Эта ложь убьет тебя: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Я хотела, чтобы ты меня защищал, – сказала Руби, и ее голос поразил его. – Я тогда думала, что нуждаюсь в защите. Теперь я думаю, что ты похож на тот револьвер, который купила моя мать, когда исчез отец. Мощный символ, но бессмысленный. Какой смысл в оружии, если ты из него не стреляешь?

– Так стреляй из него, Руби. Достань револьвер и…

– Это другая проблема, правда? Если я достану револьвер, что будет, если ты повернешь его против меня? Кто защитит меня тогда?

– Шейн Феррик? – выпалил он и даже не пожалел об этом. Он ненавидел Шейна Феррика. Даже сейчас он его ненавидел. Может, даже еще больше, потому что теперь Руби не мог надоесть этот парень. Отшвырнуть его прочь, как она поступила с Паркером.

– Никогда не смей… – начала она, и ее лицо стало таким красным, как в тот день, на автостоянке. На этот раз оно горело от ярости, а не от волнения. Ее рука дергалась, и она прижимала к груди сумочку.

– Прости меня, Рубс, – сказал Паркер. – Я не хотел. Просто… когда я тебя снова увидел…

– Ты видишь меня каждый день в школе, – резко бросила она, все еще сжимая сумочку. Она прижимала ее к себе так, будто любила ее.

Паркеру хотелось вырвать сумочку у нее из рук.

– Я вижу тебя, а ты смотришь сквозь меня.

– Да, – согласилась она. – Я теперь вижу тебя насквозь. Я вижу сквозь иллюзию.

– Что это значит? – Паркер нажал на тормоз, когда желтый «ягуар» пронесся мимо них, чуть не сбросив их автомобиль с дороги. Они оба подскочили, потом покачали головой. Они знали, кто сидит за рулем той машины.

– Ты думаешь, он едет туда же, куда и мы? – спросил Паркер, глядя вслед автомобилю, виляющему с полосы на полосу. «Ягуар», когда-то подаренный Паркером, был весь покрыт вмятинами и царапинами.

Руби пожала плечами.

– Похоже, что так. Брет получил стипендию за успехи в боксе. Брет бросил бокс…

– И лишился стипендии. Ему придется как-то выбираться отсюда.

– А как ты? – Она посмотрела на него. – Твой папа разве не может заплатить за колледж? Сколько семей сеть гипермаркетов Джерико Эддисона лишила бизнеса в этом году? Наверняка часть тех денег досталась тебе.

Паркер даже не дрогнул. Он привык к тому, что люди завидуют успеху его семьи.

– Нельзя разбогатеть, отказываясь от дармовых денег, Руби. Стипендия в пятьдесят тысяч долларов – большие деньги.

– Тебе они не нужны!

– Зато тебе нужны. Послушай, у меня идея. Если я выиграю, я скажу фонду, что хочу поделиться с тобой этими деньгами.

– Ты поделишься стипендией? – спросила она, искоса взглянув на него.

По спине у него пробежала дрожь. Он понимал, что Руби хочет его как-то подставить, но не понимал, с какой целью. – Конечно, поделюсь, Руби. Ты же знаешь, я…

– Кого ты хочешь одурачить? – Руби сверкнула злобной улыбкой. – Паркер Эддисон ни с кем не делится.

Оставшуюся часть пути они проехали молча. Паркер кипел от злости, сжимая руль так, как ему хотелось бы сжать Руби. Ему хотелось обнимать ее, целовать, заставить ее вспомнить, что значит чувствовать полное слияние друг с другом.

Руби смотрела в окно и молчала.

Когда они приближались к длинной, извилистой подъездной дороге, ведущей к особняку на Черри-стрит, Паркер перевел взгляд на сумку, лежащую на заднем сиденье. В приглашении его просили взять на вечеринку веревку. И если хоть кто-нибудь попытается помешать ему снова завоевать любовь всей своей жизни, Паркер достанет эту веревку и пустит в ход все свое воображение.

4

Тупоголовый

Брет Кармайкл ненавидел свою жизнь. Он понимал это с пугающей ясностью, подъезжая к особняку на Черри-стрит. Поместье стерегли ворота из кованого железа, и когда они распахнулись, Брет представил себе, как одна из пик вонзается в его живот. И все заканчивается. За последний год у него очень часто возникали подобные мысли, и хотя он не назвал бы их приятными фантазиями, всегда на миг испытывал удовольствие, которое тут же сменялось приступом паники. Резкой и обжигающей, словно языки пламени лизали его тело. И в этой панике он понимал, что не стал бы залезать на ворота и насаживать себя на пику.

Ему хотелось, чтобы наступила темнота, но сам он не станет ее призывать.

Его останавливал не страх. А скорее тот крошечный, съежившийся человечек, который до сих пор жил в нем и который хотел выжить. Он кричал «борись, борись, борись!», голосом, приглушенным печалью и виной. Но Брет по прозвищу Шею Сломаю боролся всю жизнь, атакуя парней на боксерском ринге и играя роль телохранителя Паркера Эддисона. Борьба втянула его в этот кошмар.