История Ирана с древнейших времен до конца XVIII века: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Разрозненные сведения об Иране имеются и в произведениях ряда других греческих и латинских авторов, среди которых особое место занимает обширный географический труд грека Страбона (I в. до н. э. — начало нашей эры), описывавшего области Ирана. Он сообщает данные о производительных силах Иранского нагорья, этническом составе населения, его общественном строе и культуре. Не менее ценны сведения Исидора Харакского, составившего на греческом языке маршрут караванного пути из Сирии в Среднюю Азию через Парфянское государство, и известного греческого географа Птолемея (II в. н. э.), труды которого оказали длительное и глубокое влияние на географическую литературу арабов и персов.

§ 4. Мидия

О мидянах упоминают ассирийские памятники IX в. до н. э., которые знают их как разрозненные племена, не имеющие единого государственного устройства. К середине VIII в. до н. э. (737 г. до н. э. — год похода ассирийского царя Тиглатпалассара III против мидян) клинописные надписи перечисляют ряд племен, которые находились недалеко от границы Ассирии и составляли как бы ее внешнее окружение. Наиболее значительными из этих племен были «сильные» или «могущественные мидийцы». Они обитали на Востоке, в гористой местности, сравнительно отдаленной от границ Ассирии, с центром в Бикни, на северо-восток от нынешнего Тегерана. Во главе «сильных мидийцев» в VIII в. до н. э. стояли многочисленные вожди племен.

Греческий историк Геродот знает шесть мидийских племен, которые были объединены «первым царем» Дейокой, но несомненно, что процесс объединения начался раньше.

Мидия складывалась как государство в соседстве с большими древними культурными государствами, какими были Ассирия и Урарту, и в борьбе с кочевыми племенами, нападавшими на нее с востока.

Древнее государство Урарту, расположенное в южных отрогах Кавказского хребта, было мощным соперником ассирийских царей, и в 857 г. до н. э. Салманассар II упоминает имя этого государства в надписи. Клинописные надписи Урарту сделаны на урартийском языке. Урартология, наука, развитая советскими учеными, заняла в настоящее время вы дающееся место среди отраслей науки о древнем мире.

Борьба между Урарту и Ассирией имела значение для истории иранских народов, так как были ими населены области Манна и Парсуа, которые принадлежали к началу IX в. Урарту. Конец IX в. и первая поло вина VIII в. до н. э. были заполнены войнами Ассирии с Урарту, неудачными для первой. При ассирийском царе Тиглатпалассаре III (правил в 746–727 гг. до н. э.) ассирийская держава снова окрепла. Последовательные походы ассирийцев в VIII в. до н. э. в Манна и Парсуа значительно ослабили эти урартские области.

Зажатая между сильными военными государствами — Ассирией и Урарту — Мидия была вынуждена бороться за свою самостоятельность.

Ассирийский царь Тиглатпалассар III в 744 и 735 гг. до н. э. совершил походы на Мидию, которые увенчались успехом и дали возможность оставить там ассирийского наместника и воздвигнуть храм ассирийским божествам. Последующие годы внимание Ассирии было отвлечено к ее западным границам. Но в 722 г. престол Ассирии оказался в руках Саргона II. Он стал тщательно подготовлять войну против Урарту, цари которого поддерживали дружеские связи с мидийскими и арийскими племенами. В 716 г. начались военные действия, в результате которых Мидия и примыкавшая к озеру Урмия Манна подверглись разорению войсками Саргона, и мидийский царь Дейока был разбит в 715 г. В следующем году Саргон повторил свой поход в те же области, так как Дейока делал попытки вновь организовать и объединить вокруг себя мидийские племена. Саргон выступил против «маддай» и «манна» и в особенности против «Бет Дейока», иначе говоря, областей, подвластных царю Дейоке. В 713 г. до н. э. Саргон вынудил ряд областей Мидии выплачивать ему ежегодную дань. Дейоку принято считать основателем Мидии и ее столицы города Экбатаны.

