Читать книгу «Цикл романов "Эмиль Боев" и другие. Компиляция. Книги 1-13» онлайн.
— Похоже, что так.
Потом он снова задаёт вопросы и спрашивает обо всём, вплоть до мелочей, о расположении комнат, о привычках участников операции — активных и пассивных, — даже об отмычках и фотоаппаратуре, которые я собираюсь использовать.
— Ещё виски? — спрашивает шеф, установив, очевидно, с некоторой грустью, что вопросов уже не осталось.
— Спасибо. Я бы предпочёл немного содовой.
Он наливает мне и себе содовой, кладёт в свой стакан кубик льда, наливает чуть-чуть виски для подцветки и медленно отпивает один глоток.
— У вашей операции есть одна положительная сторона: она проста, в ней участвует ограниченное до возможного минимума число людей, а эффект её может быть очень большой. Но должен вам сказать, что у неё, по-моему, есть и два минуса.
Он умолкает и смотрит на меня, проверяя, догадываюсь ли я, что это за минусы.
— Во-первых, вы позволили себе поспешные действия. Вы только сообщили нам о возможностях и тут же приступили к реализации своего плана, не получив на то разрешения. А посему я хотел бы вас спросить, какой смысл в вашем приезде? Вы действуете как тот парень, который сначала переспал с девушкой, а потом попросил её руки.
Он опять умолкает, продолжая, однако, пристально смотреть на меня, и выражение покорности и кроткого раскаяния на моём лице не производит на него никакого впечатления.
— Вы, я полагаю, читаете газеты и понимаете, что скандал абсолютно не желателен. Стремление к разрядке напряжённости и её воплощение в жизнь становятся реальной перспективой, а в такие периоды некоторые влиятельные силы очень придирчивы к нам, и каждый промах будет использоваться для выступления против нас. Конечно, мы с вами прекрасно знаем, что периоды разрядки проходят, а «холодная война» продолжается. Но это знаем мы с вами, а некоторые люди этого не знают.
Он снова делает паузу.
— Во-вторых, мне не нравится, что вы задействовали наркоманов. С наркоманами надо быть очень осторожным. Они удобны тем, что их легко завербовать и ещё легче держать в подчинении. Но они непредсказуемы. Это отребье.
— К несчастью, нам всегда приходится использовать для своих целей подобное отребье, — позволяю я себе заметить.
— Да, это неизбежно, — соглашается шеф. — Но всё же даже в этой среде есть разные. Наркоманы — худшие из них. Вот теперь от одного вам уже надо избавляться!..
— Это нетрудно. Если только вы согласитесь с моим предложением.
— Я вынужден его принять. Вы ставите меня в такое положение, что я волей-неволей должен, что называется, отдать вам свою дочь в жёны.
— Весьма сожалею… — пытаюсь вставить я.
— Нисколько вы не сожалеете. Это пустые слова, — прерывает меня шеф и добавляет: — А проводника и в самом деле совсем освободите. — Он встаёт, давая мне понять, что разговор окончен, и я тоже встаю, хотя мне хочется коснуться ещё одной темы.
— Судя по газетам, мою африканскую историю опять раздувают, — всё же осмеливаюсь сказать я.
— Раздувают, — подтверждает шеф. — И притом не в вашу пользу.
Он снова устремляет на меня свой вроде бы безучастный взгляд.
— Однако я советую вам не слишком переживать из-за этой истории и беречь свои нервы для дальнейшей работы. Пока что мы сдерживаем стремление некоторых людей рыться больше, чем нужно, в вашей биографии… А будущее зависит от вас. Если операция закончится успешно… Победителей, как известно, не судят!
Шеф исчезает где-то внутри виллы, а я остаюсь в компании какого-то смуглого субъекта в маленькой комнатке возле прихожей, потому что, прежде чем покинуть эти места, мне надо провернуть ещё одно дельце.
Раздаётся негромкий звонок, и я вижу на экране стоящего на столе маленького телевизора парня с гитарой.
— Это ваш человек? — спрашивает смуглый.
— Да.
Смуглый нажимает на какую-то кнопку, и я вижу, как парень входит через автоматически открывшуюся дверь в сад.
— Вы могли бы его помыть. Внизу есть ванная, — замечает смуглый.
— Боюсь, что он начнёт плакать и слишком громко кричать: «Ой, мамочка!» — отвечаю я и выхожу.
Я встречаю лохматого на аллее, и мы усаживаемся с ним на скамейку под деревьями.