Это заставило мое сердце сделать странную вещь. Это заставило меня ... почувствовать.
Внезапная боль прошла через мою грудь, и я возненавидел ее.
Что со мной происходит?
Впервые в жизни я боролся против своего монстра. Он хотел быть свободным, но я втянул его обратно внутрь. Он боролся и взревел, но я продолжал бороться.
Почему я боролся за нее?
Подняв глаза, я увидел, как Артур и Феникс странно смотрят на меня, их глаза спрашивают. Я сердито посмотрел на них и оскалил зубы. Они оба быстро отвели взгляд, их лица превратились в маску бездействия.
Встав прямо, я не обернулся, отказываясь смотреть на Айлу. Я глубоко вздохнул и пошел к двери. Артур и Феникс последовали за мной на улицу, и дверь за нами закрылась.
«Держите ее здесь и продолжайте расспрашивать. Она в конце концов сломается.»
«Да, босс», сказал Феникс.
Я сделал шаг вперед, но затем остановился. Обернувшись, я повернулся лицом к своим людям и зарычал смертельным тоном. «Никто не поднимет на нее руку».
Если кто-нибудь осмелится пойти против моего приказа, они умрут. И Феникс, и Артур казались удивленными, но затем кивнули.
Мой приказ тоже застал меня врасплох. Я не знал, откуда это взялось, но все, что я знал, это то, что я не хотел, чтобы кто-нибудь трогал моего котенка. Это признание меня тоже шокировало.
Не отводя от них еще одного взгляда, я ушел, сжимая живот. Я все еще злился на себя за проявленную слабость.
А потом я разозлился на Айлу.
У меня еще не было ответов. Я хотел ей поверить, но мог ли я на самом деле? Моя империя была под угрозой, и она была вероятной подозреваемой. Неважно, что я чувствовал к ней или почему ее боль была моей болью. Мне все еще требовалось получить ответы, и не имело значения, играю я честно или нет.
Постепенно я почувствовал, как мое больное сердце возвращается в бесчувственное состояние. В моей спальне я глубоко вздохнул и уставился на стену, позволяя холоду просочиться обратно в мое тело.
Она не сделает меня слабым. Я не позволю ей.
***
Айла
Я не знала, как долго они меня там держали, и я не была уверена, был ли это день или ночь. Все, что я знала, было то, что я хотела чтобы боль прекратилась. Я не могла больше терпеть. Моя голова колотилась, и мое тело было слабым.
Мои запястья болели, и каждый раз, когда веревка прижималась к моей чувствительной коже, я стонала от боли. Кожа была поцарапанной, грубой, и я истекала кровью из-за моей борьбы.
«Какую информацию ты дала ублюдкам?» Виктор снова спросил. Виктор, Николай и Феникс по очереди допрашивали меня, и я начинала замечать, что они были раздражены моими ответами.
«Я этого не делала», - сказала я.
Зачем мне поддерживать таких монстров, как Альберто и мой отец? Я ненавидела их. Но Алессио и его люди не знали этого, потому что я не раскрыла правду.
Моя жизнь уже была в опасности. Признание, что я дочь Альфредо, и невеста Альберто мне не поможет.
Правда поставит меня в еще большую опасность. Я была итальянкой и их врагом, поэтому они никогда не поверили бы мне.
Сколько бы я ни просила и не рыдала, они не слушали. Они отказались отпускать меня. «Айла, черт побери! Ложь не поможет тебе выбраться отсюда!» Николай кричал, когда он ходил по комнате.
И правда не поможет, подумала я, плача.
Глубоко вздохнув, я вздрогнула от сухости в горле. «Пожалуйста… Виктор, Николай. Я этого не делала. Поверьте мне. Я ничего не знаю, - прошептала я, голос у меня хрипел от нескольких часов плача. Я едва могла говорить даже от постоянной пульсирующей боли в горле.
Николай остановился и уставился на меня, его глаза были полны жалости. Я перевела взгляд на Виктора и увидела, что он смотрит на меня с той же симпатией.