Греческие историки Геродот и Ктесий сохранили сведения о родословии и хронологии царей Мидии, но данные их расходятся. В настоящее время может быть принята следующая последовательность царей Мидии: Дейока (известны сведения от 715 г. до н. э.), Фраорт — Кшатрита (675–653 гг. до н. э.), господство скифов (приблизительно 653–625 гг. до н. э.), Киаксар — Увакшатра (625–585 гг. до н. э.), Астиаг — Иштумегу (585–550 гг. до н. э.).

Преемник Саргона Санхериб в 702 г. прошел со своими войсками на восток. Пересекая Элам и возвращаясь обратно через области «дальних мидийцев», он получил от них подарки и подношения, которые названы данью: «На моем обратном пути я принял тяжелую дань из земли даль них мидян, имени которых никто не слыхал во дни царей, отцов моих. Они покорились моему владычеству». Племена, с которыми он сражался на Востоке, были кашши (касситы). В 690 г. до н. э. Санхериб разбил союз между Эламом и Вавилонией.

Общественный строй Мидии можно охарактеризовать как родовой в стадии разложения. Расширение скотоводства и земледелия способствовало появлению рабского труда, а массовые передвижения и завоевательные походы способствовали обращению в рабство многих людей. Ремесленники были несомненно в наличии в VIII в. до н. э., так как надписи ассирийских царей говорят о том, что победы над мидийскими племенами давали им возможность уводить с собой большое число ремесленников.

В VIII в. до н. э. с севера и северо-запада через Кавказский хребет двигались киммерийцы и скифы. Киммерийцы населяли южно-русские степи, по свидетельству Геродота, который знает их живущими по берегам Черного и Азовского морей. Вновь пришедшие орды скифов и саков, также принадлежавшие к иранской ветви народов, вынудили другую часть киммерийцев двинуться во Фракию, а затем перейти Боспор, что бы появиться в Малой Азии. Бесспорной датой является 750 г. до н. э. — год, когда греческая колония Синап в Пафлагонии (Малая Азия) была разрушена киммерийцами, которые, следовательно, до этого года пере шли Боспор. Это была опасная угроза для Ассирии, пока решительный отпор не был дан Асархадоном в Капладокии. Между тем, другая опасность грозила от нашествия скифов, которых, однако, Ассирия сумела сделать своими союзниками. С их помощью сын Дейоки, мидийский царь Фраорт, был разбит наголову ассирийскими войсками. Он пытался напасть на исконных врагов Мидии, но сам пал на поле битвы (653 г. до н. э.).

Между тем, скифы, пробившись через Кавказ, делали смелые нападения на все провинции Ассирии, достигая самой Палестины.

Скифы разоряли области мидян в течение десятилетий, и избавились они от скифов, как утверждают предания мидян, путем хитрости. Киаксар, сын Фраорта, будто бы заманил скифов и их начальника Мадия на пир, на котором их напоили пьяными и перебили. Однако часть скифов осталась у Киаксара в качестве телохранителей. Он заставил скифов обучать свои войска военному делу, особенно стрельбе из лука, которой они в совершенстве владели. Мидийская армия была реорганизована, вместо старого деления войска по родам, оно было распределено по роду оружия, что в значительной степени подняло их боеспособность.

Завоевательная политика дала в руки мидийцев области на юг и на запад от Урмийского озера. Союз с вавилонским царем Набопаласаром привел его к новым успехам. В 616 г. Набопаласар атаковал Ассирию, и вслед за ним двинулся Киаксар, который в 614 г. достиг Тигра и обложил город Ниневию, но осада эта не состоялась — мидийские войска были видимо отвлечены другими задачами, в первую очередь, борьбой с остатками скифских племен на севере. Это произошло не без влияния Набопаласара, который не желал господства мидийцев в Ассирии. Между ним и Киаксаром было заключено соглашение, в присутствии обоих многочисленных армий, по которому внучка Киаксара, дочь его сына Астиага, Амитис, была объявлена невестой сына Набопаласара.

