гелева открыла мне сразу же, как только я нажал на кнопку звонка, чувствуя, очевидно, что визиты этого утра еще не закончены. Она натянуто улыбалась, чтобы скрыть свой стрех и напряжение, и ввела меня в просторное помещение — гибрид холла, спальни и гостиной, обставленное, впрочем, довольно уютно изящной, красивой, хотя и не очень новой мебелью. Хозяйка счастливо дополняла этот интерьер, потому что сама, хотя и не первой молодости, еще хранила следу былой пышной красоты и, как видно, пыталась бороться с влиянием прошедших лет, которые рано или поздно всех нас уносят туда, где сейчас находился бывший ее квартирант.

— Присаживайтесь, — снова улыбнулась она. — Чашечку кофе?

— Только если он уже готов. И если разрешите закурить.

— Конечно. Я тоже курю. А кофе у меня почти готов.

«Почти» занимает около десяти минут, но они не совсем потеряны, потому что дверь между холлом и кухней открыта, и это дает мне возможность начать неизбежный разговор:

— Сколько раз Асенов останавливался у вас?