В 612 г. обе армии вновь сошлись у Ниневии. Между июнем и августом произошло три сражения, последнее решило судьбу города. В конце сентября Киаксар возвратился в Мидию, но счеты с великой державой еще не были кончены. В северной Месопотамии было организовано новое Ассирийское царство, и Набопаласар обратился в 610 г. за помощью в Мидию. Войска союзников сошлись в ноябре в Вавилонии и двинулись вместе против Харрана, который после победы отошел к мидийцам.

В состав государства Киаксара вошли: Рей (на юг от нынешнего Тегерана), Испахан, Атропатена (Азербайджан)[2], область и город Экбатана (Хамадан). Мидийские войска, присоединив часть Урартского царства, захватили область Каппадокии и в 590.г. стали на реке Галис, отделявшей их от сильного Лидийского царства, богатого и высококультурного. В течение пяти лет тянулась война между Лидией и Мидией, двумя мощными государствами. Битва, происшедшая 28 мая 585 г., была прервана солнечным затмением, которое было предсказано на основании вычислений греческим философом Фа лесом Милетским. После этого мир был заключен, а река Галис стала границей Мидии. Через несколько месяцев на престол вступил сын Киаксара Астиаг, притязания которого простирались на Вавилонию, достигшую большого могущества при царе Навуходоносоре (правил в 604–562 гг. до н. э.). После смерти последнего политический кризис несколько ослабил положение этого государства, чем и воспользовался Астиаг, продвигаясь в северные области Месопотамии и в северную Сирию, чтобы отторгнуть их от Вавилонии.

В то же время в начале VI в. до н. э. мидяне подчинили персидские племена, населявшие юго-западные области Иранского плато (Парсумаш и Аншан), объединив обширные пространства. Но завоевание не было прочным, так как в то время, когда мидяне начали активную завоевательную политику, персидские племена подняли восстание. Области с персидским населением находились под номинальной властью царя: Камбиза I, всецело зависевшего от мидян. Легенда утверждает, что Камбиз женился на дочери Астиага и от этого брака родился будущий персидский царь Кир II (Куруш; правил в 559–529 гг. до н. э.), хотя известна и другая версия, что отцом Кира был простой человек. Свою юность Кир провел при дворе Астиага, где сумел завоевать симпатии и сторонников. Кир стремился выдвинуть персов и добиться их господства над мидянами, юго-западные области иранского плато должны были получить руководящую роль, которая до того времени принадлежала северным областям, мидийским.

§ 5. Основание Древнеперсидского царства. Кир

В 559 г. до н. э. Кир был поставлен царем Парса. В честь этого события он приказал выбить свой рельеф в Пасаргадах, из области которых был его род, и в надписи именовал себя «великим царем Ахеменидом», связывая себя с родом персидских вождей. В то же время он заключил союз с вавилонским царем Набунаидом, который рассчитывал: таким путем иметь опору против мидян. К 553 г. до н. э. стремления и намерения Кира были столь очевидны, что мидяне выступили против него. Геродот писал: «Персы давно с нетерпением сносили владычество мидян, и теперь, найдя себе вождя, с радостью стряхнули с себя иго». Легендарная традиция сообщает о нескольких битвах, из которых первые были победоносными для Астиага. Вавилонская хроника, в основном совпадающая с данными Геродота, утверждает, что индийские войска перешли на сторону персов и престарелый Астиаг попал в плен (550 г. до н. э.). Экбатана, столица Мидии, была захвачена Киром — таков был конец мидийского царства. «Куруш вступил в землю Агамтуну (Экбатану), царского города. Он взял серебро, золото, всякую утварь и драгоценности; из Агамтуны он вывез все и привез в Аншан сокровища и добро, взятое им», — сообщает вавилонская хроника. Впрочем, мидяне пользовались, наряду с персами, видным положением в новом государстве, поэтому имена персов и мидян заменяли друг друга у египтян и греческих историков и употреблялись ими без различия. Экбатана (Хамадан) осталась столицей и для Древнеперсидского государства, она была значительно укреплена, окружена семью рядами стен и являлась превосходной крепостью.

Около трех лет Кир употребил на то, чтобы упрочить за Персидской державой провинции, принадлежавшие раньше Мидии. Он достиг этого мирным путем, дипломатическими переговорами, а также совершил ряд военных походов. В результате Ассирия, Армения и Каппадокия, как и племена Иранского гарного плато, вошли в состав его государства.

Этот период может быть назван периодом образования Персидского государства, основой которого стали союзы иранских племен. Классовое расслоение становилось все более отчетливым. Рост числа рабов за счет пленников способствовал этому. Племенные вожди, царьки небольших областей, становились подданными и союзниками «царя Куруша, Ахеменида». Войско получило более стройную организацию. Оно было разделено на конницу и пехоту, нападения которых были неотразимы. Персидские армии не знали поражений и более века были грозой Ближнего Востока.

На западе граница по реке Галис казалась тесной Киру, его завоевательные замыслы шли неизмеримо дальше. Амасис, царь Египта, учитывая общее положение и военную мощь молодого государства, заключил союз с Лидией, крайне заинтересованной в защите, а также с Вавилоном и греками малоазийских колоний. Однако союзниками Кира оказались киликийский царь Сиеннесий[3], владевший ущельями, по которым проходили дороги в Малую Азию, и греческий город Милет. Поход Кира против Мидийского царя Креза относится вавилонской хроникой к девятому году царя Набонида, т. е. к 547/6 г. до н. э. Несмотря на помощь, оказанную Лидии Египтом и Вавилоном, Кир одержал победу, захватил столицу Лидии Сарды с ее несметными сокровищами и взял в плен царя Креза. Затем наступила очередь греческих городов-государств, и Кир утвердился на побережье Эгейского моря и Геллеспонта.

Захват Вавилонии Кир осуществил с большой осмотрительностью, он постепенно окружал ее, прерывая ее сношения с западными областями, перерезая ее жизненные магистрали и торговые пути. Его стратегию обеспечивали большие материальные ценности, полученные им при завоевании Малой Азии, а также новая военная техника и сведения, почерпнутые в культурных греческих центрах. Доходы торговых и банкирских домов и храмов Вавилонии, которые раньше достигали больших сумм, резко упали. Это вызвало недовольство жреческих и торговых кругов, тем более что попытки вавилонского царя Набонида вернуть прежнее положение, несмотря на поддержку, оказанную Египтом, были неудачными. В самом Вавилоне образовалась партия, склонная пойти на соглашение с персами. Об избавлении, которое могли принести персы, меч тали и уведенные в «вавилонское пленение» из Палестины иудеи, жители Финикии и приморской Сирии. К тому же на жителей Вавилонии их царем были возложены тяжелые подати, так как поступления из других областей прекратились. Все эти обстоятельства еще более затрудняли положение Вавилона, в котором, однако, подготовили военное сопротивление. Во главе войск был поставлен Белшарусур (Валтасар библейских книг), сын Набонида, отказавшийся сдаться и тогда, когда столица, благодаря хитрости, оказалась в руках Кира. Когда цитадель пала, Белшарусур был казнен (538 г.).

Сохранился замечательный вавилонский документ, составленный после победы Кира, в котором содержится и текст его манифеста. О Набониде говорится, что «слабый был поставлен властвовать над всей страной», что он «постоянно делал то, что было ко злу для его града… его жителей он довел до «гибели, наложив на них тяжелое иго», наконец, он «отменил ежедневные жертвы… почитание Мардука, царя богов». Последнее особенно вызвало гнев жречества, которое находило возможным объяснять победы Кира покровительством верховного божества, разгневанного народным бедствием: «Владыка богов разгневался грозно из-за стона их (жителей), он оставил их области. Боги, жившие в них, оста вили свои жилища из-за гнева за их перенесение в Вавилон. Мардук… обратился ко всем жилищам, превратившимся в развалины, и к жителям Шумера и Аккада, уподобившимся трупам, обратился и смилостивился над ними»… Желая защитить Вавилонию, «Мардук, великий владыка, защитник людей своих», огляделся кругом, ища «правильного царя по своему сердцу». Таким оказался «Кир, царь Аншана», которому Мардук дал «направить свой путь к Вавилону» и «без боя и битвы дал ему вступить в Вавилон и пощадил свой град от утеснения…» Таким образом вавилонские жрецы стремились оправдать завоевывания Кира и дать положительную оценку его победам.

Далее следует текст манифеста, где Кир стремится показать свое миролюбие, заботу о внутренних делах Вавилона, его благосостоянии, ста вит себе в заслугу возвращение пленных в города по ту сторону Тигра, на родину. «Я, Кир, царь мира, великий царь, могучий царь, царь Вавилона, царь Шумера и Аккада, царь четырех стран, сын Камбиза, вели кого царя, царя города Аншана, внук Кира, великого царя, царя города Аншана… Когда я мирно вошел в Вавилон и при ликовании и веселии во дворце царей занял царское жилище, Мардук, великий владыка, склонил ко мне благородное сердце жителей Вавилона за то, что я ежедневно помышлял о его почитании. Мои многочисленные войска вступили в Вавилон. Во весь Шумер и Аккад я не допустил врага. Забота о внутренних делах Вавилона и о всех его святилищах тронула меня, и жители Вавилона нашли исполнение своих желаний, и бесчестное иго было с них снято. Я отвратил разрушение их жилищ и устранил их падение. Моим благословенным деяниям возрадовался Мардук, великий владыка, и благословил меня, Кира царя, чтущего его, и Камбиза, моего сына, и все мое войско милостью, когда мы искренно и радостно величали его возвышенное божество. Все цари, сидящие во дворцах всех стран света, от Верхнего моря до Нижнего, и в шатрах живущие цари Запада, все вместе принесли свою тяжелую дань и целовали в Вавилоне мои ноги… Города по ту сторону Тигра, основанные с древних дней, богов, живущих в них, я вернул на их места и дал им обитать там на веки. Всех их жителей собрал я и восстановил их жилища. И богам Шумера и Аккада, которых Набонид, к гневу владыки богов, перенес в Вавилон, дал я, по повелению Мардука, великого владыки, невредимо принять обитание в чертогах "веселия сердца". Все боги, возвращенные в свои города, да молятся ежедневно перед Белом и Набу о долготе дней моих, замолвят за меня милостивое слово и скажут Мардуку, моему владыке: "Да будет Киру царю, чтущему тебя, и Камбизу, его сыну…», далее текст обрывается.

Политика Кира была политикой большого государственного деятеля, который имел в виду дальнейшие завоевания, и потому ему было важно сохранить мир со жречеством и представителями высших слоев Вавилонии. Отважиться на завоевание Египта в царствование Амасиса было опасно, стройная организация Египта и энергия ее царя были тому Препятствием. Но Кир не случайно поддерживал дружеские отношения в Палестине и задабривал города Финикии — они должны были стать его союзниками в будущей войне против Египта, его ближайшей опорой.

Границы великой персидской державы требовали охраны. Особенно беспокойно было на северо-восточной окраине Иранского нагорья, куда делали постоянные набеги многочисленные кочевые племена саков и массагетов. Необходимо было обезопасить себя с этой стороны, чтобы вести активную политику на Западе и оградить оседлые племена Иранского плоскогорья от разорений кочевниками. Скифские племена саков и массагетов стояли на низших ступенях варварства, на которых имел место групповой брак, уничтожение одряхлевших родственников и др.

Решающую битву между персами и воинственными варварами Геродот описывает в следующих словах: «Вначале оба войска обстреливали друг друга из луков на значительном расстоянии, потом, когда стрелы были истощены, перешли в рукопашную и бились копьями и мечами». Ядром войска Кира была превосходная персидская пехота, отличавшаяся особой стойкостью. Массагеты использовали свою легкую конницу, которая осыпала тучей стрел, уклоняясь от рукопашного боя, пока, оставшись в большинстве, они не нанесли решительного удара. В этом бою (в 529 г. до н. э.) на далекой границе своего государства был убит Кир. Погребен он был в родных Пасаргадах.

[2] Южный, или Иранский, Азербайджан.

[3] Возможно, что Сиеннесий было нарицательным именем царей Киликии.